Проблеск истины - Эрнест Хемингуэй

Машина пересекла густой лес, где между желтыми стволами с прошлого раза успела взойти ярко-зеленая трава, и выехала на поляну, поросшую редкими деревьями с серебристой листвой. Мы с Нгуи обошли место по периметру, двигаясь в противоположные стороны, и убедились, что самки носорога поблизости нет. Рядом паслись импалы, и на влажной земле я заметил след очень большого леопарда — он охотился на краю болота. Я померил ладонью диаметр следа и вернулся к «елке».

Копать всей толпой не имело смысла, а командирские должности сразу заняли мисс Мэри и Кейти, поэтому мы с Нгуи отошли к опушке и уселись в тени. Нгуи достал табакерку, мы угостились снаффом и принялись наблюдать за агролесомелиоративными работами. Все трудились в поте лица, за исключением мисс Мэри и Кейти. Поначалу казалось, что «елка» не поместится в кузов охотничьего джипа, однако когда ее выкопали, стало понятно, что впечатление ошибочное, и мы с Нгуи поспешили на помощь. Дерево было колючим, и погрузить его оказалось нелегко, но человеческое упорство восторжествовало. Корни мы обернули мокрой мешковиной; примерно половина «елочки» торчала сзади.

— Назад той же дорогой ехать нельзя, — сказала Мэри. — Верхушка отломится на крутых поворотах.

— Поедем другим путем.

— А машина пройдет?

— Конечно.

Проезжая через лес, мы заметили следы четырех слонов и кучи свежего навоза. К счастью, следы вели на юг. Все слоны были крупными самцами.

Я положил заряженный дробовик на колени. Эти же следы мы видели на северной дороге, когда ехали за елкой. Видимо, слоны шли от ручья, что впадал в болото Чулу.

— Теперь до лагеря прямая магистраль, — успокоил я мисс Мэри.

— Ну и хорошо. Довезем «елочку» в целости и сохранности.

В лагере Нгуи, Мтука и я отошли в сторонку, а многочисленные добровольцы принялись с энтузиазмом рыть яму для «елки». Затем Мтука подогнал машину, и дерево было успешно пересажено. Из палатки оно смотрелось празднично и красиво.

— Здорово, согласись? — сказала мисс Мэри.

Я согласился.

— Спасибо, что привез нас в лагерь прямой дорогой. И про слонов никому не сказал.

— Они все равно сюда не пойдут. Следы ведут к югу, там много хороших пастбищ и укромных мест. Нам опасаться нечего.

— Вы с Нгуи поступили умно.

— Это четыре самца, помнишь, которых мы видели с самолета. Кто умный, так это они. А мы так себе.

— Интересно, куда они пойдут?

— До вечера скорее всего пробудут в лесу возле Верхнего болота. А ночью перейдут дорогу и отправятся в то место на пути к Амбосели, где обычно пасутся слоны.

— Я хочу их посмотреть.

— Я тоже собирался поехать в ту сторону.

— Твоя невеста, кстати, ждет под деревом, и дуэнья при ней.

— Знаю. Они нам кукурузу принесли. Я их подвезу домой.

— Давай покажем ей «елочку».

— Боюсь, она не поймет.

— Останься обедать в Шамбе, если хочешь.

— Меня не приглашали.

— Значит, вернешься к обеду?

— Даже раньше.

Мтука подъехал к моей «приемной», и мы забрали Деббу с Вдовой и мальчишкой. Сын Вдовы, боднув меня в плечо, перебрался на заднее сиденье к матери. Дебба хотела тоже сесть сзади, но я вышел из машины и усадил ее вперед, между мной и Мтукой. В конце концов она явилась в лагерь сама, принесла кукурузу, ждала меня под деревом — на это требовалась определенная смелость, и я хотел, чтобы домой она вернулась на своем законном месте. Мисс Мэри, надо отдать ей должное, тоже вела себя достойно.

— Видела нашу елку? — спросил я Деббу.

Она хихикнула. Ей было хорошо известно, что это за дерево.

— Мы с тобой еще съездим пострелять.

— Ндио.

Когда мы подъехали к Шамбе, она выпрямила спину и расправила плечи. Джип остановился под большим деревом. Я вышел, чтобы проверить, не приготовил ли Стукач свежих ботанических образцов, но ничего не обнаружил. Видимо, он оставил их в гербарии. Когда я вернулся, Деббы уже не было. Мы с Нгуи уселись в машину, и Мтука спросил:

— Куда теперь?

— В лагерь, — ответил я. И добавил, подумав: — По большой дороге.

Мы находились в подвешенном состоянии, между новой, настоящей Африкой и старой, которую мы создали в наших мечтах. Причиной тому было возвращение мисс Мэри. А следом ожидалось возвращение Джи — Си с новыми егерями и великим Уилсоном Блейком, вершителем судеб, наделенным властью нас разогнать, пощадить или дать шесть месяцев ареста, что было для него не труднее, чем для нас отвезти кусок мяса в Шамбу. Никто особо не ликовал, но и не унывал; все были расслаблены. К Рождеству следовало добыть хорошего мяса. Я хотел, чтобы Уилсон Блейк остался доволен визитом. Джи-Си надеялся, что я подружусь с его начальником, и мне не хотелось его подводить. При первой встрече Уилсон Блейк мне не понравился — скорее всего по моей вине. Я недостаточно старался. Видимо, уже становился стар, чтобы дружить с людьми через силу. Отец, например, вообще не старался. Просто держался в рамках приличий и смотрел сквозь собеседника своими водянисто-голубыми, покрасневшими, слегка припухшими глазами. Ждал, когда собеседник ошибется.

И вот, сидя в машине под высоким деревом, я решился сделать нечто особенное для Уилсона Блейка, чтобы показать свое расположение. В Лойтокитоке его ничто не могло удивить, сомнительные развлечения на незаконной масайской шамбе тоже отпадали: Уилсон Блейк был не тем человеком. К мистеру Сингху его вести не следовало, ибо они с мистером Сингхом вряд ли нашли бы общий язык. И тут я понял. Вот что будет идеальным подарком! Мы вызовем Уилли, и он прокатит босса на самолете, чтобы тот сверху мог оглядеть свои владения — я был уверен, что этого ему еще не доводилось делать. Идея была действительно удачная, и я заранее полюбил мистера Блейка, присвоив ему в моей табели достаточно высокий ранг. Сам я решил остаться на земле, заняться каким-нибудь скромным и полезным делом: пофотографировать ботанические образцы, категоризировать зябликов — а Джи-Си, Уилли, мисс Мэри и мистер Блейк пусть насладятся роскошным видом.

— Квенда на лагерь, — приказал я Мтуке.

Нгуи откупорил очередное пиво, чтобы отметить переправу через ручей — это считалось хорошей приметой. Мы пустили бутылку по кругу и полюбовались шустрыми рыбешками, игравшими в заводи над каменистым бродом. В ручье, похоже, водилась хорошая треска, но ловить ее было лень.