Сети Вероники - Анна Берсенева

– Полчаса не обещаю. А для небольшой – садитесь.

Женя кивнул на свободный стул. Протокольный выразительно взглянул на Алесю. Она растерялась. Наверное, надо уйти? Или, наоборот, не надо?

– Беседы без свидетелей не обещаю тоже, – уточнил Женя.

Алеся осталась. Протокольный сказал, усаживаясь:

– Зря, Евгений Андреевич, распространяете материалы, содержащие вражду и ненависть.

– Я не распространяю материалы, – пожал плечами Женя. – Никакого содержания.

– А ваши комментарии в сетевых СМИ относительно незаконных митингов?

– Высказал свое личное мнение.

– По общественно значимым вопросам.

– По общественно не значимым вопросам ничье мнение никого не интересует.

– А повестку нашу зря проигнорировали.

– Я не получал повестки.

– Теперь получите.

Он достал из кармана и положил на стол такую же бумажку, какую вставил накануне в Женину дверь. Поверх нее положил шариковую ручку.

– Извините, но здесь не Англия, чтобы вы меня в кафе с повесткой караулили. – На бумажку и ручку Женя не взглянул. – Пусть участковый вручает по домашнему адресу.

– Себе же хуже делаете, Евгений Андреевич.

Его голос прозвучал зловеще. Если бы с Алесей кто-нибудь заговорил таким тоном, у нее речь отнялась бы.

– Хуже не делаю никому. В том числе и себе.

У Жени речь не отнялась. И не убыстрилась даже.

– Как бы пожалеть не пришлось. – Протокольный встал. – Учтите, если вы с нами не побеседуете в ближайшее время добровольно, то беседа все равно состоится. И может сильно нарушить ваши планы. Телефон указан на повестке. Звоните.

Он ушел. Если бы Алесе тоже надо было сейчас подняться со стула, она, может, и не смогла бы: ноги у нее ослабели.

– К-как ты спокойно с ним разговаривал… – пробормотала она.

– Да я вообще не обязан был с ним разговаривать. Только сейчас догадался, придурок.

– Почему?

– Придурок почему? Потому что подходит какой-то тип в штатском, предъявляет какие-то претензии, а я у него даже документов не спрашиваю. Не от большого ума, конечно.

Алесю удивило, что он видит все это совсем иначе, чем она. Как будто они только что присутствовали при разных событиях.

И одновременно с удивлением она почувствовала спокойствие. Как странно!..

– Они от тебя не отстанут, – уже без дрожи в голосе сказала Алеся.

Она так и не поняла, в чем заключаются претензии, которые предъявляют Жене, и чего от него вообще хотят, но вот это – что не отстанут – понимала отчетливо.

Однажды в мамину школу приехала с проверкой областная комиссия, и мама расстраивалась от того, что все учителя, и директор тоже, мгновенно стали вести себя так, будто в чем-то виноваты, а комиссия – так, будто не работу приехала проверять, а распоряжаться чужими жизнями. Больше всего маму возмущало, что те и другие воспринимают такие отношения как естественные. Она говорила, что это включилась генетическая память: одни считают себя вправе унижать, другие беспомощны перед унижением.

Наверное, и в ней эта память живет тоже, хотя никто ведь никогда ее не унижал. Алесе стало не по себе от этой догадки. А в Жене, наверное, такая память не живет.

– Возможно, не отстанут, – согласился он.

– И что же ты будешь делать?

– А что тут сделаешь? Дождусь нового паспорта. Потом уеду на работу.

– Это же целая неделя! Ты что, из дому не будешь выходить?

– Почему? – удивился он. И тут же улыбнулся: – Думаешь, они меня на лестнице с наручниками станут караулить?

Алеся именно так и думала. Может, не с наручниками… Но не зря же протокольный тип пообещал нарушить его планы.

– Поехали со мной в деревню? Я как раз на неделю еду.

Этих слов не было у нее в голове – она услышала их уже произнесенными.

Женя смотрел на нее ледяными глазами, в которых не было холода. Что он думает о ней сейчас?.. Алеся не знала.

– Спасибо.

В его голосе не послышалось ничего тайного, неясного, многозначительного. Он сказал то, что сказал. Только непонятно, согласился или отказался.

– Сегодня вечером, – уточнила Алеся.

– Поездом?

– Да.

Женя достал айфон, открыл сайт железной дороги и сказал:

– Билетов до Пинска полно.

– У меня уже есть.

– В каком вагоне?

– В пятом.

– В пятом тоже полно, – сообщил он, глядя на экран.

– Обычно все перед выходными едут, – объяснила Алеся. – А сегодня среда.

– Спасибо, – повторил он. – Что-нибудь купить с собой? Пока ты на работе.

– Я уже все купила.

Это напоминало разговор супругов с двадцатилетним стажем. Но дистанция между ними не исчезала. Она установилась с самого начала, эта странная дистанция, в которой не было ни осторожности, ни страха, и в естественности своей не исчезла бы, пожалуй, даже если бы они полетели вместе на Марс. Такие уж они люди, наверное. Ну, хорошо, что оба.

– Ты с работы прямо на поезд? – спросил Женя.

– Забегу домой за чемоданом.

– Позвони тогда мне в дверь. На вокзал вместе поедем.

В будничности его слов было счастье. Во всяком случае, Алеся так почувствовала.

– В восемь часов позвоню, – сказала она.

Глава 6

Август казался преисполненным изобилия даже в такой скудной местности, как Полесье.

– Что же здесь скудного? – удивился Женя, когда Алеся сказала ему об этом. – Луга заливные, река. Не хуже Нила, скажу тебе. Мне, во всяком случае, на теплоходе тоже орать хотелось, как тебе в Египте.

Алеся вспомнила, как всю речную дорогу от Пинска до