Моя жизнь с мальчиками Уолтер - Али Новак

— Ладно, — Дэнни со вздохом отодвинулся на стуле назад, — что будем заказывать? — Он открыл ящик с барахлом, где мы храним меню навынос. — Пиццу? Индийскую кухню? Новый тайский ресторанчик тоже должен быть неплох.

Мы все заговорили разом, и отец грохнул кулаком по столу, привлекая наше внимание и утихомиривая поднявшийся гвалт.

— Слушаем меня!

— Только, пожалуйста, не заставляй нас есть это, дядя Джордж, — простонал Ли. — Уверен, ты очень старался, но, без обид, ужин выглядит так, будто ты размельчил в блендере дохлятину.

— А потом вылил получившееся месиво в блюдо и запек до дубового состояния, — добавил Алекс.

Отец выгнул бровь.

— Вы оба закончили?

Те кивнули.

— Хорошо, потому что сказать я собирался совершенно другое. Мы можем заказать еду на ужин, но сначала должны обсудить важную вещь, касающуюся всей нашей семьи.

От его серьезного тона у меня во рту пересохло. Маме в прошлом месяце кто-то позвонил, и с того дня атмосфера в доме стала странной и напряженной. Родители начали перешептываться и тихо что-то обсуждать. Ли клялся и божился, что слышал, как они говорят о какой-то Джеки. Вскоре после этого мама собрала сумку и улетела в Нью-Йорк. А вчера днем отец перетащил в мамину художественную студию односпальную кровать.

Я знал, что родители любят друг друга, но в голове сами собой рождались худшие предположения из возможных.

— Вы разводитесь? — спросил я в лоб.

Дэнни рядом со мной судорожно вздохнул.

— Что? — воскликнул отец, вскинув голову. — С чего ты это взял?

Я пожал плечами.

— В последнее время вы вели себя крайне странно, а потом мама без всяких объяснений уехала. Что еще мне остается думать?

— Дети, — отец обвел нас взглядом, — мы с вашей мамой очень любим друг друга. И уж точно не разводимся.

— Тогда что происходит? — нахмурился Алекс.

Судя по лицам остальных, мой вопрос о разводе всех взволновал и напряг.

— Все… сложно. Вы помните, что недавно ваша мама была на похоронах?

Как не помнить? Мамина подруга детства, Анджелина Ховард, в январе погибла в автомобильной аварии. Похороны проходили в Нью-Йорке, где мама выросла, но денег на поездку всей семьи у нас не было, поэтому в Нью-Йорк полетели только мама и Уилл: Анджелина была его крестной. С аварии прошло уже три месяца, но я никогда не забуду того, как мама, услышав горькие новости, с рыданиями опустилась на пол. Вспоминаю и вздрагиваю.

— На похоронах членов семьи Ховард? — мрачно спросил Натан в тишине. Мы все говорим таким голосом, когда поднимается эта тема.

Черт, а ведь точно. В аварии погибла не только подруга мамы, но и ее муж с ребенком.

— Да, их. — Отец потер лицо ладонью. — Одна из дочерей не была с ними во время аварии.

— Она потеряла всю семью? — Айзек покачал головой, его глаза расширились. — Вот дерьмо-то.

— Не выражайся, — рявкнул отец. Обычно он так гневно не реагирует. Двумя секундами позже он извинился: — Прости за резкость, Айзек. Не сдержался. Вся эта ситуация — большой стресс для нас с твоей тетей.

После этого воцарилось молчание. Ребята бросали друг на друга нерешительные взгляды, не смея спросить отца о том, что происходит. Похоже, это придется сделать мне. Как всегда.

— Не хочу показаться бесчувственным, мне правда очень жаль девочку, но какое отношение она имеет к нам? — поинтересовался я.

— Ее зовут Джеки. После аварии она живет с дядей, но это не совсем подходящий для нее вариант, поскольку ее дядя много путешествует по работе.

Отец замолчал и, опустив взгляд на свои руки, принялся вращать на пальце обручальное кольцо.

— Пап! — не выдержал Джек.

Отец тяжело вздохнул и наконец произнес:

— Поскольку дядя Джеки не может дать ей спокойную домашнюю жизнь, мы предложили забрать ее к себе. Сейчас ваша мама в Нью-Йорке помогает Джеки собраться.

За столом повисла тишина. Все молчали и переглядывались, ошеломленно раскрыв рты и вытаращив глаза: мы не ослышались? Мама привезет в наш дом незнакомую девчонку?

У меня вырвался нервный смешок.

— Ты шутишь?

Отец изогнул губы.

— В такой ситуации не до шуток, Коул. — Он пригвоздил меня ледяным взглядом, а потом обвел им остальных. — В воскресенье приедут мама и Джеки. Я жду от вас достойного поведения. Поняли меня?

— Да, сэр! — прозвенел за столом хор голосов, но я потрясенно молчал.

В голове крутился миллион мыслей, но бесспорной победительницей вышла одна: какого черта?

Позже вечером мы с Дэнни, Айзеком и Алексом уединились в конюшне, чтобы без лишних глаз обсудить взрыв, произведенный брошенной отцом новостью-бомбой. Мы все еще переваривали услышанное, погрузившись в себя, и, пока забирались по лестнице наверх, тишину прерывало лишь тихое ржание лошадей. Я со вздохом рухнул на один из потрепанных диванов, Дэнни с Алексом заняли другой. Айзек уселся на краю чердака, свесил ноги вниз, просунув их между перил, и вытащил пачку сигарет.

Зажечь сигарету он не успел.

— Не кури здесь, — сердито глянул я на него.

— Прости. — Убрав пачку в карман, Айзек провел рукой по темным волосам. — Просто я в шоке от происходящего. О чем ваши родители думают?

— Кто их знает, — потер я лоб и краем глаза заметил под кофейным столиком бейсбольный мяч. Выудив его, откинулся спиной на потертые подушки и подбросил мячик вверх. — Последнее, что нам нужно, — еще один человек. И так места мало.

— Прояви хоть немного сочувствия, — тихо обронил Дэнни. — Девушка всю семью потеряла.

— Это большая трагедия и все такое, но ты правда думаешь, что наш дом — подходящее место для нее? — спросил я его, бросая и ловя мяч. — У родителей на нас-то времени не хватает, и при этом они приведут в дом девчонку, у которой наверняка беда с психикой. У нас лошадиное ранчо, а не отделение психиатрии.

Дэнни не ответил, но я достаточно хорошо знаю своего брата-близнеца, чтобы подметить, как он с досадой сжал челюсти.

— Как думаешь, какой она будет? — повернулся ко мне Алекс.

С того дня,