Отель «Нантакет» - Элин Хильдебранд

Как выяснилось позже, Лизбет и шеф-повар Субьяко выставили общий лот на благотворительный аукцион мероприятия — три ночи в отеле «Нантакет» следующим летом и «дегустация от шеф-повара» (включая коктейли!) для двоих в «Лазурном баре».

За лот боролись множество человек, и никто из них не хотел уступать. В итоге он ушел с молотка за тридцать пять тысяч долларов. Палатка для аукциона едва не взлетела на воздух от ажиотажа!

Однако, как только объявили следующий лот — ужин на десятерых в «Палубе», в том числе фирменные бокалы для фонтана с розовым вином, — атмосфера в палатке стала несколько неловкой. В прошлые годы именно за этот лот были самые высокие ставки, но сегодня руку поднял лишь один человек — Джанис, гигиенистка, чей брат Гус работает в «Палубе» сомелье. Джанис случайно повысила собственную ставку (она выпила многовато вина), но все же получила приз за две с половиной тысячи долларов — сумму меньше себестоимости.

Мы незаметно осмотрели палатку в поисках Джей-Джея. К нашему облегчению, среди посетителей его не оказалось.

«Дух лета» — не только лучшее, но и последнее благотворительное мероприятие лета. Проснувшись на следующее утро, мы почувствовали тоску. Теперь остается только наслаждаться всем «последним»: последними хорошими деньками на пляже; последним обедом на пляже Гэлли, состоящим из омлета с лобстером и вина Whispering Angel; последней прогулкой по мосту с солнечными часами в Сконсете; последней возможностью порыбачить на пляже Миакомет; последним днем, когда можно подолгу пить грейпфрутовый эль Gripah в пивоварне «Циско»; последними цукини и кукурузой с фермы «Бартлетт» (в сентябре там созреют помидоры и — фу, это что, тыквы?!). Мы можем еще разок прокатиться по гавани на пароме и посмотреть на кайтсерферов, прочитать еще один пикантный летний роман в библиотеке и съесть еще один сэндвич с рыбой в «Ловце устриц», любуясь закатом у воды и слушая, как гитарист Шон Ли поет о том, как трудно справиться с тяготами жизни одной лишь улыбкой.

И тут Ромео из Управления пароходством сообщил, что какой-то невероятный богач переправил на пароме «бентли» с шофером, а сам вылетел из Лондона на личном самолете G5.

— Будет на острове в среду, — сказал Ромео.

«Кто бы это мог быть?» — подумали мы. И тут же поняли: Ксавьер Дарлинг.

Глава 22. Кедр и соль

22 августа 2022 г.

От кого: Ксавьер Дарлинг ([email protected])

Кому: персонал отеля «Нантакет»

Всем доброе утро!

Хоть я и занят подготовкой к перелету через океан, я не забыл о еженедельной премии. Рад сообщить, что на этот раз победителем стала Эдит Роббинс. Автор одного из отзывов со всей душой расписала, как Эдит множество раз помогала ее семье в течение их длительного пребывания в отеле. Эдит, я вами горжусь!

Прилетаю на остров в среду, в два часа пополудни. Готовьте лакеев и фанфары! Шутка, разумеется.

Ксавьер Дарлинг

Лизбет уже несколько месяцев знала, что Ксавьер прилетит двадцать четвертого августа, но раньше эта дата терялась где-то в далеком будущем. Затем Лизбет была занята другими делами, а время сделало то же, что и всегда, — пролетело.

До прибытия Ксавьера оставался всего день.

Лизбет дождалась перерыва между занятиями фитнесом и зашла в студию йоги, погруженную в приятный полумрак. Женщина взяла один из толстых матов, постелила его в центре комнаты и хотела включить гамелан, но передумала: журчание воды меж речной гальки в фонтане было приятным само по себе. Лизбет приняла позу Шавасана и постаралась очистить голову от мыслей.

Спустя полчаса, едва ее глаза сами собой открылись (должно быть, в комнате было что-то магическое, Лизбет ведь действительно уснула!), в дверь легонько постучали. В студию кто-то заглянул.

— Сердцеедка?

Это был Марио — его приятный голос Лизбет бы не спутала ни с чем. Она легла обратно.

— Привет.

Лизбет едва сдержалась, чтобы не попросить его закрыть дверь и заняться «йогой другого типа». И как ей такое в голову пришло?

Марио подошел ближе. Лизбет увидела, что он принес ей эспрессо.

— Эди сказала мне, что ты здесь. Я еле поверил. Что-то не так?

— Нужно было восстановиться, — ответила Лизбет, вставая на ноги и целуя его. — Что я и сделала!

— Что ж, очень понимаю, — кивнул Марио, протягивая ей кофе.

— Нервничаешь из-за Ксавьера?

— Он ведь и мой начальник. Ты не заметила, что я вчера всю ночь глаз не сомкнул?

— Правда?

С тех пор как их отношения возобновились, Марио каждую ночь проводил дома у Лизбет. Лизбет ложилась достаточно рано, просыпалась после прихода Марио, а затем снова погружалась в сон.

— А почему ты переживаешь? — спросила Лизбет.

— Не знаю.

— Марио, бар просто шикарен. Каждый вечер там толпа народу, и у него невероятно высокий рейтинг во всех приложениях с отзывами о ресторанах. Он становится почти так же известен, как «Голубое бистро», если не больше.

Марио улыбнулся, но неискренне.

— Я не шучу, — добавила Лизбет.

— Знаю. Но мужчины вроде Ксавьера…

— Волноваться стоит мне, — возразила Лизбет. — Мне надо будет показывать ему весь отель: двенадцать люксов, тридцать шесть номеров, холл, бассейны, оздоровительный центр, сауну, эту студию. Но я уверена в том, над чем мы столько работали. — Лизбет обвила шею Марио руками и прижалась к нему всем телом. — Знаю, ты переживаешь, потому что уже лишался ресторана на этом острове. Но Ксавьеру все точно понравится. Нам совершенно не о чем волноваться.

Вечером, сразу после окончания дневной смены, Лизбет собрала всех на совещание в комнате отдыха. Она позвала Эди, Алессандру, Адама, Рауля, Зейка, Мегду, Йоланду и Ричи — последнего на стойке регистрации на это время заменила Лав. Лизбет вспомнила совещание в день открытия отеля: тогда он напоминал новорожденного жеребенка на слабеньких ножках. Она едва знала сотрудников, а они — друг друга.

Ричи сбросил пятнадцать килограммов, загорел, а его улыбка стала куда более искренней, чем в день, когда он проходил собеседование. Он был влюблен в Кимбер Марш, которая гостила в отеле все лето, — чем не сюжет для ромкома! (Правда, Лизбет не собиралась говорить об этом романе Ксавьеру — вдруг он не одобряет такое?) Эди постоянно была внимательна и добра ко всем — полная противоположность Алессандре, вызывающе красивой и ослепительно уверенной в себе. Однако в последнее время даже Алессандра несколько смягчилась — настолько, что