Илиада - Гомер

Там удержал Одиссей богомилый коней быстроногих.

Сын же Тидея спрыгнул и, кровавые снявши доспехи,

В руки подал Одиссею и, снова вскочивши на лошадь,

Коней обоих хлестнул. И они полетели охотно

К черным судам крутобоким, — туда и самим им хотелось.

Нестор первым из всех услышал их топот и молвил:

«О дорогие друзья, о вожди и советники войска!

Правду ль скажу, ошибусь ли? Но сердце велит говорить мне.

В уши ударил мне топот стремительно скачущих коней.

Если бы то Одиссей с Диомедом могучим так скоро

Однокопытных пригнали коней от троянского стана!

Страшно, однако, я сердцем боюсь, не они ль пострадали, —

Лучшие меж аргивян, — в оглушительной схватке с врагами».

Слова не кончил всего он, когда уж они прискакали.

Наземь с коней соскочили. Ахейцы навстречу в восторге

Кинулись, правой рукой их и словом приветствуя сладким.

Первым их Нестор, наездник геренский, расспрашивать начал:

«Сын знаменитый Лаэрта, великая слава ахейцев!

Как, скажи мне, вы этих коней захватили? Пробрались

В лагерь троянцев? Иль бог подарил повстречавшийся с вами?

Страшно похожи они на лучи светозарного солнца!

Я постоянно сражаюсь с троянцами. Не остаюсь я

Праздным вблизи кораблей, хоть боец я уже престарелый.

Но я ни разу подобных коней не заметил, не видел.

Думаю, бог, вам навстречу явившийся, их даровал вам,

Ибо обоих вас любят и Зевс, собирающий тучи,

И Эгиохова дочь, совоокая дева Афина».

Нестору так, отвечая, сказал Одиссей многоумный:

«Нестор, рожденный Нелеем, великая слава ахейцев!

Бог, если только захочет, легко и получше, чем эти,

Может коней подарить, ибо много нас боги сильнее.

Эти ж, которых ты видишь, — недавно прибывшие в Трою

Кони фракийцев. Царя их убил Диомед наш бесстрашный,

Возле него и двенадцать товарищей, всё наилучших.

Нами тринадцатым был убит у судов и лазутчик.

Этого сделать ночную разведку средь нашего войска

Гектор отправил, а также другие начальники Трои».

Так он сказал и за ров перегнал лошадей звуконогих,

Гордо смеясь. И, ликуя, за ним устремились ахейцы.

К ставке они подошли Диомеда, построенной прочно,

И привязали коней поводами ременными к яслям,

Возле которых уже Диомеда лихие стояли

Кони, пшеницу жуя, по сладости равную меду.

Сын же Лаэрта в корме корабельной доспехи Долона,

Кровью залитые, спрятал, чтоб в дар принести их Афине.

Сами же оба они, погрузившися в волны морские,

Пот обмывали обильный, на голенях, шее, вкруг бедер.

После того, как волною морской от обильного пота

Кожу омыли они, освежив себе милое сердце,

Вымылись также еще и в красиво отесанных ваннах.

Вымывши тело и маслом его умастивши обильно,

Сели они за еду, и кубки в кратер опускали,

И возлиянья творили Афине вином медосладким.