Демоверсия - Полина Николаевна Корицкая

Она метнулась в ванную и ополоснула лицо, наспех пригладила волосы, накинула халатик и открыла дверь.

– Как ты здесь оказался? – спросила она, когда он вошел.

– Погодные условия, – сказал Ян. – Был сильный снег и ветер, рейс перенесли на вечер. Я летел со съемок в Мурманске. Домой. С пересадкой в Москве.

Аня стояла и хлопала глазами.

– Я думала, что больше никогда тебя не увижу.

– Былэм праве пэвен[119].

Она уткнулась в его мокрую от снега куртку и тихо сказала, что совсем больна. Ян поцеловал ее в лоб. «Температура?» – спросил он, и она помотала головой, а потом пожала плечами. Ян снял куртку и прошел в ванную помыть руки.

– У меня, наверное, нет никакой еды, кроме гречки, – сказала она растерянно.

– А зарядка и отвертка есть? – спросил Ян, вытирая руки.

Она удивилась, но кивнула. Нашла зарядку и достала из ящика в ванной несколько разных отверток.

– Тебе зачем?..

– У тебя тут дверца разболталась. – И Ян, поставив телефон заряжаться, начал прикручивать винтики в шкафчике там же, в ванной.

Аня смотрела на него, совершенно растерявшись, а потом встала рядом.

– Ты не будешь против, если я пока почищу здесь зубы? А то я только проснулась.

Он кивнул, и они встали рядом, воплощая кадр из какого-то артхаусного фильма, в котором нет законов времени и пространства, но есть герои, которые почему-то вместе и как ни в чем не бывало совершают простые действия. Она чистила зубы, он чинил шкафчик в ванной. Казалось, они оба сейчас оденутся и пойдут куда-то – в гости или в цирк с детьми. Но уйти должен был только один из героев.

Но пока только вышла из кухни Ида и сказала:

– Ой, рыцарь!

– Привет!

Ида застеснялась и убежала досматривать мультик. Ян тоже смутился, еще ниже склоняясь над шкафчиком.

– Готово!

– Ничего себе, – сказала Аня. – Столько лет он разваливался… Тогда, может быть, ты сможешь починить кое-что еще?

– Цо?[120] – с готовностью спросил Ян.

– В моей спальне нет задвижки. Иногда это неудобно…

Ян сглотнул и взял ее за руку, потом быстро поцеловал горячую ладонь и вышел из ванной.

– А есть ты не хочешь? – сипло крикнула ему вслед Аня.

– Позже, – ответил он. – Сначала дело.

Аня взяла расческу и села в центре большой кровати, поджав под себя ноги. Она скинула халатик – и теперь, в прозрачной голубой сорочке, сидела и расчесывала волосы.

– Как отросли твои волосы, – сказал Ян.

– Твои тоже.

Он тряхнул головой и отвернулся, чтобы осмотреть дверь. Аня расчесывалась и вспоминала, что произошло в этой комнате год назад.

* * *

Ида рассадила кукол на диване и выдала каждой по маленькому обрывку листочка.

– А сейчас, дети, будет урок рисования, – объявила маленькая учительница, поправив на носу пластмассовые очки из докторского набора. – Ты, Катя, будешь рисовать солнышко.

Она пошарила в пенале и достала желтый фломастер.

– Рисуй аккуратно, Катя, а то я тебя выгоню.

Она нарисовала маленькое солнышко, держа фломастер кукольной рукой.

– Хм, что-то кривовато… Ай-ай-ай. В следующий раз старайся получше. Так, мадам Эльза. Вы рисуете снежинку. Синюю. Вот так. – Она склонилась над листочком и сосредоточилась, высунув язык. – Ага, молодец, молодец. Что?..

Ида наклонилась над другой куклой и приставила к уху руку.

– Настя Ерохина, ты же только что пи́сала, куда ты собралась? Тебе надо нарисовать собаку! Ладно, иди, глупая кукла Настя Ерохина, а то описаешься, штаны тебе потом меняй.

Она взяла глупую Настю за руку, поволокла ее в сторону двери и дернула ручку. Потом хлопнула себя по лбу и повернула маленький замочек на ручке. Но и после этого дверь почему-то не открывалась.

– Ой, – сказала Ида, снова дергая ручку. – Видишь, глупая кукла, а дверь-то не открывается! Так что придется тебе писать, наверное, в окно!

Она дернула снова, сильнее, потом уже изо всех сил, но все было напрасно.

– Мама! – крикнула она тогда, испугавшись.

Аня отставила недомытую тарелку, вытерла руки и подошла к спальне. Дернула ручку, но дверь открыть не смогла.

– Ида?.. Ида, ты что, заперлась там?

– Ну, я повернула замочек, чтобы мне никто не мешал работать, я же урок веду! А он почему-то обратно не поворачивается!

Аня снова подергала ручку.

– Так, послушай. Ты точно замочек обратно повернула? Попробуй в другую сторону.

Несколько лет назад точно так же заперлась изнутри Лиля, когда была еще младше, чем Ида сейчас, – года в четыре. Тогда Влад просто вынес дверь плечом. Но теперь Влада здесь не было, не было вообще никого, и Аня испугалась.

«Может, слесаря вызвать?» – подумала она и метнулась за телефоном, но телефона нигде не было – ни на кухне, ни в другой комнате.

– Ида, – крикнула она, – а мой телефон что, у тебя?

– Да, – отозвалась Ида, – он мне был нужен для работы, честное слово!

Аня с отчаянием смотрела на дверь.

– Мамочка, прости, я не буду больше брать телефон без спроса, никогда-никогда, только открой!

– Сейчас, Идочка, сейчас открою.

Аня пошла в ванную и взяла маленькую отвертку, а потом принялась ковырять в замке, но ничего не выходило: ручка стояла намертво.

– Погоди, – сказала Аня, – я сейчас вернусь.

Она вышла из квартиры и постучала в соседнюю дверь, думая попросить о помощи.

– Черт, никого нет, – пробормотала Аня и стала стучаться в следующую, а потом в другую, затем поднялась на пролет выше и стала колотить во все двери подряд. Никто не открывал, и она побежала обратно.

Вернувшись, она услышала из-за двери плач.

– Глупая кукла Настя Ерохина, – ревела запертая Ида, – это все из-за тебя! Вот приспичило тебе писать, нет бы сидеть рисовать… А теперь мы все тут умрем!

– Ида, успокойся, я сейчас открою.

Аня снова начала бестолково дергать ручку, надеясь хотя бы расшатать ее. «Ничего, – думала она, – скоро придет из музыкалки Лиля, возьму ее телефон…»

– Мама, – всхлипнула за дверью Ида, – я сейчас описаюсь…

– Да чтоб тебя! – Аня пнула дверь и вернулась к ящику с инструментами в ванной. Пожалев, что у нее нет топора, она взяла молоток.

– Ида, отойди от двери, – крикнула она, – и не подходи!

Она размахнулась и с силой долбанула по ручке молотком. Ручка согнулась, почти сломавшись. Аня размахнулась еще раз, и еще, обрушивая на злосчастную дверь поднявшуюся из самых глубин дикую ярость. Дверь была из дешевого шпона, и скоро большие вмятины начали образовывать прореху. Тогда Аня всунула в прореху руку и попыталась открыть, но все равно не выходило, и тогда новая серия ударов обрушилась на дверь. Попутно Аня с силой пинала