Вдребезги - Максим Фальк

на ручки двери велосипедный замок, – незаменимая, кстати, вещь, можно закрыться везде, где захочется. В кабинке примерочной – очень быстро и очень тихо. Джеймс кусал себя за ладонь, чтобы молчать, а у Майкла и так рот был занят. В отеле, когда Джеймс снимал им обычный скромный номер где-нибудь на окраине. В кинотеатре на последнем сеансе. Однажды оказалось, что они не одни такие умные – через несколько рядов впереди сидела другая парочка. Пацаны были младше Джеймса. Сползли на пол, ещё когда реклама перед сеансом не кончилась. Майкл сразу почувствовал себя страшно взрослым и сдержанным. Послушали чужую возню минут пять и сами оказались на полу. Пять минут ушло на то, чтобы убедить Джеймса не скромничать – но тот всё равно больше прислушивался и хихикал, чем целовался. В конце концов Майкл просто утащил его гулять дальше.

Они ели в кафе из одной тарелки, покупали в «Макдоналдсе» две большие картошки-фри и два разных соуса, чтобы перекусить на ходу. Оказалось, Джеймс сам иногда балуется фастфудом – с тех пор, как мать потребовала, чтобы он никогда к нему не прикасался. Они таскали друг у друга картошку и хохотали как ненормальные. Часами бродили по городу, счастливые, потерянные, молчаливые.

– А что делаешь на Новый год?.. – спросил Майкл.

– Сара зовёт нас к себе, – сказал Джеймс. – У неё будет вечеринка человек на пятьсот.

– И Томми приглашал. Но у нас все перепьются, как обычно, – ещё до полуночи.

Джеймс фыркнул:

– У Сары будет то же самое, не сомневайся.

– Слушай, – сказал Майкл. – А давай не так?..

– А как?.. – растерянно переспросил Джеймс.

– Мы с тобой и там и там будем два трезвенника. Знаешь, как это уныло, когда все нажрались, а ты сидишь, как стекло, и вообще не в теме?..

– Знаю, – вздохнул Джеймс.

– Короче. – Майкл скинул ноги с подоконника, сел. – У нас есть дом под Дорчестером. На берегу. Не прям на пляже, конечно, но недалеко от моря. Развалюха, но крепкая. Давай поедем туда?..

Джеймс замолчал, потом тихо спросил:

– Встречать Новый год?..

– Ну да. Ты когда возвращаешься в Лондон?

– Двадцать девятого, вечером, – сказал Джеймс.

– Вот я тебя подберу тридцатого утром, и рванём.

Джеймс замолчал. Майкл тоже молчал, ждал ответа.

Они умели сидеть в тишине. Каждый занимался чем-то своим, иногда поднимали глаза, обменивались взглядами. Научились заканчивать фразы друг за друга, а потом и заканчивать стало не нужно. «А знаешь…» – задумчиво говорил Джеймс. «А давай», – отвечал Майкл.

Иногда посреди молчания Майклу страшно хотелось что-то сказать. Иногда он открывал глаза в ночи с какой-то мыслью, которая ему приснилась. Но он никак не мог распознать, что это были за слова, что за мысли.

Это было что-то простое, будто короткая строчка из песни, застрявшая в голове. Или случайно подобранная фраза, которую уронил турист: слова незнакомые, но звучит гладко. Майкл повторял их про себя, как случайный набор звуков. Как леденец, перекатывал на языке, хмурясь и вслушиваясь: а смысл-то в этом какой-то есть?..

– Хорошо, – сказал Джеймс. – Давай. А кто ещё будет?

– Да никого не будет, – удивился Майкл. – Вдвоём поедем.

– Вдвоём?..

– А ты с собой кого-то позвать хочешь?..

– Не хочу, – сказал Джеймс и, кажется, улыбнулся.

– Вот и я не хочу. Мне тебя хватает. Ты, главное, соберись заранее, – велел Майкл. – Ехать часа четыре, лучше бы добраться, пока светло.

