Замок Дор - Дафна дю Морье

Когда Мэри, оглянувшись через плечо в церкви Сент-Колумб, увидела, что с ними больше нет Амиота, она тотчас поняла: что-то не так. Она не стала терять время на его поиски в церкви и направилась прямо к дверям. Выйдя во двор, она увидела его удаляющуюся спину — он шел по узкой улице направо. Мэри инстинктивно почувствовала, что необходима осторожность: Амиот не должен знать, что она следует за ним. Амиот шагал уверенно, ни разу не оглянувшись. Вместо того чтобы свернуть налево, на тропинку, ведущую к Тресаддерн-Фарм, по которой они в то утро направились в город, он продолжал идти в гору, мимо магазинов и домов, и вскоре Сент-Колумб остался позади, а впереди не было ничего, кроме дороги. Мэри остановилась, потому что на столбе был указатель с надписью «Труро», который, как ей было известно, находился в противоположной от фермы стороне, на расстоянии не менее пятнадцати миль. Погода начала портиться, моросил мелкий дождик, а Амиот уже вошел в полосу тумана — скоро он совсем скроется из виду. Продолжать играть в шпионов было бессмысленно, и она побежала, окликая его по имени.

— Амиот! — кричала она. — Амиот, подожди меня!

Она увидела, что он повернулся и пристально вглядывается в нее. А когда она поравнялась с ним, он не улыбнулся ей, как обычно, а стоял, наблюдая за ней с каким-то странным и серьезным видом.

— Не сердись, — попросила она, чуть не плача. — Я увидела, что ты ушел из церкви, и решила последовать за тобой. Ведь что-то не так. Я почувствовала это, когда мы вчера приехали в Тресаддерн и тебе вручили письмо.

Он не сразу ей ответил, и голос у него был не такой, как у Амиота, которого она знала. Это был резкий голос незнакомца.

— Тебе лучше пойти обратно, — сказал он. — Ты ничего не можешь поделать.

Повернувшись, он снова зашагал вперед. Мэри бежала рядом с ним, стараясь не отстать. Наконец она схватила его за руку.

— Амиот, — произнесла она, и из глаз у нее полились слезы, — ты же обещал! Ты дал отцу слово! Ты не волен поступать, как тебе заблагорассудится.

Он попытался стряхнуть ее руку, и лицо его было бледным, пугающим своей непривычной серьезностью.

— Я дал слово другому человеку, прежде чем дать слово твоему отцу, — ответил он. — Я делаю это не потому, что мне хочется, а потому что должен. Это сильнее меня, и тут ничего не поделаешь. Возвращайся, Мэри, а то я рассержусь.

— Нет, — рыдала она, — нет, я не уйду. Ты слишком дорог всем нам, и я не позволю тебя погубить.

И тогда он снова остановился, глядя на нее. Сент-Колумб растаял в тумане, а вокруг них простиралась голая, унылая земля. Потянув ее к обочине, он сказал:

— Ты мне тоже дорога, Мэри. И ты, и Джонни, и остальные… Даже бедный мистер Трежантиль, такой добрый. Но никто из вас теперь не сможет остановить меня.

— Это миссис Льюворн, не так ли? — спросила Мэри. — Вот почему ты сейчас убегаешь! Ты идешь на встречу с миссис Льюворн. Письмо было от нее.

— Зови ее так, если хочешь, — сказал Амиот. — Я никогда так ее не звал, да и вообще не называл никаким именем. Она мне дороже жизни — вот и все, что я знаю.

И тогда Мэри поняла: что бы она ни сказала, его не удержишь, он все равно пойдет к той женщине. Слова его звучали так, словно он уже был рядом с ней или в каком-то сне, и то, что он стоит сейчас на дороге, не имеет никакого значения, для него это не реальность. Но для девочки это было вполне реально. Инстинкт подсказывал ей, что с ним нужно быть твердой и хитрой, иначе она его потеряет.

— Да, Амиот, — сказала она, — я понимаю. Ты ее любишь, и для тебя не существует никого на всем свете, кроме нее. Я тебя не виню. Позволь мне пойти с тобой — пока ты ее не найдешь. Это все, о чем я тебя прошу.

Ей показалось, что она внезапно стала старой и мудрой, а он — маленький ребенок, младше Джонни, и его нужно защищать. Он не знает, что ему грозит опасность, и она должна это от него скрывать.

— Ей никогда не найти дорогу в таком тумане, вот что меня беспокоит, — сказал он, вглядываясь в густую завесу, уже скрывшую всё впереди. — Она смело отправится в путь, потом заблудится, и с ней случится беда. Вот почему я выбрал дорогу на Труро: она приведет меня к «Индийской королеве», тут нет и трех миль.

— К «Индийской королеве»?

— Да, это название гостиницы, где они остановились, — они приехали на какой-то обед. Она рассчитывала, что доберется туда до полудня, и назначила мне свидание в Замке ан-Динас от часа до двух.

Мэри была поражена. Каким образом миссис Льюворн узнала, что Амиот будет в этих краях, и как у нее хватило наглости назначать встречу в замке, когда мистер Трежантиль отвечает за их компанию, а сама она находится здесь вместе с мужем?

— Если бы мы не пошли в Сент-Колумб и была хорошая погода, мы могли бы утром устроить в замке пикник, как вчера. Как бы ты объяснил ее присутствие мистеру Трежантилю? — спросила Мэри.

Он пожал плечами со странным безразличием, как будто подобная мысль не приходила ему в голову.

— Я бы вышел на дорогу ее встречать, точно так же, как делаю это сейчас, — ответил он. — Все бесполезно, Мэри, нас не остановишь, я тебе уже сказал. Если хочешь, пойдем со мной. Я больше не могу медлить.

Он снова зашагал вперед, и она вынуждена была приноравливаться к его шагу. В любом случае, подумала она, туман задержал путешественников, ехавших на обед, и если сам мистер Льюворн находится в «Индийской королеве», то миссис Льюворн, должно быть, не в своем уме, если попытается осуществить намеченный план. Несомненно, по мере приближения к гостинице Амиот осознает, что делает глупость, и согласится вернуться в Тресаддерн-Фарм.