Ораторское искусство с комментариями и иллюстрациями - Марк Туллий Цицерон

Середина (в западной культурной традиции «золотая середина») – одно из ключевых нравственных понятий аристотелизма, при котором пороки рассматриваются парно, например, жадность и расточительность, а нравственное поведение понимается как прохождение посередине между двумя противоположными друг другу пороками. Золотая середина имела и своих адептов в Риме, например, поэт Гораций, и своих критиков. Наиболее радикальную критику золотой середины предложил в эпоху Ренессанса Лоренцо Валла, заметив, что добродетели, в христианском понимании, радикальны, требуют постоянных устремлений, и поэтому жадность и расточительность – не крайности, а просто искажения важных для спасения добродетелей бережливости и щедрости.

– По-моему, очень заслуживают, и я с нетерпением жду, что ты на них возразишь.

– Что-нибудь да найду; но заметь сперва, как скромно держатся в этом вопросе академики! Они просто говорят, что относится к делу. Зато перипатетикам не уйти от возражений со стороны стоиков. Но пускай же они и терзают друг друга, а мне лишь нужно доискаться, что в этом споре всего правдоподобнее. Что же здесь можно усмотреть такое, от чего можно прийти к этому правдоподобнейшему, к этому рубежу, дальше которого идти не дано человеческому уму?

По-моему – определение страстей по Зенону. Звучит оно так: страсть есть движение души, противное разуму и направленное против природы; или, короче, страсть есть сильнейший порыв – сильнейший, то есть далеко отступающий от постоянной меры природы. Что можно возразить на такие определения?

Заметь, что они не выходят из области рассуждений, толковых и тонких, тогда как перипатетики со своим «жар души есть пробный камень добродетели» уже пользуются риторическими прикрасами. Да разве мужественный человек не будет мужествен, если его и не сердить? Их слова подошли бы разве что для гладиаторов, да и среди гладиаторов мы нередко видим хладнокровие: