Мечта для пса из породы хранителей - Ольга Станиславовна Назарова

– Ну и напрасно! Павел тебя не обидит. Зря Лёха такие страсти тебе наговорил.

– Думаешь, здря? – засомневался детский голосок, явно исходящий от котейки. – Урс, зачем ты в миня носом пилюёшься? – вдруг заинтересовался котик.

– Дурень! На дверь посмотри! – рыкнул рассерженный Урс.

– На дверь? – пискнул Рыжик и повернул круглую рожицу с блеснувшими глазами к дверному проёму. Алёна тоже повернулась к двери и обнаружила там остолбеневшего от крайнего изумления мужа, который одной рукой держался за сердце, а другой ощупывал свой лоб, силясь понять, нет ли у него бреда, а если есть, то где именно?

– Лучше температуру на носу трогать! – машинально пробормотал Рыжик и метнулся на спину Алёны – прятаться.

– На носу? На чьём? – Павел выглядел настолько забавно, что Алёна не выдержала и рассмеялась.

– Паш, ты только не пугайся, тут у нас небольшое чудо случилось… Видишь ли… Кот, которого Лёха нашёл, оказался говорящим!

– Это настоящий кот… говорящий, а на цепи сидит Горыныч-змей… – машинально процитировал Павел кусочек известной детской песни. – Кот… говорящий… А Горыныча нам пока никто не подсуропил?

– Паш, думаю, что дракон – это уже несколько перебор даже для нас! – Алёна подошла к мужу, и обняла его. – Я сама только вчера узнала.

– Погоди… Так ты что, серьёзно? Это не розыгрыш? – безумные догадки крутились в голове Павла, но ни одна из них явно не подходила к данному случаю.

– Нет, прости… Не розыгрыш. Кот говорит. Причём, вполне осознанно и разумно. Более того, это не единственный такой кот.

– Что? – Павел добрался до кресла, рухнул туда и опасливо осмотрел комнату, словно опасаясь, что сейчас из углов полезут новые коты, болтающие на разные голоса, но явно по-русски.

– Пашенька, у нас такого нет. Твоя мама с ним общалась.

– Мама? Ну, это не показатель, она и бобра разговорит, если надо… – протянул Павел и помотал головой. – Знаешь, мне всё кажется, что я немного того…

– Неее, ты не того… – заверил его детским голоском рыжий кот, застенчиво выглядывающий из-за диванной подушки.

– Утешил! – саркастически хмыкнул Павел. – Глюк говорит мне, что я совершенно нормален!

– Я – не Глюк! Я – Рыжик! Ну, чиго он тоже обзываетисяяя! – обиделся Рыжик и полез на руки к Алёне в поисках утешения. – Висе такие большииие, а всё какие-то непонятные слова говоряюют!

– Хотя… С другой стороны, лучше уж говорящий кот, чем то, что я вначале подумал! – негромко рассуждал Павел, косясь на обиженного котика.

– Что-то мне кажется, что лучше не уточнять, что именно это было… – опасливо протянула Алёна.

– Да, пожалуй, не стоит! – кивнул Павел и, сфокусировавшись на коте, уточнил: – А почему он так странно говорит? Словно ребенок?

– Потому чито я маааинький ещё! – объяснил Рыжик.

– Он выглядит взрослым, но по-людски ему года четыре-пять, – пояснила Алёна.

– Мутант! – сочувственно кивнул Павел.

– Да чиго он опять обизываииится? Ты говоряла, чито он уминый и добрый. А только пугаиииит и обзываиииитисяяя! – обиженно протянул котик.

В дверях появилась очень сонная Тенька, которая осмотрела общество и тявкнула:

– А что такое мутант?

– Она спирашивает, чито такое мутант, а я сам не знаааю! – Рыжик доверчиво воззрился на Павла, а Павел уставился на практически невидимую в темноте чишку и с ужасом спросил:

– Они что? Теперь всё время будут всё спрашивать? Это что, правда? На самом деле? И мне не снится?

– Алёна, Алёна, а можеть, его кусьнуть? Тогда он, наверное, точино поймёт, чито не спит! И кито такой, этот самый мутант, если это не я? И кито такой тот глюк с которым миня висё время путаюют? – заторопился Рыжик, стараясь ничего не забыть.

Алёна и рада была бы хоть что-то ответить, но не могла – смех разбирал. А Павел вроде как проснулся окончательно, осознал, что это всё ему не кажется, не мерещится и вообще, вполне себе реальность.

– А с другой стороны, точно лучше говорящий кот, чем… – тут Павел вдруг ощутил такое облегчение! Дикость, конечно, странность неописуемая, но что только в нашей жизни не бывает. В конце концов, люди раньше много чего считали сказкой, а оно, оказывается, очень даже существует.

– Так! За мутанта я прошу прощения. Глюк – это когда кому-то что-то мерещится, это тоже не про тебя, и вообще, я бы хотел услышать подробности! И, ещё мне очень интересно, почему я об этом уникальном существе узнаю последним в доме? А? Жена моя, мать моего Степашки? Как ты могла? – живо заинтересовался Павел.

– А кто такой этот самый никальный существ? – заныла спросоня Тенька. – Ну, почему, почему мне никто ничего не рассказывает?

– Фантасмагория натуральная! – вздохнул Павел, он пересел на диван, обнял Алёну за плечи, и выдохнул: – Хотя, если так подумать, то это, по крайней мере, не скучно!

– Однозначно не скучно! – фыркнул Урс.

– Хозяин, бедняга, даже не представляет себе, насколько ему будет теперь весело, – посочувствовал Бэк.

Рыжик набрал было побольше воздуха, чтобы перевести, но его негромко предупредили:

– Будешь бобтейлом поневоле! Люди – существа нежные, им не всё слышать надо, что мы говорим. А то они нервничать будут и волноваться! Переводи только когда мы тебя об этом просим. Понял?

– Ага! А бобтейл это кито? – уточнил он у Алёны.

– Порода котов такая – бесхвостая. А что?

– Опять пугаююють! – тихо вздохнул Рыжик. – Не хочу быть бесхвостиковым говоряющим котиком!

Тенька, сидя на тапочке Павла о чём-то напряженно раздумывала, а потом громко тявкнула, привлекая внимание:

– А кто такая фасмагория туральная? Хоть это мне можно знать? Может, она не такая вредная, как вы тут. И с ней поговорить можно и поиграть?

– Рыжик, а то, что Тень лает, ты понимаешь? – вдруг заинтересовался Павел.

– Да. Но она сейчас так непонятно спрашиивает… Я и сам не знаю, кито это все такие… никальный существы и туральные фасмагории. Наверное, потом я буду ооочень умный и висё буду знать! Но сейчас, может, ты мине скажешь?

– Паш, лучше спать иди. А то, если ты завтра заказчикам и начальству будешь рассказывать о таких уникальных существах и натуральной фантасмагории, тебя отправят на лечение за счет честно заработанной премии! – рассмеялась Алёна.

– Точно! И Алёна про них знает! Надо проследить за ней. Может, она их где-то тут прячет! – решила Тенька.

– Да уж… лучше пойдем спать. Кстати, я хотел уточнить, есть ли хоть малейшие шансы, что мне это снится? Ну, вот это вот всё! – Павел махнул рукой на выглянувшего из-за Алёны Рыжика.

– Я не снюсяяя, – помотал головой Рыжик.

– Ни малейших! – уверенно ответила Алёна. А когда он уже добрался до родной и так опрометчиво покинутой подушки, тихонько спросила:

– А ты хотел бы, что бы мы тебе только снились?

Павел представил себе жизнь с абсолютно нормальной