– Ладно. – Джеймс заговорил деловым тоном, как всегда, когда начинал что-то планировать. – Что мне с собой взять?.. Что понадобится?..

– Что-нибудь тёплое. Ботинки нормальные – там снег лежит, – сказал Майкл. – Книжку возьми – почитаешь, если скучно станет. Что ты с собой вообще берёшь, когда путешествуешь?.. Шампунь, расчёску, носки, там…

– Трусы, – серьёзно сказал Джеймс.

– Ты ж со мной едешь, – так же серьёзно отозвался Майкл. – Какие на хрен трусы.

– Точно, – согласился тот. – Вычёркиваю.

– Зубную щётку. Футболку, чтоб спать.

– Я сплю в пижаме, – сказал Джеймс.

– Тогда её бери. По дороге заглянем в «Лидл», закупимся жратвой. Чтоб никуда не дёргаться.

– А мы надолго туда?..

– Дней на пять. Третьего января уедем.

– Слушай, Майкл… – нерешительно начал Джеймс. – А мы можем взять с собой Бобби?..

– Да не вопрос! Возьмём, конечно. Купим ему деликатесных консервов, чтобы тоже порадовался.

– Если бы я был рядом, я бы тебя сейчас обнял, – сдавленно прошептал Джеймс. Он опять улыбался.

– Лучше знаешь что?.. – сказал Майкл. – Перезвони мне вечером. Когда в пижаме будешь. Расскажешь, какая она у тебя.

В конце декабря в доме всегда была суматоха: чемоданы, сборы, упаковка подарков. Рождество Майкл каждый год встречал в Ирландии, с огромной рыжеволосой семьёй. Джеймса там приняли бы как родного, потому что друг нашего Майкла – наш друг, но Сазерленды упёрлись: никакого отступления от традиций. Майкл, в общем, из-за них не переживал. Грустно было только, что с Джеймсом не увидишься почти до Нового года…

– Тёплые вещи. Бельё. Мои туфли. Твой коричневый пиджак. Фен.

– Фен-то зачем? – спросил Кристофер.

Эмма оторвалась от списка, посмотрела на него поверх очков.

– А у них есть?.. Я не помню.

– Ты каждый год это спрашиваешь. Всё у них есть.

По всей гостиной лежали вещи, два старых чемодана с разбитыми колёсиками терпеливо ждали сборов, раскрыв пасти. Пузатый телевизор негромко рассказывал о погоде. Эмма ставила галочки: аптечка, зонтики, дополнительный свитер, коробочка с золотыми серёжками – подарок Кристофера на юбилей. Майкл сгрузил на диван пару фланелевых рубашек и стопку футболок.

– Ты так мало берёшь?.. – удивилась Эмма. – Мы ведь на две недели едем!

– Я вот как раз сказать хотел. – Майкл неловко вздохнул. – Я пораньше вернусь. На Новый год не останусь.

– Майкл, ну что ты говоришь, – с укором сказал Эмма. – Бабушка с дедушкой тебя целый год не видели.

– И чего, за неделю не насмотрятся?.. Мам, что мне там делать столько времени?.. Телевизор смотреть?

– Отдыхать, – строго сказала Эмма. – Отвлечься от работы. Тебя дома не застанешь, пропадаешь до ночи.

– А что ему, до старости с нами жить? – вдруг спросил Кристофер.

Эмма подняла брови. Сняв очки, потёрла глаза, села в кресло.

– Мы же всегда вместе ездили, – удивлённо сказала она.

– Так мы и едем вместе. – Кристофер подошёл к ней сзади, положил руки на плечи. – А на Новый год можно, как раньше – пойти шляться по кабакам. Без детей, – негромко сказал он, нагнувшись к её уху.

– Ой, какие тебе ещё кабаки. – Эмма хлопнула его по плечу скатанным в рулон полотенцем и улыбнулась. – Мы же в этом году к озёрам хотели… – вспомнила она.

– А это с самого начала дурацкая затея была, – сказал Кристофер, выпрямляясь. – Что там