Ход королевой - Бернард Вербер

Благодаря Гэри Салливану, прежнему своему помощнику в Пентагоне, ныне изрядно выросшему в звании, но оставшемуся единственным ее доверенным человеком, она обзавелась фальшивыми документами, фальшивым паспортом, фальшивым прошлым.

Под новой фамилией она стала обращаться в агентства недвижимости, подбирая себе новое убежище. По мере поисков она укрепилась в чувстве, что больше всего ее прельщают старые шотландские замки. В конце концов владелец книжного магазина Тимоти Макинтайр нашел для нее редкую жемчужину – небольшой средневековый замок на атлантическом побережье, в нескольких километрах от городка Инверари. Замок продавался, однако не фигурировал в предложениях агентств. Моника побывала там. Это были развалины, но ей показалось важным знаком то, что на этих землях могли когда-то жить ее предки Макинтайры. На время ремонтных работ она поселилась в более-менее сохранившемся углу замка.

«Черная королева», появившись в продаже, не снискала никакого успеха. На роман не обратил внимания ни один журналист, стратегия «автор-загадка» потерпела провал. Правда, Фиона сумела уговорить издателя сыграть в «серийность»: напомнила о Шерлоке Холмсе, Эркюле Пуаро и Джеймсе Бонде, героях, далеко не сразу вызвавших у публики любопытство, и убедила дождаться эффекта коллекционирования. Издатель уступил, он дал согласие временно умерить свои финансовые аппетиты и заказать писательнице продолжение.

Деньги позволили Монике наладить в замке отопление, починить электропроводку и канализацию, даже вставить в некоторые оконные проемы двойное остекление. Она понимала, что состояние замка плачевно и что реставрации не будет конца, тем не менее рискнула поставить рядом с камином в главной комнате большой письменный стол.

При всех неудобствах своей повседневной жизни Моника ценила уединение в шотландской глуши. У нее крепло ощущение, что она делит этот дом со стенами толщиной в два метра, а то и более, с призраками своих предков.

К соседям-невидимкам скоро добавился живой компаньон, черный кот, с кличкой для которого она мудрствовала недолго, – нарекла его Масудом.

Теперь Моника трудилась над вторым томом приключений «Черной королевы», где Беатрис Куэйл по-прежнему воевала со своей антагонисткой Войной Петровой. Ей было все интереснее описывать взаимную ненависть двух умных и коварных женщин.

Успех второго романа был таким же ограниченным, как и первого, зато парадоксальным образом разжег интерес к первому, удвоив его продажи. Это позволило Фионе подписать третий по счету контракт.

Это как в покере – решила Моника. Мой издатель сделал крупную ставку, невзирая на скромные продажи, и не понижает ее, надеясь компенсировать потери. В этом разница между шахматистами и картежниками. В шахматах мало что решают удача и психология, все дело в стратегии; в покере успех и неудача полностью зависят от психологии.

Погожим июльским утром в 2015 году Моника гладит Масуда и вспоминает своего друга Панджшерского льва.

Я сделала это также для тебя, чтобы восторжествовала правда, пусть она и считается вымыслом.

К Монике вернулся былой интерес к геополитике. Она смастерила карту мира с магнитной подкладкой и передвигает по ней разноцветные магнитики в виде шахматных фигур так, будто карта – огромная шахматная доска.

Только фигур не тридцать две, как обычно в шахматах, тут многие сотни пешек, ферзей, королей, слонов, ладей и коней.

У каждого типа фигур свое предназначение. Пешки – это пехота, ладьи – крепости, кони – танки или эсминцы, ферзи – полководцы, короли – президенты. Фигуры не только черные и белые, есть и другие цвета. Чтобы не путаться, она решила, что теплые цвета (желтый, оранжевый, красный) представляют собой западный лагерь, а холодные (синий, бирюзовый, зеленый) – восточный.

Вечное противостояние противоположных энергий Инь и Ян. Есть и нейтральные цвета – сиреневый и серый, это страны, не входящие ни в один из лагерей.

Моника знает, что, помимо открытых войн, идут и невидимые бои: соперничество секретных служб, тайная дипломатия, всевозможное манипулирование, террористические вылазки. Все это – элементы игры.

Она сидит перед телевизором, как вдруг сказанное в передаче заставляет ее вздрогнуть.

Журналист сообщает о подписании в Вене Германией, Китаем, США, Францией, Великобританией, Европейским союзом, Россией и Ираном соглашения по иранской ядерной программе, имеющего цель контроля за этой программой и постепенной отмены экономических санкций против Тегерана. После пятнадцати с лишним лет напряженности достижение соглашения приветствует генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун, усматривающий в нем «сотрудничество, которое позволит установить мир в регионе». МАГАТЭ, Международное агентство по ядерной энергии, намерено направить наблюдателей для контроля за дезактивацией на проблемных объектах. Только Израиль устами премьер-министра Биньямина Нетаньяху заявляет о своем несогласии с соглашением, которое он называет «договором простофиль».

Обращаясь к своему коту, Моника говорит:

– Иранцы все равно создадут свою бомбу, только тайно. Наблюдатели МАГАТЭ ничего не найдут, и Иран выиграет время.

Кот напрягает уши в ожидании единственных интересующих его слов «сухой корм».

Продолжение репортажа подтверждает, что Моника угадала верно.

– Это как Мюнхенский договор 1938 года. Они хотят мира, но в действительности умывают руки, давая время тем, кто готовит войну на уничтожение.

Весь мир делает вид, что поверил. Сколько нужно человек, верящих в одну и ту же ложь, чтобы она стала правдой?

Она вглядывается в изображение на экране и вскрикивает.

Николь!

Она в Вене. В качестве кого? Переговорщицы от России? Агента ФСБ? Вряд ли это совпадение.

Она сжимает кулаки.

– Раз Николь в Вене, то она непременно имеет к этому отношение.

Кот смотрит на нее с понимающим видом, но Моника не произнесла ожидаемых им слов, поэтому вид становится разочарованным, как будто он хочет сказать: «Знала бы ты, до чего мне безразличны эти твои человечьи дела!»

Моника переключается с одного международного телеканала на другой, все они ловятся в замке благодаря спутниковой антенне. Наконец ее внимание привлекает одна подробность: северокорейское телевидение приветствует Венское соглашение как важный шаг на пути к миру во всем мире.

– Раз Северная Корея одобряет, значит, они напрямую в этом заинтересованы… Дьявол, как я раньше не догадалась? Корея Ким Чен Ына – то место, где можно вытворять что угодно, даже в атомной области, без малейшего риска контроля из-за рубежа. Более того, они уже обладают необходимыми технологиями для создания ядерных бомб и ракет.

Кот Масуд одобрительно шевелит острыми ушками. Моника продолжает размышлять вслух:

– Иранцы передадут изготовление своей атомной бомбы корейцам на субподряд с благословения России и Китая. А Запад хлопает ушами и называет это победой дела мира…

От гнева у нее начинают дрожать руки. Узнав этот признак избыточного волнения, она поспешно принимает успокоительное, которое всегда при ней, делает глубокий вдох, закрывает глаза и успокаивается.

– В одиночку я ничего не могу. Но оставаться здесь бессильной зрительницей назревающей