Повод для беспокойства - Марк Хэддон

– Вы, должно быть, Тони? – выдавила из себя Джин.

– Да, – ответил Тони, демонстративно не убирая руку с талии Джейми. – А вы – его мама?

– Да.

– Приятно познакомиться. – Он протянул свободную руку.

– Мне тоже.

Джин потянулась обнять парня, показывая ему, что действительно рада, а всем остальным – что он здесь желанный гость. Тогда Тони наконец отпустил Джейми и обнял ее. Парень ее сына был значительно выше, чем ей сначала показалось, и их объятие выглядело, должно быть, комично. Однако никто не смеялся.

Джин думала, это продлится пару секунд, но ей пришлось прятать лицо на груди у Тони значительно дольше: она почувствовала, что плачет. Ей хотелось показать всем, что она с радостью принимает Тони в свою семью, а вовсе не то, что она плачет в объятиях малознакомого человека.

– Тони, мать твою! Приехал! – радостно взвизгнула Кэти, и это всех отвлекло.

133

Джордж остановился возле Дэвида, расставив ноги и сжав кулаки. Дэвид, как назло, смотрел в другую сторону. Джордж не мог попросить его повернуться: обращаясь к кому-то с просьбой, ты тем самым признаешь его доминирующей особью. Как у собак. А доминировать должен он, Джордж.

С другой стороны, хватать Дэвида за плечо и насильно поворачивать лицом к себе он тоже не хотел, потому что так поступали драчуны в барах, а он не желал лишнего шума.

Джордж стоял, не зная, как быть, но тут его заметила собеседница Дэвида.

– Джордж! – сказала она.

Дэвид с улыбкой обернулся к нему, взял сигарету в левую руку и протянул правую для рукопожатия. Джорджу пришлось пожать его руку и сказать: «Привет, Дэвид», хотя он подошел совсем не за этим.

– Наверное, ужасно гордишься дочерью, – заметил Дэвид.

– Дело не в этом, – ответил Джордж.

Женщина улизнула.

– Да. Ты прав, – кивнул Дэвид. – Все так говорят, но это эгоистично. Главное – чтобы Кэти была счастлива.

Черт, скользкий, как угорь. Джордж начинал понимать, как Дэвиду удалось вкрасться в доверие к Джин. Подумать только, он проработал с этим человеком пятнадцать лет!

– Сара мне рассказала, что Кэти с Рэем заплатили за все сами, – подняв бровь, сказал Дэвид и обвел рукой комнату, как будто свою собственность. – Хитрый ход, Джордж!

Пора! – подумал Джордж и начал:

– Боюсь, что…

Однако Дэвид не дал ему договорить, дружелюбно поинтересовавшись:

– А как вообще жизнь?

У Джорджа закружилась голова. Дэвид спрашивал так искренне, так участливо, что он с трудом поборол искушение рассказать, как покалечил себя ножницами и попал в больницу, узнав об измене жены.

Он понял, что не выставит Дэвида. У него просто нет сил. Ни моральных, ни физических. А если попытается, то наделает шума и обидит Кэти. Наверное, не стоит. В такой день, как сегодня, надо думать о Кэти, а не о своей оскорбленной гордости.

– Джордж! – повысил голос Дэвид.

– Да?

– Я спросил, как дела.

– Хорошо, – сказал Джордж. – Просто отлично.

134

Кэти отодвинула блюдо с лососем. Еще кусочек – и она лопнет, к тому же надо оставить место для тирамису. Рэй нашел под столом ее ногу. По левую руку от Кэти мама с Аланом рассуждали о морознике и декоративной капусте. По правую Барбара рассказывала папе, как здорово путешествовать в трейлере. Папа выглядел вполне счастливым: очевидно, думал о чем-то своем.

Они сидели сантиметров на двадцать выше, чем все остальные, и как будто смотрели телевизор. Официантки в белых смокингах. Звон бокалов. Негромкое шуршание скатертей. Увидев в дальнем конце шатра Дэвида Симмондса, развлекающего светской беседой Мону, Кэти удивилась. Она указала на него Рэю и решила не обращать внимания, как на злосчастного пса Эйлин и Ронни, страшно огорченного временным переселением в соседский сад. Кэти облизала пальцы и стряхнула с тарелки хлебные крошки.

Тони с Джейми так и держались за руки, сидя за столом. И даже мама находила это трогательным. Родители Рэя не обращали внимания. Возможно, у них плохое зрение. Или в Хатлпуле такое в порядке вещей.

– Как делишки? – тронул ее за плечо папа.

– Хорошо, просто прекрасно, – ответила Кэти.

Долгожданное тирамису не произвело на Кэти особого впечатления. А вот шоколадные конфеты, которые подали к кофе, оказались просто божественными. Забравшийся к ней на колени Джейкоб страшно огорчился, что мамочка уже съела конфетку. Чтобы сохранить мир, Барбара без боя отдала ему свою.

Когда с десертом было покончено, поднялся Эд и постучал вилкой по тарелке, призывая всех к тишине.

– Леди и джентльмены, согласно свадебным традициям, шафер должен встать и рассказать парочку дурацких историй и похабных шуточек, чтобы все присутствующие почувствовали себя неловко.

– Точно! – закричал дядя Дуглас.

Гости захихикали.

– Но у нас-то современная свадьба, – продолжал Эд, – поэтому я хочу сказать кое-что хорошее о Кэти и Рэе, а также прочесть несколько телеграмм и произнести благодарственные слова. А потом уже Сара, подружка Кэти, встанет и начнет вспоминать дурацкие истории и похабные шуточки, чтобы все почувствовали себя неловко.

По шатру вновь прошелестели смешки.

Джейкоб сосал палец и крутил обручальное кольцо Кэти, а Рэй обнял ее и тихонько сказал:

– Я люблю тебя, моя жена.

135

Джордж отхлебнул десертного вина.

– В общем, она уронила сережку, – вещала Сара. – И полицейский принялся шарить под ногами. Не знаю, приходилось ли кому-то из вас ездить в этом «Фиате Панда», но там можно потерять все, что угодно. Яблочные огрызки, сигаретные пачки, крошки от печенья.

Джуди прижала к губам салфетку. Джордж не понял, то ли она пытается сдержать смех, то ли ее сейчас вырвет.

Подруга Кэти оказалась прекрасным оратором. Хотя Джорджу что-то не верилось в историю с Полом Хардингом. Возможно ли, чтобы юноша вылез из окна спальни Кэти, упал с крыши над кухней и сломал ногу, а он ничего не знал? Что-то сомнительно. Хотя теперь Джордж начал понимать, что от него много чего скрывали, а некоторых вещей он и сам не замечал.

Он отпил еще вина. Джейми с Тони по-прежнему держались за руки. Несколько месяцев назад он положил бы этому конец, чтобы не оскорблять окружающих. Но теперь сомневался не только в правильности своего мнения, но и в способности положить конец чему бы то ни было.

Он теряет хватку. Сегодня мир принадлежит молодым, таким как Кэти, Рэй, Джейми, Тони, Сара, Эд. Так и должно быть. Джордж не противился старости. Глупо сопротивляться, ведь все стареют. И все равно