Иисус достоин аплодисментов - Денис Леонидович Коваленко

— Сварить их, гадов! Сварить сволочей! В яму их!

Какой-то еще мужик шагнул к Лехе, и еще какой-то шагнул.

— Мужики, вы чё! — Леха взмахнул ломом. — Мужики!

— Мужики, тихо! — мужик с разумным взглядом заслонил Леху. — Разобраться надо.

— Чего тут разбираться!

— Кто копал — вот чего разбираться!

— Да теплосеть это копала! Ее это яма! — кричал Толян. — Мы вообще только в доме работаем, мы только после элеваторного узла, а здесь улица, здесь до элеваторного узла, здесь теплосеть, здесь не мы!

— Я ноги себе обварил, я там телефон сотовый утопил, — первый мужик опустился на лавочку, что была у подъезда, прямо напротив ямы; боль пересилила, наконец, ярость; он сидел, раскинув обваренные ступни, и вытянув руку, тыкал пальцем в яму. — Вы, бляди, — он чуть не плакал. — Телефон пять тыщ стоит! Вы, бляди, — уже рыдал он. — Пять тыщ, бляди! — тыкал он в яму.

— Дитё сварили! Какой телефон! — раздался бабий возглас. — Дитё сварили! Дитё!

— Мы с восьми вечера вас ждем, — говорил мужик с разумным взглядом, — с восьми, — в злобе повторил он. — Кипяток живой.

— Это не наша работа, — все стараясь отойти от ямы, говорил Толян. — Мы обычная аварийка, — он косился на толпу, стеной обступившую их. — Здесь работает аварийка теплосети, мы не можем здесь работать, не имеем права. Вы зачем нас вызвали? — неожиданно зло взвизгнул он. — Вы бы еще электриков вызвали или пожарных, — нападал он. — вы теплосеть должны вызвать, а не нас… у-бля! — он отскочил, чернозем пополз прямо из-под его ноги. — Это теплосеть! — в страхе, сорвавшись до хрипа, вскричал он.

— Пошли, — схватил его за рукав мужик с разумным взглядом, — будешь вызывать сам эту теплосеть.

Все вернулись к машине. Толпа не отступала ни на шаг.

— Феликс, рацию! — взяв рацию, Толян закричал в нее

(он теперь только кричал): — Василич?! Василич, здесь прорыв теплосети, нужна аварийная теплосети. Вызывай срочно.

— Понял, — ответил Василич.

— Срочно, Василич!

— Понял я, — ответил Василич.

— Ну, все, — Толян отдал рацию Феликсу, сам хотел влезть в кабину.

— Куда? — удержал его мужик с разумным взглядом. Пока теплосеть не приедет, вы — никуда, — сказал он это негромко. Вж-жу-у, — почувствовал Толян.

— У нас вызовов много, — ответил он.

— У нас вызовов много, — встрял Леха.

— У вас один вызов — здесь, — отрезал мужик. И вновь, казалось, утихшее бдзинь-дзвинь, с новой яростью заголосило, зазвенело:

— Гады, сволочи!..

— Это не мы, это теплосеть, — кричали в толпу Толян и Леха.

— Правда… ребенок? — спросил Сингапур.

— По пояс, — сквозь зубы ответил мужик.

— Живой?

— Не знаем. Скорую ждем.

— Еще не приехала?

— С восьми вечера ждем. Как и вас.

— Так сами везите! — вскричал Сингапур.

— Не ори! Денег нет у матери! Такси — сто рублей. Скорую ждем. Ее нет! Чего ты орешь? — таращился он на уже притихшего Сингапура. — И вас с восьми ждем! Орешь тут… Как кипяток хлынул… и пацаненок из подъезда… и нога поползла — и в яму… А ты орешь!!! Мать его за руку — он по пояс в кипяток. Сволочи! — он выдохся, зверем глядел на Сингапура. Сингапур бледный глядел на мужика. Толпа смолкла, словно все выдохлись. Молча в тишине, глядели друг на друга — слесари — на толпу, толпа — на слесарей… Какая-то баба заголосила в этой тишине:

— Ой, что же это, ой Господи…

Показалась карета скорой помощи. Толпа вся хлынула к ней.

