Женщина-Волшебство - Ульяна Вольная

Спустя три месяца после инцидента раздался телефонный звонок. Номер не определился. Я подняла трубку. Единственное, что меня удивило, когда я услышала знакомый голос, – мысль о том, как он до сих пор её не убил. Видимо, или у девушки крепкая голова, для того чтобы выдерживать подобные нагрузки, или время ещё не пришло.

– Вы шутите? Я к вам не поеду ни за какие коврижки!

Мне понадобилось несколько лет, чтобы осознать, что никто не имеет права никого бить. Когда у женщины сформировано это понятие, то её не бьют и она не бьёт. Последующие ситуации, при которых возникала физическая угроза насильственных действий, я научилась контролировать и устранять. Я перестала быть жертвой и знала, как себя вести.

Беспредел

Пришёл. Оплату провёл, но как дал, так и забрал.

– Нет, не отдам.

– Отдай, я записал весь наш разговор на телефон, я пойду в полицию, – пригрозил он.

– Иди.

Увидев, что его план не сработал, он прижал меня к стене и ещё раз потребовал мои финансы назад.

Первым делом я постаралась внутренне успокоить себя. Главное в этой ситуации – не поддаваться панике и не бояться, что произойдёт то, от чего пока ещё не приходится уворачиваться и бежать.

– Отдай мне деньги, и я уйду.

Обострённое чувство справедливости взыграло во мне, и я не хотела идти на поводу у провокации.

– Ты что, меня ударить собираешься? – с напором прижатой к стене женщины воинственно спросила я.

– Нет, я не буду тебя бить, отдай деньги, – при этом он как будто сам испугался моего вопроса и отпустил меня.

Он был одним из тех, кто способен ударить женщину, но моё внутреннее состояние и новое понимание помогло мне сохранить контроль и не поддаться страху. Я увидела в его взгляде, что он почувствовал и понял: если он меня ударит, тотем самым переступит ту черту, за которой тормозов у меня не будет; дело закончится вызовом полиции и заявлением об ограблении и изнасиловании, а при таком соотношении пострадает больше он.

Убедившись, что его трюки на меня не действуют, он решил сам начать поиск денег, а этот расклад не устраивал уже меня, потому что он мог найти клад. Я открыла ящик, где лежали его купюры, и отдала их ему, предварительно порвав деньги пополам и торжественно вручив. Сходит в банк, постоит в очереди, разменяет.

Выбирая из двух зол, приходится чем-то жертвовать. Потерять относительно небольшую сумму или лишиться крупного заработка? Для меня ответ был очевиден.

Не желая тонуть в ненависти, я постаралась увидеть полезный опыт. Во-первых, я установила сигнализацию и тревожную кнопку в квартире. Во-вторых, я воспроизвела в памяти те ощущения, которые испытала, когда он только перешагнул порог квартиры, попыталась вспомнить его манеру речи, интонацию, жесты, взгляд. Умение читать между строк, слушать себя, слышать окружающее пространство – очень важный навык для работы в проституции, который может спасти здоровье, финансы и даже жизнь, и не только свою. Нет худа без добра.

Когда я поделилась историей и информацией с коллегами, оказалось, что им тоже есть что рассказать. У девчонок произошла более плачевная ситуация: их ограбили клиенты и украли всю выручку и ноутбук.

Неприятности случаются, разница между ними – в объёмах ущерба, но, сколько я ни наблюдала, заметила тенденцию: если вовремя выучить уроки, то закреплённые знания выручают там, где могли бы быть гораздо более тяжёлые последствия.

Кадр из моей хроники был не самым паскудным типом, а так, мелким хулиганом. С отъявленными мерзавцами дела обстояли куда хуже.

Бандит – это состояние души

Всё происходило в пределах нормы, если не брать в расчёт сленг, манеры и умение внутренне закрывать глаза на понимание искорёженной бандитскими временами личности, которая перед тобой. Я знала, на что шла и с кем была, но присущий мне азарт и адреналин отключали страх перед опасностью. Здесь, как в рулетке, есть вещи, на которые ты можешь повлиять, а есть вещи, которые тебе неподвластны.

В момент близости я была взбаламучена внешне и сопротивлялась внутренне, но до тех пор, пока устанавливались связи. Источник либо ускользал от него, либо, видоизменяясь, превращался в эфир. Я чувствовала это и была рада своему разумному женскому организму. Я выдерживала подобные нагрузки, главное, чтобы тот, кому не положено, не взял то, что ему не положено. Он не мог прикоснуться к источнику, оттого его движения становились резче и грубее, а внутреннее состояние пенилось багрово-чёрной массой яда. Наконец он выдохся и оставил попытки схватить не принадлежащее ему.

Время подходило к концу, но стоило мне начать собираться восвояси, как из меня тут же попытались сделать рабыню.

– Пойдём, спустимся в бар, выпьем.

Посиделки в баре не были условием договора.

– Ты знаешь, время уже позднее, я устала, думаю, что я не смогу составить тебе компанию.

Почему-то после моего ответа он решил, что может забрать у меня наши договорённости.

– Хорошо, тогда отдавай деньги обратно.

Зависший в девяностых, глубоко и навсегда застрявший в том времени, он был не способен мыслить ясно. Его антисоциальное поведение выглядело дико, уродливо и омерзительно. Мне стало резко противно от осознания, что я была с ним физически близка.

Он не мог действовать иначе, как пытаться отравить жизнь. Сожаление за ушедшее время бандитизма, рэкета и массовых убийств, как смертоносный тайфун, накрывало его внутреннее существо яростью и бешенством.

Если в момент зажигания пытаться говорить с ним на человеческом языке, он тебя не слышит; если не давать реакцию на его выпады, он ещё больше злится и провоцирует, разжигая ненависть внутри себя, взращивая и увеличивая тем самым масштабность своих разрушений. Соприкосновение с ним – игра, исхода которой не может предугадать никто. Кулак был наготове и ждал отмашки.

Мой испуг был для меня вызовом. Я хотела научиться не бояться взмаха кулака, ведь замахнутся не значит ударить, в момент между желанием и действием можно успеть горы свернуть. Используя нас как подопытных кроликов, убедившись, что проконтролировала свой эмоциональный фон, не видя себя, не испытывая желаний и чувств, я вовремя плеснула холодной водой на раскалённую кочергу. Выживает и выигрывает не сильнейший, а нервнейший, тот, кто способен