Девушка из Золотого Рога - Курбан Саид

«…так вот, уважаемая ханум, то, что вас нет рядом и вы не сможете бросить в меня чем-то тяжелым, разорвать банкноты или плюнуть в меня, придает мне смелость написать вам. Вот уже четыре месяца скитаемся мы с Ролландом по пустыням и оазисам и ведем жалкое существование отсталых и бездомных кочевников. Джон покончил очень быстро со своей работой, а продюсер решил все сцены на природе снимать прямо на месте. Так что мы перемещаемся с места на место в обществе актеров и режиссеров, словно бродячие артисты.

Такая жизнь очень угнетает меня, если учесть, что мои предки в отличие от ваших, не были бродячими вояками, а были почтенными греческими патрициями и уважаемыми спокойными людьми. Я похудел на десять килограмммов и никак не могу привыкнуть к финиковой водке, но это все вас, уважаемая ханум, вряд ли интересует.

Мы сейчас находимся на краю человеческой цивилизации и съемки на природе в полном разгаре. Дублеры ловко падают с верблюдов, а главную героиню уже восемь раз крали дикари, но каждый раз пленка к сожалению просвечивалась.

Человеческая жизнь, ханум, всегда находится в руках Господа, но здесь божья рука ощущается еще явственнее. Вчера я нашел скорпиона в моей постели, что привело меня к рзмышлениям о потусторонней жизни. Если так дальше пойдет, то я отойду от активной жизни и как еремит и аскет, отвергнувший мир, закончу свои дни на священной горе Атос в набожных размышлениях. А заботы о дальнейшей судьбе нашего друга Джона Ролланда, о достопочтенейшая, я предоставлю вам.

„Ве эмр бил урф“, „придерживайся своих обычаев“, гласит священная книга вашей религии. Но правила, по которым живет Джон, вообще трудно назвать правилами и если бы я не любил его, как собственного сына, то бросил бы его на произвол судьбы. Он с таким набожным рвением посещает все здешние мечети и так неприлично долго там находится, что это вызвало у почтенных членов нашей экспидиции волну возмущения.

Однако вчерашний инцидент вызвал у меня уже серьезные сомнения в его рассудке. По мне лучше бы он был пьян, хотя я ни в коем случае не являюсь сторонником злоупотребления алкоголем. Так вот, вчера, после того как он закончил работать над диалогом между похищенной героиней и дикими грабителями, мы с другими членами нашей экспедиции отправились на прогулку по оазису в безнадежных поисках более или менее пригодных статистов. Вы должны понимать, ханум, что люди здесь очень глупы и не имеют понятия, как должен себя вести статист, изображающий араба. По пути нам повстречался какой-то местный оборванец с грязным зеленым платком вместо пояса. Джон заговорил с этим жалким существом, и мы полагали, что речь идет о работе статистом. Как я мог понять из обрывков разговора, этот бродяга утверждал, что он происходит из рода пророка, совершил паломничество в Мекку и теперь возвращался домой. После этого — я готов провалиться сквозь землю от стыда ханум — после этого, Джон обнял этого немытого дикаря, присел с ним в тени пальмы и завел с ним разговор о чуде священного города Мекки. И все это на глазах у всех членов нашей экспедиии. Подумайте только, ханум! Гражданин Соединенных Штатов обнимается с местным бродягой. Все мы сразу же повернули назад, потому что наблюдать эту сцену было невозможно. Помощник режиссера Муни сразу же объявил его сумасшедшим. А другие мужчины даже решили не подавать ему руки, потому что он больше не джентельмен. Мне только с трудом удалось убедить этих господ в том, что Джон был сильно выпившим и не отвечал за свои действия. Только так я смог спасти его репутацию. Но между нами, ханум, он же был абсолютно трезв.