— Поехали, — скомандовал Толян. Слесари забрались в машину.

— Ну, родимая, ну, ласточка, — шептал Феликс. Машина завелась. — Ф-фу, — выдохнул Феликс. — Слава тебе, Господи, — машина тронулась, выехала со двора.

— Этим бабам из диспетчерской, им бы… — Толян долго выматерился. — какого… какого, нас-то вызывали?! Они там, что, дуры, не соображают, кого куда вызывать?!

— Василич, — вызвал Леха. — Василич.

— Чего? — ответил Василич.

— Чего-чего, — передразнил Леха. — Когда нам боевые будут платить — вот чего. Мы тебе что, Василич, группа быстрого реагирования, спецназ по разгону возмущенных народных масс?..

— Хватить свистеть, — осадил его Василич. — Выбрались?

— вырвались, — поправил его Леха.

— И молодцы, — похвалил его василич. — Теперь давайте по такому вот адресу, — он назвал адрес.

— василич, — встрял Толян, — у нас по плану прорыв, трубу прорвало, три этажа тонут.

— Ничего, не утонут.

— василич, мы уже к дому подъезжаем…

— Ничего.

— василич, какие еще ничего! Там три этажа, нам что, опять оборону держать?!!

— Толян… там надо, — уже просил Василич. — Там человек нужный живет, друг мой, к нему давайте, а три этажа подождут — все равно уже тонут.

— василич, я тебе говорю, мы уже к дому подъезжаем, а к твоему другу — это ж на другой конец района, у нас бензин под завязку.

— Толян, я тебя прошу. Понимаешь — я тебя прошу.

— Хрен с тобой, — Толян отключил рацию. — Разворачивай, — в раздражении сказал он Феликсу.

— Эти нужные люди, эти друзья, — пробурчал Феликс.

— Может, обломится, — в надежде произнес Толян.

— Ага, — усмехнулся Леха, — жди.

Нужный Василичу человек жил в элитном доме.

— Во люди живут, — выйдя из машины, позавидовал Леха, с уважением разглядывая пятиэтажный одноподъездный дом с большими окнами и эркерами. Вокруг все было чистенько, выложено плиткой; газоны, дорожки. — Здесь, наверное, квартирки, — он присвистнул.

— Хватит свистеть, — поторопил его Толян.

— Боишься, денег не будет? — Леха уже задорно подмигнул ему. Толян не ответил; набрал в домофоне номер квартиры.

— Слесари, — ответил он, когда спросили «кто?». Дверь открылась. Слесари вошли в чистый подъезд, поднялись на второй этаж.

— Здорово, мужики, — дверь открыл невысокий плотный мужчина в халате, — а я вас жду-жду. Да вы проходите, — пригласил он, замешкавшихся слесарей. Паркет переливался в чистоте. Осторожно слесари прошли на кухню, где из вентиля под раковиной неторопливо по капельке капала вода. — Вот, — указал на вентиль нужный человек, — протекает. Я в подвал спустился, все вентиля перекрыл, а свой чего-то не нашел. Протекает, — повторил он. Слесари переглянулись. Вышли из квартиры. Сингапур с Толяном остались в машине, Леха с хозяином, который уже переоделся в спортивный костюм, спустился в подвал. Вернулись скоро.

— Утром слесарей из ЖЭКа вызови, — они тебе починят, — сказал напоследок Леха.

— Спасибо, мужики.

— Спасибо — не валюта, — сказал Толян.

— Не понял, — глянул на него нужный человек.

— Счастливо, — махнул ему Леха, сел в машину. Машина тронулась. Это же человек Василича, — сказал Леха Толяну, — я же тебе говорил.

— Вот козел, — выругался Толян.

— Ну, чего, теперь по плану? — спросил Феликс.

— Поехали, — ответил Толян. — Как бы опять за лом не пришлось браться. Эти нужные люди… — процедил он, зло вглядываясь на дорогу.

Они только вошли в подъезд… Туман. В бледно-оранжевой пелене на вытянутой руке ничего не было видно.