Смелость Сары Грейсон - Джоани Эллиотт

– Если я вашего отца вынесла, то уж и семинар как-нибудь смогу вынести.

– Договорились. И я очень рад наконец знать правду – что Фил прислал вас в Мэн писать фанфик. Полагаю, это новый большой проект в «Айрис», да? А в конкурсе, кто будет дописывать «Эллери», участвовать собираетесь?

Он откинулся на спинку кресла, ухмыляясь собственной шутке.

Сара наконец тоже не удержала смешок.

– А как мне еще объяснить, что я делаю у вас на семинаре?

– Понимаю. Отличное прикрытие. И мне прямо нравится представлять, как мой отец редактирует фанфики. Великий Фил Дворник.

Сара улыбнулась, постепенно начиная успокаиваться.

– Что ж, похоже, вы этот конкурс с «Эллери Доусон» выиграли. – Он расслабил узел галстука и снова оперся на локти. – Расскажите о своей книге.

Сара откашлялся.

– Во-первых, книга мамина. И, поверьте, я ничего не выигрывала.

– Когда она вам сказала?

– Она – никогда. Мне сказал ее юрист, через три недели после ее смерти. – Голос у Сары чуть задрожал, глаза увлажнились. – Дал мне записку, которую она мне написала. Что книга моя, что я умею обращаться со словами, что она хочет, чтобы дописывала я.

– Но разве вы не хотели быть писателем с самого начала? Мне казалось, ваша мама что-то такое упоминала.

– О, не сомневаюсь, и наверняка – не один раз. – Сара заправила за ухо упавшую на лицо прядку волос. – Слушайте, она права. Я c детства хотела писать. Когда папа работал, я садилась рядом и тоже писала, сочиняла всякие истории… но потом все изменилось. – Сара закрыла глаза. – И вот теперь пытаюсь написать такую громадную книжищу. – Она засмеялась. – Хотелось бы мне, чтобы это и правда был фанфик. – Она посмотрела себе на руки. – Писать – самое трудное, что я когда-либо пробовала. Такое ощущение, словно бьешься за каждое слово.

Ник задумчиво смотрел на нее, рассеянно поглаживая большим пальцем подбородок.

– Знаете, не могу вспомнить ни единого писателя, который не испытывал бы ровно того же самого в тот или иной момент. Чертовски это уязвимое занятие – писательство.

Сара подняла голову.

– Что ж, перед вами типичный пример этого.

– Перед вами тоже.

– Что-то сомневаюсь.

– Бывают дни, когда вам кажется, что у вас выходит полнейший вздор, когда вы гадаете, есть ли в том, что вы пишете, хоть какой-нибудь смысл и не лучше ли оказать миру услугу и немедленно бросить это занятие?

Сара улыбнулась и кивнула.

За дверью послышался звук пылесоса.

Ник поднялся и взял свой портфель.

– Позволите проводить вас до машины?

Они вышли из здания. Вокруг сновали студенты. Стоял ясный и свежий вечер, пахло опавшей листвой и дровяным дымом.

Около Сариной машины они остановились. Саре вдруг стало жаль, что уже пора прощаться.

– Простите, что неверно о вас думала. – Она покачала головой. – Подозреваю, помимо всего прочего вы еще и не алкоголик в завязке.

Она громко рассмеялась, открывая заднюю дверцу, чтобы забросить сумочку на сиденье.

– Что-что? – Ник переступил с ноги на ногу, явно не зная, как на это отвечать.

– Ой, ерунда. – Она снова рассмеялась. – Простите. Вам и слушать будет смешно.

Он стоял очень тихо.

Сара снова засмеялась.

– Просто я думала… ну, вы упоминали, что в старших классах плохо учились, постоянно попадали в неприятности – и я знаю, что вы иногда ездите в Сент-Эндрюс, где есть группы помощи для преодоления зависимостей, ну вот я и решила… словом, забудьте. Я слишком много выдумываю. И не от большого ума. Поверьте, я не Эллери Доусон.

Сара опять засмеялась – и только тут обратила внимание на притихшее, неуверенное выражение на лице Ника. И резко остановилась.

Он глубоко вздохнул. Пнул ногой гравий на парковке. Посмотрел вверх на небо, а потом снова на Сару.

– Собственно говоря, как раз тут вы не ошиблись. – Он натянуто улыбнулся. Лицо у него закаменело. – Шесть лет в завязке.

– Ой… – Сара чувствовала себя ужасно глупо. Она же совершенно не хотела вытягивать из него мучительные признания. – Ну, шесть лет – это прямо здорово.

Он сунул руки в карманы, глядя куда-то поверх ее плеча.

– До приезда сюда я катился по скользкой дорожке. У меня кое-что случилось… и я не сумел… не справился…

Сара коснулась его руки.

– Вы не обязаны мне ничего объяснять. Простите, что затронула эту тему.

И когда уже она начнет сперва думать, а потом только говорить?

Ник прислонился к водительской дверце машины. И он, и Сара молчали.

– Вам не за что извиняться, – наконец выговорил он. – Сейчас у меня все хорошо – на самом деле хорошо.

Он открыл ей дверь. Она уже собралась было садиться, но остановилась.

– Можно у вас кое-что спросить?

– Конечно.

– Мириам сказала, вы бросили карьеру в Колумбийском университете, чтобы приехать сюда. – Она обвела рукой кампус. – Почему именно сюда? Почему в маленький городок в Мэне?

Ник запрокинул голову назад и расхохотался, свободно и весело. Недавней неловкости как не бывало.

– Почему? Да вы оглянитесь вокруг. Что вы успели повидать за время пребывания тут?

– О, тут очень красиво. Я каждый день гуляю по Береговой тропе.

Ник сложил руки на груди и прищурился.

– Не очень-то много вы выходите из дома, верно?

Она засмеялась.

– Надо написать чертовски длинный фанфик.

– Встречаемся на причале возле гостиницы в Бар-Харборе в субботу утром. Десять часов пойдет?

Сара открыла было рот, чтобы возразить, но снова закрыла.

– Это не свидание. Мы же дружим семьями.

– Дружим семьями?

– Это писательская экскурсия, слышите? Приносите ноутбук или записную книжку. Возьму вас в одно очень вдохновляющее место, оба будем писать там.

– Ну ладно.

Глава 27

Ваша история не только достойна того,

чтобы ее рассказать, но и способна облечься

в настолько мучительно выразительные

слова, что станет песней.

Глория Нейлор

Утром в субботу Сара прикатила на велосипеде к причалу под безоблачно-синим сентябрьским небом. При виде нее Ник улыбнулся и помахал рукой. Сегодня он был в джинсах и темно-синей куртке с эмблемой Атлантического колледжа. Из-под куртки торчала обычная клетчатая фланелевая рубашка. Он подвел Сару к тридцатифутовой рыбацкой яхте под названием «Мисс Тереза». Сейчас был отлив, в чистом океанском воздухе витал едкий запах рыбы и соли.

– И куда мы?

– На остров Бейкер. Миль девять от берега.

– На остров?

С борта на причал спрыгнул молодой парковый рейнджер. Ник представил Сару Теду Бабину. Тот приподнял шляпу и поздоровался, но больше не проронил ни слова.

– Тед – наш сегодняшний билет на остров, земля принадлежит парку, без рейнджера или пропуска туда не попасть.

Из кармана Теда торчал пакетик с жареными кукурузными зернами. Готовя