Немного удачи - Джейн Смайли

Что ж, когда он вернулся, родители поджидали его на крыльце. Как выяснилось, папа ездил к дедушке Отто всего на час, а мама действительно видела, как уезжает машина, и папа отправился в школу, чтобы проверить, там ли Фрэнк. Возможно, вся семья собралась на крыльце только потому, что стоял погожий денек, а может, хотели увидеть, что теперь будет. Когда машина свернула на подъездную дорожку, папа встал и спустился с крыльца. Выглядел он довольно сердитым, хотя ремень не расстегивал. Не глядя на него, Фрэнк деловито обошел машину, открыл дверь и аккуратно вытащил велосипед.

– Ух ты! – восхитился Джоуи.

Папа встретил его и велосипед у кромки травы.

– Что это? – рявкнул он.

– Круизер «Колумбия». Думаю, ему не больше года…

– Откуда он у тебя?

– Ну, я взял часть денег, вырученных за кроличьи шкурки, и купил его, чтобы ездить в старшую школу. По моим прикидкам, я могу добраться туда за полчаса или меньше, быстрее, чем повозка…

Быстро тараторя, он покосился на папу.

– А кто тебе разрешил взять машину?

– Никто.

Мама стояла на верхней ступеньке крыльца с Генри на руках, и Фрэнк знал, что сейчас нужно сделать: он ей улыбнулся. И она сказала:

– Ты все твердишь о предприимчивости, Уолтер. Вот тебе и предприимчивость.

Ровным, деловым голосом Фрэнк сказал:

– Я могу пойти в старшую школу осенью и закончить ее в семнадцать. – А потом: – Я заправил машину бензином на доллар.

– О господи, – пробормотал Уолтер. – Что ж, в качестве наказания вымой машину внутри и снаружи, понял?

Фрэнк знал, что сумеет заставить Джоуи помочь ему.

– Хвала Господу, ты жив и здоров, – сказала Розанна. – У меня сердце было не на месте.

Но она не могла скрыть своей радости.

Однажды в конце августа папа вернулся домой из офиса окружного агента в Ашертоне и заявил:

– Видимо, мы покупаем трактор.

Джо давно уже не видел улыбки на лице отца – даже во время сбора овса, хотя урожай выдался неплохой, – и он слышал, как папа сказал маме:

– Пять лет назад я знал, что смогу продать овес чуть подороже, чем мне обошлась посадка, но если я кормил им свиней и скот, то животные превращали этот овес в настоящие деньги, и, надо сказать, я думал, что знаю, что делаю. Но теперь я и шести центов с доллара не могу получить, а цены на свиней и скот такие низкие, что чем больше овса они едят, тем меньше стоят. Все как будто с ног на голову перевернулось.

– Ты слышал, что Ларсены переезжают в Калифорнию? – спросила мама.

– Это какие, по ту сторону Денби?

– Не стоило им покупать трактор. Уж не знаю, чего им в голову взбрело.

Но потом Рузвельт провел какой-то закон, и папа получил деньги за то, чтобы не сажать половину кукурузы.

– И зачем мне ее сажать? – сказал папа. – Сорок два бушеля с акра, но всего семнадцать центов за бушель – в чем разница между этим и девятью бушелями с акра по восемьдесят пять центов за бушель? Никакой, разве что те сорок два бушеля чего-то стоят почве. Поэтому в следующем году я высажу на половине участка клевер, а потом все перепашу.

В день, когда папа с Фрэнком отправились за трактором, в гости приехали Элоиза с мужем и новорожденным ребенком. Джо нес воду овцам (их осталось четыре) и увидел, как подъехала машина, «Плимут» с «тещиным местом»[40]. Это была красивая машина, и когда из нее вышла Элоиза с ребенком на руках, а потом высокий худощавый мужчина, Джо побежал к колодцу и вымыл лицо и руки под колонкой. Когда он вернулся в дом, Элоиза и мужчина сидели на диване, а мама – в кресле-качалке с Генри на коленях. Лиллиан ворковала над младенцем Элоизы, который, если такое возможно для младенца, выглядел точной копией мужчины, насколько это возможно для младенца.

– Джоуи, – сказала мама, – смотри, кто приехал! Элоиза родила дочку, ее зовут…

– Роза! – воскликнула Лиллиан. – Ей пять месяцев. А знаешь что? Она родилась в твой день рождения!

– Ага, – подтвердила Элоиза. – Тринадцатого марта.

Мужчина, сложив руки на коленях, озирался по сторонам.

– Роза Сильвия Зильбер, – продолжала Элоиза. – Я хочу, чтобы она стала народной героиней. Джоуи, это мистер Зильбер. Мой муж. Твой дядя Юлиус.

Джо повел себя так, как его учили: посмотрел прямо в глаза мистеру Зильберу, протянул правую руку и сказал:

– Как поживаете, мистер Зильбер?

Мужчина ответил:

– Рад познакомиться, Джо.

У него был мелодичный акцент, огромные, но длинные и тонкие руки и опрятные ногти.

– Мистер Зильбер – писатель, – сообщила мама. – Он зарабатывает этим на жизнь.

– Я тоже, – заметила Элоиза.

– Ну, я… – начала мама.

Лиллиан протянула руки к ребенку, и ребенок ответил ей тем же. Розанна улыбнулась. Это была первая добрая улыбка, которую Джо увидел на лице матери