Артур Пеппер и загадочный браслет - Федра Патрик

Конец пути?

— Степень защиты — сорок? — спросила Люси, проверяя список.

— Да, — ответил Артур.

— Бальзам для губ?

— Есть.

— С защитой от солнца?

Артур взял темно-синий тюбик и изучил то, что было написано на нем мелкими белыми буквами.

— Да. Степень защиты — пятнадцать.

— Надо бы побольше.

— Сойдет.

— Я посмотрю у себя в косметичке.

— Да все будет нормально. Можно подумать, что я еду в отпуск впервые в жизни.

— Так далеко и в такую жару ты еще не ездил, — отрезала Люси. — Я не хочу, чтобы мне звонили с сообщением о том, что у тебя солнечный удар.

Артур решил сменить тему:

— Ты сходила с Терри в кино?

Люси улыбнулась.

— Мы прекрасно провели время. В пятницу мы идем ужинать в этот новый ресторан, который открылся в городе. Терри, кстати, тоже обожает детей.

Артур попросил Терри приглядывать за домом, пока он будет в отъезде.

«Утром первым делом надо полить Фредерику, чтобы ей влаги хватило на весь день».

«Вы мне это в пятый раз говорите, — заметил Терри. — А вечером нужно включить свет и задернуть занавески, чтобы все думали, что вы дома».

«Правильно. А если вам когда-нибудь понадобится, чтобы я присмотрел за черепахой, то я готов».

Артур понятия не имел, что он будет делать с ней, но предложить Терри встречную услугу ему было приятно.

— Темные очки положил? — продолжала Люси.

— Да.

— Стой. Это те, которые ты носил, когда я была маленькая?

— У меня других никогда не было. Вещь хорошая. Черепаховая оправа. — Артур надел эти очки.

— Они, кажется, снова в моде.

Артур защелкнул замки на чемодане.

— Все у меня есть. Если что-то забыл — куплю в аэропорту.

— Ты был в аэропорту один раз в жизни, когда мы провожали Дэна.

— Я не ребенок.

Оба рассмеялись. Так в подростковом возрасте отвечала Люси.

— Я серьезно, папа. Месяц за границей — это большой срок. Надо быть готовым ко всему. Это тебе не с мамой в Бридлингтон съездить.

— Я очень на это рассчитываю, — со смехом ответил Артур. — Мне хочется увидеть другую культуру и попробовать новую кухню.

— Ты действительно изменился. Интересно, что сказала бы мама, если бы видела тебя сейчас.

Артур снял темные очки.

— Думаю, одобрила бы. — Он посмотрел на часы. — Такси задерживается на десять минут.

— Времени у тебя полно.

Прошло еще десять минут, и Артур начал волноваться.

— Давай я им позвоню, — предложила Люси. Она принесла телефон на кухню. — Ну вот. Сказали, что твой заказ у них не записан, и они кого-нибудь пришлют, но сейчас самое горячее время и машин не хватает. Может пройти час, прежде чем кто-то освободится.

— Час?

— Я понимаю. Это не дело. Надо выезжать сейчас. Если ты попадешь в пробку… Кто-нибудь может тебя отвезти?

— Нет, — сказал Артур и тут же вспомнил о человеке, на которого всегда можно положиться.

Бернадетт и Натан появились на пороге его дома спустя десять минут.

— Ты же знаешь, как туда ехать?

Голос Бернадетт он услышал еще до того, как зазвенел звонок. ДЗЫНННННЬ!

— Как это у нее получается так громко? — поинтересовалась Люси.

Артур пожал плечами и пошел открывать.

— Не волнуйтесь, Артур. — Бернадетт ворвалась в прихожую и первым делом вручила Артуру какой-то пакет. — Вот вам свежие сосиски в тесте в дорогу. Натан доставит вас вовремя.

Натан кивнул. Он послушно взял чемодан и дорожную сумку Артура, положил их в багажник и сел за руль. Бернадетт и Люси стояли в прихожей. Артур почувствовал себя мальчиком, которого две тетушки провожают в школу.

— Я всегда беру с собой мюсли, — сообщила Бернадетт, На тот случай, если местная еда не оправдает моих ожиданий.

Артур обнял и поцеловал Люси.

— Я пришлю открытку.

— Только попробуй не прислать. — Люси кивнула и вышла на улицу. — Не забудь, что я тебя люблю.

— И я тебя.

Казалось, Бернадетт вот-вот заплачет.

— Мне кажется, я буду по вам скучать, Артур Пеппер.

— У вас есть много других безнадежных случаев.

— Вы никогда не были безнадежным случаем, Артур. Вы просто немного сбились с пути.

— От кого же я теперь буду прятаться?

Они рассмеялись, и Артур впервые заметил, какие ясные у Бернадетт глаза и что они зеленого цвета с карими прожилками. Чудесная женщина, готовая весь мир прижать к своей пышной груди и не отпускать.

— Вы меня не бросили, — сказал Артур. — Даже когда я сам на себя уже махнул рукой.

Он протянул к ней руки. После секундного колебания Бернадетт шагнула к нему. Они коротко обнялись, и Артуру, к его удивлению, захотелось, чтобы это длилось подольше. Бернадетт так уютно прижалась к нему, как будто здесь, рядом с ним и было ее место.

— Увидимся через месяц, — весело сказал Артур.

— Да, — ответила Бернадетт. — Увидимся.

В транспортном потоке Натан чувствовал себя как рыба в воде. Он нырял в малейшие просветы, находил объездные дороги и даже проскочил пару светофоров на желтый. Сохраняя при этом полную невозмутимость. Постукивая ладонью по рулю, он мурлыкал в такт музыке — = которую прикрутил настолько, что Артур ее еле различал.

— Успеем, не беспокойтесь, — сказал Натан. — Мне мои друзья, между прочим, завидуют из-за вас. Им тоже хочется такого деда, ну, авантюриста и все такое. Я им сказал, что вы типа мне суррогатный дедушка, раз у меня нет родного.

В будущем Артур был совсем не прочь попробовать себя в этой роли. Он уже сказал себе не забыть запастись мукой, глазурью и вот этими блестящими съедобными бусинками, которые кладут сверху для красоты, — если Натану как-нибудь захочется вместе испечь торт.

Поразительно, насколько по-другому он стал смотреть на Натана. Он судил о юноше по прическе, а это оказалась всего лишь дань моде, за которой пряталась чувствительная натура.

— С мамой все в порядке?

— Да, слава богу. Я боялся, что мне предстоит стать сиротой в восемнадцать лет. Вот это был бы трындец. Спасибо вам, что вы рядом. Я могу спокойно ехать в Скарборо на кулинарное отделение, зная, что у нее тут есть друг, который за ней присмотрит. Скарборо, правда, недалеко отсюда.

— Я бывал в этом колледже, — сказал Артур, улыбнувшись при воспоминании о том, как поработал натурщиком. — Отделение искусств там отличное.

— Могу вам, кстати, тоже что-нибудь приготовить, не хуже мамы.

— Это здорово. Только не марципановый торт, пожалуйста.

— Не беспокойтесь. Я его ненавижу.

— Я тоже. Не знаю, правда, как сказать об этом твоей маме.

— И я не знаю.

Аэропорт