Коротко обо всём. Сборник коротких рассказов - Валентин Валерьевич Пампура

— Да, о чём только думают. — Согласилась она. — А вы-то сами ни минуты без дела не сидите. То пилите, то строгаете, всё время при деле.

— У нас знаете тоже воспитание. Я после восьмого класса по плотницкому делу пошёл. Так и тружусь до сих пор на этой ниве.

— То-то я смотрю, у вас всё так ладно выходит. Что не поделка, так произведение искусства. Ой, совсем забыла, нам бы заборчик общий поправить. А то завалиться скоро. На ладан дышит, как говориться.

— А, это поправим. Я уже и доски заказал. Думаю старый забор снести и новый поставить.

— Как это вы так, надумали сами и не сказали мне ничего.

— Так я вот и говорю. Вы не беспокойтесь, вам это ничего не будет стоить. Я всё сам сделаю.

— Ну, как это, что ж я, общий забор и ничего не будет стоить? Я так не согласна.

— А вы мне обеды готовьте, пока я трудиться буду, и в расчёте. Очень у вас картошечка тушёная ароматно пахнет, когда вы её готовите. Я так, весь день хожу и слюной истекаю.

— Ладно, договорились с меня обеды, и по маленькой, к картошечке. Наливочка у меня сливовая, сама делала. Слива такая уродилась, что как говориться сам бог велел, пустить её в производство.

— Вот это правильно. Это я уважаю. Значит договорились. А заборчик я выровняю немного по линии. А то в прошлый раз, когда ставили, на мой участок забор скосили. Метра полтора съели. Там ваши кусты крыжовника, клином входят на мою территорию, вот его и провели не ровно.

— А как же крыжовник тогда мой?!

— А я те кустики, что на мою территорию входят, вырублю.

— То есть, как это вырубите?!

— Да вы не волнуйтесь, там всего полтора кустика. И на тех ягода кислая и мелкая.

— Нет уж, вы простите меня, но это мои кустики, и мне решать какая там ягода кислая или сладкая. А вы вон сперва посадите, что ни-будь своими руками. Вырастите, а уж потом рубите. А то, взяли моду на чужие кусты топором махать.

— Вы меня извините. Но если это чужие кусты, то, что они делают на моём участке?

— Да с чего вы взяли, что это ваш участок. Всю жизнь там росли кусты, и всегда забор там так стоял, с чего это вы вдруг решили всё переиначить.

— Так ведь это видно из межевого плана. Там нынешний забор, на полтора метра уходит в мою сторону. А всё из-за этих чёртовых кустов.

— Ну, знаете! Так относиться к многолетнему труду. Этого я от вас не ожидала. Этот крыжовник, появился здесь ещё задолго до того как вы купили эту дачу. Он старожил этих мест. А вы хотите его вырубить. Вы, который не посадил на своём участке не кустика, который только и может, что тесать топором доски. Уничтожая природу. Вы… — Она поджала нижнюю губу, гневно сверкнула глазами, и произнесла — Вы монстр.

— Простите, но если вам так дороги эти кусты, то пересадите их на свою территорию. Я не против природы. И считаю, природу лучшем местом для отдохновения души. Но терять свои полтора метра из-за ваших кустов я не намерен. И потому со всей ответственностью заявляю. Если завтра к полудню, кусты не будут убраны с моей территории, я их вырублю.

— Что?! Если хоть ягодка упадёт с моих кустов, я подниму на ноги всю общественность. Вы пожалеете, что купили эту дачу. Я устрою вам такую жизнь. Что вы ещё будите умолять меня оставить вас в покое.

— После таких угроз, я не буду ждать полудня. Я вырублю ваши паршивые кусты с первыми лучами солнца. Так что если они вам дороги идите, пересадите их до рассвета. Всё.

Из кустов сирени вышли двое.

— Папа.

— Мама. Вы что?! Так же хорошо всё начиналось.

— Марш, домой! Шляешься по кустам, с кем попало! — Сказала она — Завтра же вырублю этот куст разврата.

— Этот куст растёт возле моей калитки, и я вам его рубить не позволю. — Сказала он.

— Ну, это мы ещё посмотрим. Крыжово-руб. — К дочере. — Что уставилась?! Марш домой. — К нему. — Тоже мне, а ещё говорили, что мои губы это цветы магнолии. А я поверила. Развесила уши как дура. А вам, оказывается, просто нужно было пол двора оттяпать. Узурпатор. — К дочери. — Пошли. — Уходят.

— Чёрт! Ну, какая женщина. Огонь. Молния. Завтра же вырублю крыжовник.

— Пап, пойдём уже спать. — Уходят.

Ночь каплями россы села на скамейку, и во влажной зелёной тишине, запели лягушки.

Страх

Лодка ткнулась носом в песок и замерла. Белые цветы качнулись, и застыли на тёмной воде. Сырое небо нависло над соснами. Ветерок пробежал. Поднял рябь на воде, и пропал. Потом всё стихло. Слышно было только, как она дышит.

— Пойдём. Сейчас польёт. — Сказал он.

— Постой. — Ответила она. — Давай ещё посидим. Смотри как тихо. — Она потянулась к цветку. Лодка ожила, и волны покатились туда, где стояли сосны, подпирающие, нависшее, небо. Они ударились о берег, сосны вздрогнули. Колючие ветви, проткнули небо и большие, редкие капли стали падать на поверхность озера. Они хлопали о тёмную воду, разбрызгивая её.

— Смотри как красиво. — Сказала она.

— Бежим. — Он сошёл на берег.

— Нет, подожди. — Она подставила ладони и капли стали падать на руки. — Ты чувствуешь, какие они тёплые?!

Пустым жестяным ведром, гром прокатился над озером. Небо, вспыхнуло, раскололось, и опрокинулось на землю тёплыми потоками воды. Он спрятался под ветвями старой сосны. А она, прыгнула на берег, раскинула руки и закричала. — Лей, лей сильней. Ещё. — Капли хлестали, и вода лилась с её волос. Она двигалась в ритм падающих капель. Босые ноги отстукивали такт, выплёскивая грязь из луж. Руки кружили в пространстве. Тело обтянутое мокрым платьем превратилось в гибкую виноградную лозу. И качалось, увлекая моё сознание. Вдруг она остановилась. Посмотрела на меня. И закричала — Иди ко мне.

— Нет. Я боюсь грозы.

— Не бойся. Она не страшная. Иди.

— Я не могу.

— Можешь. — Она подошла к нему. Взяла за руки и вытащила его из-под сосны. — Здесь не страшно. Ты чувствуешь, какая свобода. Какой простор. Ну!?

Небо вспыхивало и гремело. Вода была повсюду. Она лилась, и казалось, что будет лить, пока не зальёт всю землю. Он вздрагивал при каждой вспышки молнии.

Она, обняла его. Он уткнулся в мокрую ткань. За