Баловни судьбы - Марта Кристенсен

— Нет. Я просмотрел список жильцов в вестибюле, ни одно имя меня не насторожило.

— Так-так. Ясно.

Взгляд Стура скользнул к окну и устремился куда-то вдаль. Стур размышлял.

— Эльса Асп, — произнес он наконец. — Что вам о ней известно?

— Очень мало. Только то, что рассказал Стюре Магнуссон.

— Кто?

— Стюре Магнуссон. Начальник канцелярии «Дагбладет»,

— Ага... Так что же он сказал?

— Он полагает, что ей лет сорок.

— Полагает? — Стур повернулся к Элгу. — Полагает?

— Да. Точнее ему неизвестно.

Стур кивнул.

— Продолжай.

— Ну, по его словам, она разносит газеты уже лет пять или шесть.

— Пять или шесть? — протянул Стур. — Точнее он, конечно, не знает.

— Нет.

Стур сморщился и покачал головой. Во всех его движениях была какая-то замедленность, заторможенность. Сразу видно, что человек привык действовать продуманно, после долгого размышления.

— Да, это все, что ему о ней известно. Ну, еще, что у нее как будто есть семья.

Стур взял ручку и почесал макушку.

— Тогда тебе надо узнать о ней побольше, — сказал он, поправляя нарушенный пробор. Выпятив губы, он провел рукой по волосам. — Давай сделаем так: ты займись, узнай все, что возможно, об этой... Аск...

— Асп ее фамилия. Эльса Асп.

— Угу... Валентин попытается разыскать остальных жильцов с восьмого этажа. Я пошлю Ульфа и Сикстена обойти дом и поговорить с людьми. Это не повредит.

Он встал из-за стола и подошел к окну. Потом обернулся и раскрыл было рот, но тут оглушительно взвыла сирена. Стур распахнул окно и высунулся наружу.

— Пожарная тревога, — сказал он, закрывая окно.

Полиция и пожарная команда жили бок о бок.

— Может, лесной пожар, — предположил Элг.

— Наверное, — согласился Стур. — А ты прав. Здорово жарко.

— Еще бы не жарко! — воскликнул Элг. — Тридцать градусов в тени!

10

Бу Борг рассматривал Монику Хюбертссон. Так пристально, что она слегка покраснела и стала вертеть на пальце кольцо, подарок жениха. Он вспомнил редакционную пирушку на даче у Острёма и почувствовал, что и сам краснеет.

— Жарко сегодня, — сказал он.

Она кивнула.

— Все лето нынче жаркое, — продолжал он.

— Да, опять кивнула она. — А до осени еще далеко...

— Как знать, может, такой жары не бывало уже лет сто.

— Да, — согласилась она. — Как знать...

Он почувствовал, что у него за спиной кто-то стоит, обернулся и увидел солдата Армии спасения.

— Ну ладно, пока, — сказал он.

Выйдя из канцелярии, Борг прошел в другой подъезд и поднялся по лестнице. В редакции было жарко, как в духовке.

Сквозь стеклянную дверь он увидел, что Вальтер Острём, задумавшись, сидит за своей машинкой. Как раз в тот момент, когда Бу перешагнул порог, Острём застучал по клавишам. Стук громко отдавался в комнате. Напечатав несколько строк, Острём перечитал, со вздохом выдернул лист из машинки, скомкал и раздраженно швырнул в корзину.

Бумага упала на пол. Вальтер взял новый лист, заметил Бу и снова вздохнул.

— Не умею я заранее составлять отчеты о воскресных турпоходах.

— А кто-нибудь этим занимается в такую жару?

— Сейчас самое время. Лето, тепло, зелень и прочее.

— Но все же разъехались.

— Да, конечно... — Острём напряженно сморщил лоб и почесал за ухом. — Во всяком случае, в следующее воскресенье турпоход состоится, — отрубил он.

Борг кивнул, уселся на стул, вытащил трубку и стал набивать.

— Я кое-что узнал от Моники в канцелярии. Пропала разносчица газет.

— Разносчица?

— Ну да. Взяла и пропала. Должна была разносить газеты, как каждое утро. И несколько экземпляров успела разнести. А потом пришлось выслать замену. Потому что она исчезла.

Острём пососал указательный палец.

— Дикость какая-то, — сказал он, подумав. — Как ее зовут?

— Эльса Асп. Ты ее случайно не знаешь?

— Нет-нет. Никаких разносчиц я не знаю. Нет... — Острём покачал головой. — И никто не знает, где она? Неужели никто не может сказать, куда она делась?

— Я пока разговаривал только с Моникой. Этим должна заняться полиция. Стюре их оповестил, они уже ходили туда. И Стюре вместе с ними.

— А со Стюре ты говорил?

— Нет. Он обедал.

— В такое время?

— Да, поздновато. Судя по всему, нам придется дать сообщение...

— Придется. Займись-ка этим сам. Я вот никак не найду нужную форму, столько уже времени вожусь... Ты дай мне знать, если удастся что-нибудь разведать.

Борг кивнул.

— И не забудь, у нас сегодня очень мало места.

— Что так?

— Да все это собрание в миссионерской церкви.

— Какого черта! У нас же почти целая полоса в сегодняшнем номере. Не хочешь ли ты сказать, что мы опять на всю полосу дадим отчет о том, что будет молоть этот парень?

— А что? Вопрос интересует многих...

Борг вздохнул и вышел, ничего не сказав. Какой смысл? Ведь большинство акций «Дагбладет» в руках приверженцев миссионерской церкви.

11

Сдвинув на лоб солнечные очки, Стефан Элг смотрел на подъезд транспортной конторы. Во дворе фырчали моторами два больших грузовика, усыпанный щебенкой двор, казалось, дрожал в знойном мареве. Выхлопы, чуть подымаясь вверх, зависали в воздухе, образуя сизую, грязноватую дымку с тошнотворным запахом. Из гаража доносился шум и громкие голоса. Слышался плеск воды из шланга и свист сжатого воздуха.

Он прошел в контору.

За стеклянным окошком разговаривала по телефону черноволосая девушка в шортах и блузке. Над окошком висела написанная от руки табличка — «Справочная». Он пригнулся и посмотрел на девушку.

Она была совершенно черная от загара. Кончив болтать, она отодвинула стеклянную створку и улыбнулась.

— Слушаю вас.

Девушка благоухала, как свежескошенный луг.

— Я хотел бы поговорить с одним из ваших шоферов, — объяснил Элг. — Его фамилия Асп. Эрик Асп.

— Его сейчас нет,