Прощай, Алиса! - Маша Ловыгина

Андрей сразу узнал Алису, хотя не мог даже толком разглядеть ее лицо. Пряди светлых волос было достаточно, чтобы внутри него взорвался вулкан ненависти и злости. Оценивать обстановку тоже не стал, сейчас ему было все равно, сколько мужчин находятся рядом с ней. Да и можно ли было назвать мужчинами тех, кто завалил хрупкую девчонку в траву и пытался стащить с нее одежду.

Алиса хрипела и извивалась под чужими руками, и Андрей успел подумать лишь об одном: как бы ненароком не зацепить ее и не причинить боли.

— Этот мой! — рявкнул Матвей, когда Андрей накинулся на того, кто сейчас навис над Алисой, и повалил его на бок.

Вскидывая кулак вверх, он снова и снова впечатывал его в белеющее в темноте лицо, не замечая ответных ударов. Мужчина в форме пытался сгруппироваться, но в итоге вцепился Андрею в горло, пытаясь вырвать кадык. Андрей захрипел и перехватил его руку, выкручивая ее в сторону. Они покатились по земле под шум других ударов, которые раздавались в метре от них.

Раздался треск, а затем глухой стон. В этот момент Андрей размахнулся и одним точным ударом отправил противника в нокаут. Вскочив, по инерции занес руку, желая помочь Матвею, но увидел того сидящим на траве, а рядом с ним Алису с какой-то палкой в руках.

Глаза ее были расширены, а грудь вздымалась, словно кузнечные меха.

— Андрей… — выдохнула она и бросилась к нему.

Обхватив ее за плечи, он прохрипел, обращаясь к Моте:

— Валим!

Тот поднялся, ошарашенно разглядывая лежащее рядом с ним тело, а затем, пошатываясь, заковылял к Андрею и Алисе.

— Рвем когти и не оглядываемся! — сплевывая кровь, прорычал он.

Держа Алису за руку, Андрей потащил ее за собой тем же путем, что они пришли с Матвеем. Не произнеся ни слова, стараясь издавать как можно меньше шума, они выбрались на тротуар, и только тогда Андрей снова прижал девушку к себе.

— Ох ты ж, бля… — выдал Матвей, опершись ладонями в колени и переводя дыхание. — Не зря мы все-таки в спортзал ходим, ой, не зря… Только, как говорится, против лома нет приема, окромя другого лома… — кивнул он на Алису. — Лихо она, конечно…

— Андрей… — прорыдала она, уткнувшись в грудь Андрея. — Андрей…

— Тихо, тихо, маленькая моя… — прошептал он, целуя залитые слезами щеки. В ее руках до сих пор была палка, и он никак не мог вырвать ее из ее пальцев. — Отдай ее мне…

Алиса вздрогнула и непонимающе уставилась на свое орудие. Затем всхлипнула и разрыдалась еще больше:

— Я сломала его!..

— Такого бугая сломаешь, как же, — прошипел Матвей. — Очухается!

— Я скворечник сломала-а-а! — залилась слезами Алиса.

47

Костя стоял у машины и смотрел в сторону вокзала. Парковка оказалась забита, и автомобиль пришлось оставить гораздо дальше, чем ему хотелось. На короткую «голосовуху» брата: «Мы скоро!» в ответ он скинул геолокацию и теперь высматривал троицу, время от времени принимая боксерскую стойку и короткими рублеными ударами круша в воздухе невидимых врагов.

Когда за его спиной раздались шаги, он обернулся и не удержался от удивленного возгласа:

— Ой, девочки, а что это с вами?… Откуда вы такие… нарядные?

— В тайгу попали! — пробурчал Матвей и подвигал челюстью. — Машеньку у диких медведей отбивали!

— И как я понимаю, отбили… Привет, Алиса! Черт, да что случилось-то? Судя по вашему виду, медведи по вам знатно потоптались!

— Это ты еще скворечник не видел! — мрачно хохотнул Матвей.

— А… — начал было Костя, но осекся. Глядя на вымазанных в траве, со следами крови на лицах и распухших скулах, молодых людей, он быстро распахнул двери и сел за руль. — Что, все вопросы потом? — с обидой спросил он у брата и включил мотор.

— Расскажу перед сном, вместо сказки на ночь, — Матвей похлопал себя по щеке и скривился от боли. — Андрюх, вы как? — Его голос был полон волнения и сопереживания.

— Терпимо, — кивнул Андрей, помогая Алисе забраться в машину. Затем, еще раз оглядевшись по сторонам, сел рядом с ней. — Поехали, ребятки!

Автомобиль сорвался с места и помчался вдоль ночного проспекта.

— Прости меня, пожалуйста! — всхлипнула Алиса, прижимаясь к Андрею.

— Дурочка, — прошептал он и погладил ее по затылку. — Ну вот за что тебя прощать? Это ты… прости меня… идиота…

Он смотрел в ее припухшие от слез, полные ужаса и смятения глаза и никак не мог успокоить собственное сердце и нервы. Мысленно он все еще был там, около пятиэтажки, и продолжал наносить удары по наглым мордам, в которых не было ничего человеческого. Дикие звери казались ему куда гуманнее тех, кто должен был защищать, а на самом деле, скрывался под личиной борца за справедливость и пользовался своим положением, чтобы мучить и издеваться над теми, кто оказался слабее и незащищеннее. С невероятным спокойствием Андрей вдруг осознал, что если бы в его руках оказалось оружие, то он ни на секунду бы не усомнился в том, чтобы использовать его. Эта правда так явственно предстала перед ним, что отпали малейшие сомнения на сей счет.

Матвей тоже молчал, уставившись в окно и задумчиво потирая сбитые костяшки пальцев. Андрей видел, как плотно сжимаются его губы и твердеет подбородок. Все, что происходило с ними до этого, теперь казалось глупым. Изнанка жизни раскрылась перед ними во всем своем уродстве. А самое страшное, что только теперь Андрей на собственной шкуре осознал, что Алиса выросла в этих цепких страшных объятьях жуткого беспредела.

Подумать только, сколько силы оказалось в этой хрупкой девушке! А еще воли, бескорыстия и наивности. Как это все уживалось в ней, было совершенно непонятно. Все, что ему сейчас хотелось, это прижать ее