Мы Бреннаны - Трейси Лендж

– Твоя мечта, – сказал Кейл. – Ты создал это.

– Ну да, как же, едва не загубил.

– Все получится.

Денни не был уверен в том, что конкретно имел в виду Кейл: бизнес, избавление от Уэлша или то, что происходило между ним и Санди. Может быть, все это вместе. Денни был признателен, ведь Кейл мог бы сказать куда больше, и плохого в том числе. У Кейла было полное право отойти от партнерства, умыть руки от всей этой неразберихи, но он этого не сделал. Как всегда, он защитил тыл Денни.

Заиграла музыка – они открывались трансляцией программы «Радио ирландского паба», – и все разошлись по местам.

Денни подался вперед, чтоб его было слышно наверняка.

– Извини, чел, я тебе соврал.

Кейл поднял брови.

– Погоди. – Он полез в задний карман и взял свой мобильный. – Не будете ли любезны повторить на камеру?

– Заткнись, раздолбай, и отпирай двери.

Глава шестнадцатая. Кейл

– Не будете ли любезны повторить на камеру?

Оба рассмеялись, и напряженность, что была между ними много месяцев, стала спадать. Может, у них с Денни получится вернуться к норме? Или, во всяком случае, к новой норме.

Толпа валила безостановочно с того момента, как открылись двери. Все столики были заняты, а в баре остались только стоячие места. Вивьен, ее мать и Люк приехали пораньше. Кейл устроил им экскурсию по пабу, держа Люка на плечах, знакомя их кое с кем из персонала, но, не считая этого, он с головой ушел в рабочую суету. Ничего приятнее для грандиозного открытия и придумать было нельзя.

Воздух в зале то и дело взрывался оживленным разговором или громким хохотом, посетители выбрались сюда поесть и выпить в пятничный вечер. К пяти тридцати они уже раскрутились вовсю, и наплыв не прекращался почти три часа.

Бреннаны прибыли к шести, и их проводили за угловой стол. Приехали все, даже Клэр. Шейн ненавидел толпы людей, поэтому сидел спиной к залу, поближе к Санди. Микки, казалось, был озабочен, ушел в себя, смотрел в свой стакан с пивом и мало говорил. А Тереза с Молли были в отличном расположении духа – они с гордостью стояли рядом с Денни, когда он демонстрировал им новое заведение.

Кейл занял свое обычное место в тылах, на лету решал вопросы официантов и отсылал их куда нужно, загружал подносы тарелками, устранял технические неполадки. Денни держал под контролем чистоту пола, помогал доставлять еду и напитки, болтал с посетителями, блистал в своем естественном состоянии хозяина, сыпал шутками (в том числе и немного непристойными), изображая свойского парня. Вот почему они с Кейлом были отличной командой с разделением труда и объединением усилий. Работая вместе, в одной связке, обмениваясь взглядами и сигналами рук – их собственным языком знаков, создававшийся годами, они оба оживились.

Пол сначала впал в ступор: клиенты окружали бар в три ряда, – так что Кейл побежал к нему на помощь. Когда ему удалось рассортировать толпу, он прошел через ресторан, выискивая потенциальные неурядицы, однако пока все шло своим чередом. Он пошел в служебные помещения, собираясь взглянуть на уже оплаченные этим вечером счета, но когда зашел в кабинет, то нашел там Санди и Шейна. Санди работала на ноутбуке за столом, а Шейн смотрел видео на смартфоне.

– А вы, ребят, что до сих пор тут делаете?

– Денни попросил меня подбить имеющиеся бабки. Они, между прочим, уже немного выше, чем ожидалось, – сообщила Санди. – А остальные недавно уехали. Молли уснула прямо за столом, отец попросил Клэр отвезти его домой пораньше. Он неважно себя чувствует.

– А мне хотелось дождаться Санди, – заговорил Шейн. – Но я устал.

– Хотите, ребятки, домой прокатиться? – спросил Кейл.

– Еще как хотим, – ответил Шейн, выключая свой телефон.

– Все нормально, – отказалась Санди. – Мы подождем Денни. Тебе нельзя уходить. – Она указала себе за спину, в сторону зала, откуда доносился шум.

– Пик ужина позади, а это заведение работает, как хорошо смазанная машина. – Кейл стащил с вешалки свой пиджак. – Денни все держит под контролем. Скучать по мне никто не станет.

Шейн встал.

– Мне это нравится. Давай, Санди. – Он был уже на полпути к двери. – Пора ехать домой.

* * *

Они ехали бы тихо, если бы не Шейн. Санди сунула ему пистолетик и забилась в уголок на заднем сиденье. Кейл отчетливо ощущал: она держится на расстоянии. Уже дважды он пытался задать один-единственный съедавший его вопрос, и дважды она ушла от ответа.

Шейн сказал Кейлу, как хорош новый паб Бреннанов, но больше всего говорил о том, как здорово было опять увидеть Терезу и Молли.

– Денни обещал, что через три дня они дома будут, – повторил он несколько раз. – Верно, Санди?

– Верно.

Как только они добрались до дома, Шейн, пожелав им спокойной ночи, отправился сразу к себе в комнату.

– Я осмотрюсь тут, – решил Кейл.

– Тебе незачем утруждаться, – возразила Санди. – Мой отец уже несколько часов как дома.

– Ну да, но он, наверное, проспал какое-то время.

Кейл совершил обход, проверяя темные комнаты, пока она ждала на кухне у первых ступеней лестницы.

– Все чисто.

– Спасибо, что подвез. Думаю, новое заведение притянет много посетителей. – Она стала подниматься по ступеням.

Но Кейл не хотел в очередной раз остаться ни с чем.

– Санди.

Она остановилась, но не обернулась. Рука ее соскользнула с перил. Повернув голову, она встретилась с ним взглядом.

– Я понимаю, тебе хочется понять, почему я уехала. Почему не рассказала тебе, что со мной стряслось. Но что бы я ни сказала, этого будет недостаточно. Удовлетворительно объяснить тебе я не сумею. Себе-то самой не могу.

У нее было шесть лет, чтобы найти ответ.

– Может, это прозвучит как отговорка, – продолжила она. – Но у тебя теперь есть прекрасная семья, Кейл. И вновь ворошить все это… Это плохая мысль.

Голос ее звучал устало и подрагивал. Да и самому Кейлу было не по себе. Это был нелегкий вопрос, и простого ответа не было. Влезешь во все это – в грязи вываляешься и запутаешься окончательно. Это не разговор, какой женатый мужчина должен вести с бывшей подружкой.

Только Санди не была всего лишь бывшей подружкой.

Глубоко вздохнув, она посмотрела на него в упор.

– Знай только, что ни в чем из этого не было твоей вины. Мне очень жаль, что я причинила тебе боль. – Он отчетливо слышал раскаяние в ее словах, видел это