Дом, где расцветают мечты - Ынсан Ынсан

– И как я с ним встречусь?

– Ты говорила, что вывеска еще не готова? Значит, сейчас там вовсю идет ремонт. Владелец должен следить за подготовкой к открытию, так что наверняка до сих пор на месте.

Ынсо глянула на экран телефона, проверяя время, – чуть больше девяти вечера.

– Пойдем скорее! – поторопил ее парень.

Она примерно знала, где находится ресторанчик: адрес был указан на вывеске. Не так уж и далеко: пройти по вишневой аллее до конца, затем свернуть налево на улицу с традиционными барами, и практически сразу будет нужное место. Там полно питейных заведений, а значит, толпа…

Прежде чем Ынсо успела дать ответ, парень двинулся вперед широкими шагами, а затем и вовсе сорвался на бег.

– Эй! Ты ведь даже не знаешь, куда нам надо! – крикнула Ынсо, устремляясь за ним.

– Кажется, знаю! – ответил он, не останавливаясь.

У Ынсо не было времени задуматься, откуда у него нужный адрес, – она, задыхаясь, пыталась не отстать.

Парень быстро лавировал между людьми, вышедшими полюбоваться цветением или выгулять собак.

«Зачем он вообще бежит?»

Ынсо мысленно кричала на него, едва замечая пролетающие мимо лепестки вишни: «Пожалуйста, давай просто пойдем! Так, а зачем я вообще за ним бегу?»

Пролетев до конца вишневой аллеи, они оказались у небольшого заведения, зажатого между ресторанчиками со свиными ножками и свиными рульками. Здесь вовсю шел ремонт. Вывески, само собой, тоже еще не было.

Пытаясь отдышаться, Ынсо остановилась перед рестораном, разглядывая его. Женщина у входа обернулась.

– Вам что-то нужно?

На вид ей было около пятидесяти. Черное каре, высокая переносица и густые брови – в молодости она, должно быть, была очень красивой, а теперь ее лицо без макияжа покрывали морщинки.

Женщина улыбнулась, будто только заметив, как напряглась под пристальным взглядом Ынсо.

– Я хотела бы увидеться с владельцем «Четырех лапок на лесенке».

– Ох, а как вы узнали название? Мы же еще не установили вывеску. Я владелица. Чем могу помочь?

– Здравствуйте. – Девушка слегка запнулась и поклонилась в знак приветствия. Владельцем оказалась женщина, совсем не похожая на образ мужчины, который Ынсо себе представляла.

– Но кто вы? – Владелица по-прежнему смотрела с любопытством.

Ынсо, стискивая ремешок сумки, достала визитку с указанной на ней должностью «дизайнер» и еще раз поклонилась.

– Ах да, я Сон Ынсо. Отвечаю за дизайн вывески для «Четырех лапок на лесенке».

– Так вот откуда вы узнали! Приятно с вами познакомиться. Что-то случилось? Может, присядем поговорить?

– Нет, ничего такого. Просто… хотела побольше узнать о вашем ресторане. Я лишь слышала, что название связано с четырьмя куриными ножками, а больше ничего не знаю.

Услышав это, хозяйка слегка улыбнулась. На этот раз ее улыбка была полна искренней радости.

– Спасибо. Вы так внимательно подходите к работе с нашим ресторанчиком! Честно говоря, когда господин Ким принес эскизы, у меня не было никаких ожиданий. Это же вывеска для ресторана с курочкой, они все одинаковые, и я уже смирилась с этой мыслью.

Ынсо почувствовала, как краснеет: в конце концов, это она создала такой же дизайн, как у всех.

Женщина, то ли заметив настроение Ынсо, то ли нет, продолжила:

– Пусть это место и выглядит пустяковым, но для меня оно священно. Я многое вложила в него и собираюсь зарабатывать на жизнь с его помощью. Поэтому этот ресторан мне так важен, и поэтому я до сих пор здесь и слежу за ремонтом лично.

– Я хотела бы узнать о вас больше. Мне бы тоже не хотелось стыдиться вывески, которую я создам.

– Мне сперва нужно закончить тут со всем, можете подождать немного вон там? – Палец хозяйки указал на сетевое кафе через улицу. Сквозь окна было видно, что посетителей – видимо, в связи с сезоном цветения – довольно много.

– Да, конечно, простите, что отвлекаю. Я буду ждать вас там.

– Не стоит извиняться, вам спасибо, – ответила хозяйка и вернулась в свой ресторанчик, жестом приказывая рабочим приступать к уборке.

Ынсо огляделась, но парня нигде не было. На какой-то миг ей стало не по себе. Неужели он исчез так же внезапно, как и появился? Появление еще можно было объяснить, но простить такое резкое исчезновение Ынсо не могла. Ведь он уже занял место в ее сердце.

Секрет «Четырех лапок на лесенке»

Ынсо заняла столик и попыталась взглядом отыскать парня за окном кафе. Он же не мог так просто уйти? Может, Минён все это время продолжает с ним общаться? Мысль о том, что Минён может его знать, пришла с опозданием. Когда Ынсо достала телефон, чтобы отправить подруге сообщение, в отражении на экране промелькнула знакомая фигура. Это что, опять Мастер?

Удивленная, Ынсо быстро обернулась. Спиной к ней стоял мужчина в черной куртке и разговаривал со своими друзьями.

«И почему мне то и дело мерещится Мастер?»

Стараясь отвлечься от тревожных мыслей, Ынсо снова открыла ненаписанное сообщение, но в этот момент в кафе вошла владелица «Четырех лапок на лесенке». Ынсо привстала и подняла руку, показывая, где сидит. Женщина заметила ее, улыбнулась и направилась к столику. Как она могла так тепло улыбаться человеку, которого знает от силы пару минут? Ынсо чувствовала необычайную гармонию, словно встретила старшую сестру.

– Что будете пить? – спросила хозяйка, посмотрев на пустой столик.

– Я заплачу за себя.

– Это ведь я вас сюда позвала, так что и платить мне. Кофе? Чай?

– Спасибо. Тогда мне айс-американо.

Даже не присев, женщина направилась к стойке заказов. Вскоре она вернулась с двумя чашками кофе и небольшим пирожным.

– У меня, конечно, свой ресторан, но ночью так хочется чего-нибудь сладенького. – Даже оправдания хозяйки показались Ынсо милыми. Она тоже ничего не ела после работы, а банка пива, купленная в начале вечера, так и лежала в сумке нетронутой, пока она гуляла и носилась по улицам с тем парнем.

«При встрече с тем, кто тебе нравится… да даже не обязательно нравится, просто, когда встречаешься с кем-то, разве вежливость не требует поинтересоваться, поел ли уже собеседник?» – мысленно отчитывала парня Ынсо.

– На самом деле, два года назад я потеряла мужа, – сказала владелица ресторанчика словно о чем-то несущественном и отпила кофе. Во рту Ынсо вдруг стало так сухо, будто она жевала песок. Женщина продолжала: