Сомнительные активы - Лика Белая

— Бежать? — Лена фыркнула, не скрывая презрения. — Отличный план. Есть только одна проблема — он немного запоздал. Особенно с твоей кредитной историей. Ты в курсе, что Аркадий Петрович уже заказал у своих аналитиков полный аудит твоего агентства? Не для сделки. Для банкротства. На случай твоего «нет».

Алиса отошла к окну, вернулась обратно и села на край стола, сохраняя высоту.

— Ты что-то предлагаешь? Ты же явно приехала не просто поныть.

— Я приехала спасти свою студию, — Лена вытащила из кармана электронную сигарету, покрутила в пальцах и сунула обратно. — А для этого мне нужно знать, с кем я имею дело. С тобой или с тем, кого пришлёт Воронцов на твоё место. Разница, на минуточку, в том, что ты хоть понимаешь, где ставить паузы в выступлении. А его Марк — нет.

— Трогательная забота о моём будущем.

— О моём будущем, — поправила Лена. — С тобой у меня есть шанс остаться главной. С любым другим — я стану наёмным техником, который крутит ручки по указке. А Иван превратится в говорящую куклу для дуэтов с поп-принцессами. Тебя устраивает такой финал?

— Меня не устраивает нынешняя ситуация.

— Не тебя одну. Поэтому я предлагаю выход. — Лена откинулась на спинку стула, приняв позу лектора. — Ты принимаешь предложение Воронцова. Остаёшься его официальным надзирателем при сыне. Получаешь деньги на свой офис и доступ к его контрактам.

— И становлюсь официальной тварью. Отличный план.

— Становишься официальной тварью с бонусами, — не моргнув глазом, ответила Лена. — Ты остаёшься со своим агентством, с успешным проектом, и с богатеньким красавчиком в постели.

Алиса молчала, глядя на неё.

— А тебе-то что с этого? Кроме гарантий работы?

— Для меня всё просто останется как прежде. Может даже чуть лучше. Аркадий Петрович уже расщедрился, мы получаем дополнительное финансирование. Новое оборудование. Для меня самое главное — стабильность. Пока ты там будешь изображать, я смогу нормально работать. Без авралов, без угроз закрытия. — Лена усмехнулась. — Мы все в выигрыше. Ваня получает тебя как буфер от отца. Ты — свой бизнес на плаву. Я — свою студию. Воронцов-старший — иллюзию контроля. Все довольны. Ну, кроме твоей совести, но её, я думаю ты уже не раз клала на весы.

Она кивнула на лист с цифрами на столе Алисы.

— Цифры — они такие честные. Не то что чувства. Итак, что выберешь? Благородную гибель? Или грязную, но живую игру, где у тебя хоть какие-то карты на руках?

— А что с Ваней? — тихо спросила Алиса. — Как я буду смотреть ему в глаза?

— Точно так же, как смотрела всего два месяца назад, — холодно констатировала Лена. — Через призму контракта. Только с бóльшими полномочиями. Сможешь ли ты соврать ему в лицо — это твои проблемы. Моё дело — не дать прийти сюда какому-нибудь идиоту, который начнёт учить меня сводить треки. Решай. У тебя полно времени до завтрашнего утра.

Она встала, поправила сумку на плече и вышла, не дожидаясь ответа. Алиса осталась сидеть на краю стола. Ей вдруг с болезненной ясностью вспомнился сон. Три этажа. Голые стены. Недосягаемая сумма. Она металась по этому лабиринту, пытаясь найти выход, найти деньги, найти смысл. Возможно, ей нужно было не достраивать лишние этажи, а искать единственную дверь, которая в том сне была не заперта.

Она подняла голову и посмотрела на фикусы. Листья, которые она протёрла утром, теперь ловили скупой свет из окна, и на мгновение ей показалось, что они стали чуть зеленее.

****

Телефон на столе завибрировал. Алиса посмотрела на экран — «Катя». Она взяла трубку.

— Я сегодня улетаю, — голос Кати звучал приглушенно. — Рейс через четыре часа. Ты ещё успеешь проводить меня прощальной кружечкой кофе. Приедешь?

— Конечно, через час буду.

****

Она нашла их у стойки с кофе за пределами зоны вылета. На удивление компактные, почти игрушечные чемоданчики стояли у ног Кати — будто они уезжали не на полгода, а на выходные, легко и без оглядки. Сергей доедал круассан. Катя сидела напротив и вертела в руках посадочный талон, уже слегка помятый.

— Ты опоздала на полчаса, — заметила она, увидев Алису. — Я уже начала бояться, что ты передумала. Решила, что проводы — это слишком пафосно.

— Радуйся, что я не с оркестром приехала, — ответила Алиса, подсаживаясь. — Я не могла оставаться в офисе, не убедившись воочию, что ты и правда сбегаешь.

— На этот раз точно, — искренняя улыбка появилась у Кати на губах, но взгляд уже был немного отстранённым, будто она мысленно была там, в самолёте, глядя в иллюминатор на удаляющийся город.

Сергей вежливо кивнул, здороваясь, и тактично сделал вид, что ему срочно нужно отойти, поговорить по телефону.

— Ну что, — Катя отложила талон. — Осталась одна в нашем стеклянном склепе?

— Да если бы одна. Гости заходят без перерыва. Не всегда приятные. И цветы без тебя чахнут, — Алиса попыталась улыбнуться в ответ, но получилось не очень.

— Фикусы? Да ладно, они переживут ядерную зиму.— Катя посмотрела на неё пристально. — А вот ты похоже нет. Вид у тебя не очень.

— Да и не только вид, — Алиса вздохнула. Она не стала врать. Катя всегда видела насквозь.

— Всё плохо?

— Даже хуже.

— И что будешь делать? — Катя не спрашивала о деталях. Она спрашивала о векторе.

— Не знаю, — честно призналась Алиса. — Надо выбрать. Между… ну, между плохим и очень плохим. Как обычно.

— О, наш корпоративный девиз, — Катя фыркнула, но беззлобно. — Слушай, я тут всё пока сидела проанализировала. Уезжать — это офигенно. Особенно когда на тебя тут смотрят грустные глаза разорённой подруги. Сразу ощущаешь себя почти гением.

Она посмотрела на Алису прямо.

— Но вот что я тебе скажу, Алис. Ты всю жизнь выбираешь между «надо» и «надо, но так, чтобы было правильно». Прямо сейчас, на пять минут, отпусти это. Нет у тебя никакого офиса. Нет долгов. Нет этого твоего сложного молодого человека с богатым отцом. Вообще ничего нет. Что бы ты делала? Чего ты хочешь?

Сергей вернулся, выразительно посмотрел на часы.

— Всё, поехали, — Катя встала, накинула рюкзак на одно