Дурные - Ксения Михайловна Спынь

— А тебя что-нибудь держит?

Агнешка с проскользнувшей улыбкой пробежала взглядом где-то в непредназначенных для выражения мыслях.

— Скинешь мне, если напишешь всё-таки? — спросила она вдруг.

— А, — потерялась Алиса. — В смысле, если…

— Если мы куда-нибудь дойдём отсюда, если вернёмся в нормальный мир, и если ты что-то сможешь написать — да. Скинешь тогда мне?

— Д-да… Хорошо, — Алиса кивнула. Как будто тихо развеселившись чему-то, перебросила сумку на другое плечо. Звёзды с луною сверкнули в потёмках — хоть и облезшие местами, светились они всё ещё ярко.

— О, — Агнешка развернулась посмотреть. — Так они у тебя фосфорецируют?

— Да, — улыбнулась Алиса. — Я думала, ты видела.

— Неа. Удобная штука. Типа как путеводная звезда — только всегда под рукой. А то знаем мы эти звёзды.

— А что звёзды? — спросила Алиса. Дорога завернула в сторону, влево. Кто-то подрубил ветки на нескольких кустах, и они упали, перекрыв жёлтую линию.

— А на небе-небе звёзды, мертвецы хотят обратно44, — вполголоса напела Агнешка. Прервалась, кашлянув.

Вскинув голову, заговорила снова, только, казалось, затем, чтоб тишина не давила на уши:

— Ладно, я знаю очень дурацкую песню, которая сюда бы пошла, — громко и немелодично она завела. — Вместе весело шагать по просторам, по просторам, по просторам…

Поворот дороги молчал в ответ холодно и резко.

— И конечно, подпевать лучше хором, лучше хором, лучше хором.

Голос её осип к концу и заглох, закатившись куда-то.

— Очень фальшивлю? — спросила Агнешка.

— Ну… — поколебалась Алиса. — Да.

— Оки. Не буду больше.

На пути перед ними, чуть сбоку, темнел массивный силуэт — словно крупный угловатый валун. Он постепенно приближался в такт их шагов. От него всплыл и отделился другой, поменьше — он тоже застыл и не шевелился, но казалось отчего-то, что он принадлежит живому.

Агнешка едва замедлилась и сощурилась на дорогу.

— У меня уже глюки, или там правда кто-то стоит? — пробормотала она.

— Да, — Алиса приостановилась. — Да, там кто-то.

Угловатый валун, вероятно, был автомобилем с погашенными фарами. Силуэт возле него как будто заметил, что они заметили, и теперь просто молчал у машины, не трогаясь с места, не двигая ни руками, ни головой, — просто стоял. Просто ждал их.

— Погоди, — Алиса перехватила Агнешку за руку.

— Чего?

— Мне кажется, это воронок.

— Что?

— Ну, чёрный воронок, — пояснила Алиса. — Как при Сталине.

— А, да пофиг, — Агнешка устало потянулась, расправив плечи. — Я уже и туда сяду, честно говоря.

Алиса затормозила на полушаге на несколько мгновений, но тут же поспешила за Агнешкой. Та, приблизившись к силуэту, оскалилась в улыбке и ещё через секунду развела в приветствии руки:

— Кого я вижу…

Лана ничего не сказала, даже когда дала себя приобнять. Она только кивнула им, коротко и сдержанно, будто сил и осталось на один короткий кивок, и отодвинулась от двери машины, как бы показывая, что надо теперь сесть внутрь. Из-за совсем непонятного уже цвета кофты и чьей-то чужой смятой накидки не по размеру, она казалась не вполне собой — каким-то незадачливым подражателем, который, как сумел, скопировал первое ему понравившееся человеческое существо.

Агнешка кинула взгляд на автомобиль.

— Мне кажется, или это тот же чёрный Уазик, что…

— Не спрашивайте, — отрезала Лана.

— Не спрашиваем, — согласилась Агнешка. — Мне сесть за руль? Я так понимаю, ты не спала уже кучу времени.

— Не думаю, что смогу ещё спать, — блёкло откликнулась Лана.

— Ну, просто приляг. Мы с Лис поедем впереди, а ты лежи.

— Эта машина совсем другая. Не как лягух.

— Ничего, мы справимся, — Агнешка переглянулась с Алисой. — Да же, Лис?

Алиса встрепенулась и поспешно закивала, специально для Ланы.

Та молча опустилась на диван позади и легла по стойке смирно, смотря в потолок.

Уазик поехал легко и гладко, даже колёса его почти не шуршали по дороге. Она здесь была шире, асфальт местами потрескался и покрылся заплатками, как и положено не самому новому асфальту, но ощущение, что он зачарован и лес вокруг зачарован с полосой тонких трав между густым подлеском и обочинами, не оставляло полностью. Полупрозрачная дымка разлилась в ночи, будто кто-то вмешал молока в воздух, но совсем чуть-чуть, не настолько, чтоб не было видно рекламного щита сбоку от дороги. «А ты в нашем домике?» — спрашивала надпись, пока белёсо-кудрявая девушка в стеклянном ящике, нырнув поглубже, выглядывала с той стороны. Ну, как выглядывала — руки её закрывали глаза, будто ей сказали не подсматривать и ждать сюрприза и она ждала с предвкушающей улыбкой. И хотя верхняя половина лица была сокрыта, всё же…

— Нелли? — Алиса удивлённо указала на неё взглядом.

— Ха, — отозвалась Агнешка. — Похожа.

— Это не Нелли, — сказала сзади Лана. — Просто типаж такой же.

Она помолчала, чуть приоткрытыми глазами созерцая потолок машины.

— Может быть, стоило бы взять кого-нибудь четвёртой ей на замену. Для баланса.

Агнешка хохотнула, даже слегка подавившись от неожиданности:

— Думаю, она бы не оценила.

— Это понятно. Она вообще много чего бы не оценила. Но в конце концов, она была не таким уж уникумом, так что должно быть несложно. Как там, у «Электриков»? Всякий лучше, чем эта Джейн Доу из междугородья.

— Что ты так о ней в прошедшем времени? — Агнешка настороженно отловила Ланино отражение в зеркале.

— Я же просила не спрашивать, — Лана недовольно закрыла глаза.

— Хорошо-хорошо, — заверила Агнешка. — Оки. Как скажешь.

Но Лана скоро заговорила сама — про махины, про попутки и грязь, про заблудившийся троллейбус, про водителя Камаза, про домик в лесу, горелку и княжну Тараканову. Про Тараканову особенно почему-то.

— Я только на трассе уже про Нелли вспомнила, — пояснила она. Будто не удовлетворившись этим, пояснила ещё. — Я же не то чтобы не пыталась. Я пыталась. Даже её телефон ей вернула. Я же обещала, что подарю ей часы. Это не наручные, конечно, но там тоже есть время. Он, правда, садился. Но она ведь сможет его подзарядить. Она ведь сможет…

— Лан… — прервала её Агнешка. — Мы поняли…

— Я даже не уверена, что не проснусь сейчас. Я столько уже открывала глаза, и всё опять по кругу… Может быть, я так и не вышла из него, может быть, это всё ещё сон, и вы тоже сон, и ничего этого нет, — Лана опустила веки и изобразила спящую. — Мне иногда почти кажется, что вот-вот прозвенит будильник, я встану, выпью кофе и побегу на автобус. Мне ведь надо на работу.

Алиса, разглядывавшая Лану в тихом ужасе, будто та вдруг могла начать бить стёкла или выламывать рычаги из коробки