Замок Дор - Дафна дю Морье

В тот же день, несколько позже, Дебора отправилась на собственный причал Марка Льюворна и, подтянув лодку к берегу, усадила в нее нотариуса и торговца луком Амиота. Пару минут постояла, чтобы убедиться, что молодой человек, несмотря на то что был перевязан, очень даже ловко управляется с веслами.

Однако месье Ледрю склонен был усомниться в способностях этого парня, особенно когда они оказались в опасной (по его мнению) близости от кормы черной шхуны, стоявшей на якоре.

— Осторожно!

— Всё в порядке, — безмятежно заверил его Амиот. — Это «Жоли бриз». — Он исторг какой-то странный, резкий возглас, о чем месье Ледрю позже вспомнил, и очень искусно подвел лодку под якорные цепи на носу.

На палубе показался матрос. Он перегнулся через фальшборт.

— Ив, не сходишь ли ты в кубрик и не принесешь ли мои вещи? Или мне взять их самому? Они в узелке, на моей койке, а рядом — моя скрипка.

— Да, я их видел только что, когда прибирался, — ответил матрос. — Я подумал, что ты собираешься покинуть судно. Надо сказать, меня это не удивило. — Бросив взгляд через плечо, он снова посмотрел вниз с добродушной усмешкой. — Хорошо, я схожу за твоими вещами. Но сиди тихо. Хозяин внизу, он мрачнее тучи.

Шкипер действительно находился внизу, и сна у него не было ни в одном глазу. Он услышал и узнал выкрик юнги. Он появился на палубе во весь свой гигантский рост как раз в тот момент, когда матрос нырнул в люк на носу судна. Подойдя к фальшборту, шкипер посмотрел вниз.

— Ну что, глупец? — обратился он к Амиоту. — Значит, ты передумал и вернулся?

— Чтобы забрать свои вещи, — ответил месье Ледрю.

— Его вещи? Его вещи?! — загремел Фугеро. Он шагнул к открытому люку и, склонившись над ним, завопил: — Эй, внизу! Что это ты там делаешь?

Провинившийся, хотя и был напуган — власть шкипера на судне почти безгранична, — оказался смелым и правдивым парнем.

— Я собираю вещи Амиота Тристана, — ответил он.

Вскоре матрос появился на палубе. В руке у него был узелок, под мышкой — самодельная скрипка.

— Без моего разрешения, hein?[8]Ну погоди, дружок, я покажу тебе, что значит дисциплина. А вот это — для начала!

Он выхватил у парня скрипку, сломал ее о колено и выбросил за борт — обломки тут же увлек за собой прилив.

— Вот так! — сказал Фугеро и, схватив узелок, поднял его вверх. — Что до этого барахла, то я оставлю его здесь. Или ты предпочитаешь, чтобы я его тоже выбросил за борт?

— Друг мой, — вмешался месье Ледрю, прикрыв глаза, словно во сне, но весьма четко произнося слова, — если вы настаиваете на первом или попытаетесь сделать второе, я отведу этого молодого человека прямо на таможню, а оттуда — в полицейский участок, где дам указание вызвать вас в суд. Потом мы найдем свидетеля, который всё подтвердит. И в этом случае я вам не позавидую. Представляю, как вас встретят судовладельцы: ведь вы будете признаны виновным в жестоком обращении с людьми. К тому же их вряд ли обрадует счет, который будет выставлен за простой судна. Лично я не сторонник наказания, — спокойно продолжал старик. — Я нотариус, а не судья. Но я гораздо лучше, чем вы, знаю, как действует закон в таких случаях. — Он открыл глаза и взглянул вверх, словно пробудившись. — Так что для вас же лучше немедленно передать вниз этот узелок.

Фугеро с минуту размышлял, затем швырнул узелок матросу.

— Вот, брось его им — и скатертью дорога!

— Извините, — на этот раз голос месье Ледрю прозвучал сурово, — но вы передадите его своими собственными руками и очень бережно — да, очень бережно.

Узелок был передан вниз.

Когда он был принят со словами: «Благодарю вас», шкипер повернулся, чтобы обругать моряка. Но тут снова четко зазвучал властный старческий голос:

— Мы поднимемся немного вверх по реке, но к вечеру я вернусь. Какое-то время я буду жить в «Розе и якоре». Если поступят еще какие-нибудь жалобы на вас, то я их рассмотрю, и о них станет известно в Локтюди и на побережье. До свидания!

Пройдя около ста ярдов вверх по течению, они увидели, что на поверхности плавает скрипка Амиота, а рядом смычок. Но скрипка раскололась на две части, и починить ее было невозможно.

— Я обязательно куплю вам новую, еще лучше, — пообещал месье Ледрю, увидев на глазах у юноши слезы.

— Но я сделал ее сам, месье.

— Пожалуй, починить ее все-таки можно, — утешил его месье Ледрю. — Лично я не музыкант, но, как бы то ни было, вы не смогли бы сыграть на ней сейчас: во-первых, скрипка сломана, а во-вторых, вы же не можете грести и одновременно играть.