Провинция - Владислав Владимирович Кузнецов

Через некоторое время в наших дверях появился мужчина средних лет.

— Это отдел аренды? — поинтересовался он.

— Да-да, заходите, — ответила Гузель. — Вадим, одевайся.

Пока я одевался, Гузель объяснила клиенту, как и куда проехать, и договорилась, чтобы он непременно привёз меня обратно. Мы сели в его машину и поехали в промышленный район города, где я никогда в своей жизни не был. Из разговора я понял, что этот человек занимается ломом в нескольких городах и теперь хочет обосноваться в Альметьевске. Мы хорошо разговорились, он оказался славным мужиком.

— Если честно, я здесь первый раз и не знаю, куда идти, — сказал я, выходя из машины, когда мы приехали на место.

— Я знаю. Я уже был здесь. Просто откроешь мне дверь.

Вокруг нас было много разных складов, как оказалось, только один из них принадлежал нашему старику. Мы подошли к тому, который выглядел хуже остальных: у него были разбиты стёкла, да и общий вид был неважен. Я начал открывать замок, и в это время к нам подошли два типа в робе. Они все друг с другом перездоровались.

Я отпёр замок и потянул за дверь. Тяжёлая железная дверь только сошла с места и тут же встряла. В образовавшую щёлочку не пролезла бы даже кошка. Петли все заржавели, и отказывались двигаться дальше. Клиенты отодвинули меня в сторону и втроём пытались раскрыть дверь.

Когда они выдохнули, щёлочка стала заметно больше. Самый худой из них смог пролезть вовнутрь и толкал дверь уже изнутри.

— Ладно, нам этого хватит. Дверь мы всё равно поменяем, — сказал самый главный из них, тот, с кем я приехал.

Они все скрылись в тёмном помещении, а я остался на улице и курил одну за другой, наслаждаясь спокойствием.

Спустя минут двадцать все вернулись. Они были на позитиве. Мы постояли и поболтали на улице ещё несколько минут. Я старательно поддерживал разговор, чтобы подольше не возвращаться в офис. Мне понравилось не быть под постоянным надзором, понравилось выполнять рабочие обязанности в своём собственном темпе. Я надеялся, что Гузель впредь только меня станет отправлять на подобные выезды, а крысиные офисные заботы оставит своей нудной душонке.

Когда мы возвращались обратно, продолжая нашу болтовню, я так и сказал, что мне больше по душе куда-нибудь выезжать, чем сидеть в душном кабинете. Тот мужик согласился со мной и замедлил ход.

8

С того момента, я каждый день начал наведываться в кабинет Гульшат. Либо сразу после планёрки, либо в течение рабочего дня. Я забегал к ней, как только находил свободную минуту, когда Гузель меня отправляла по какому-нибудь делу. Мы болтали о разном, но, в основном, о любви и отношениях. Гульшат вела себя очень открыто со мной, откровенничала о своём желании встретить хорошего мужчину, чтобы обрести семью, жить семейной жизнью и заниматься любовью. Она мне так однажды и сказала:

— Хочется просыпаться с кем-то в одной постели, ходить вместе по магазинам, заниматься сексом…

Я пытался сблизиться с ней. Набирался смелости, чтобы начать открытый флирт. Но опыта в этих делах у меня практически не было. Гульшат и не подозревала, что я запал на неё. Учитывая нашу разницу в возрасте, вряд ли она могла предположить моё тайное вожделение к ней. Для неё я оставался славным молодым коллегой, который ненадолго отвлекает от рутины, ведь она тоже ненавидела свою работу. Она мне так однажды и сказала:

— Спасибо, что заходишь ко мне. Благодаря тебе я немного забываю о работе…

По телефону я как-то обсуждал эту ситуацию со своим казанским другом. Я не сказал, что Гульшат раза в два меня старше, да это было и неважно в контексте. Я рассказал своему другу всё так, будто я сам не стремлюсь сближать с ней, якобы она слишком стара для меня.

— Ты упустил возможность заняться с ней сексом, — говорит он мне.

— Почему?

— Женщина не будет так просто разговаривать о сексе. Они так делают только, когда хотят с кем-нибудь переспать. В смысле, со своим собеседником.

— Я не заметил от неё ничего такого.

— Они не выставляют это напоказ. Тут нужен опыт, чтобы распознать.

«Предположим», — подумал я и следующим днём решил что-нибудь предпринять. После планёрки я не смог попасть к Гульшат, там уже был Раим, и они очень раздражающе гоготали. Я испытал чувство ревности, но остыл и заскочил к ней сразу, как нашёл время.

— Хорошо, что ты пришёл, — говорит Гульшат.

— Я и сам рад свалить от Гузель.

— Вы с ней не ладите? Она меня тоже немного раздражает. Не люблю тех, кто подлизывается к начальству. Михаил Васильевич только её одну и хвалит. Причём хвалит не тебя, а её, за то, что увеличилось количество арендаторов. Ты пришёл и начал заниматься объявлениями, а все заслуги Гузель.

Я промолчал, потому что не хотел расстраивать Гульшат, ведь, на самом деле, от моих объявлений толку не было никакого. Те клиенты, что приходили к нам, узнавали о нас от других клиентов или услышали по радио.

— Хочешь чай?

— Нет, спасибо. Вам нравится здесь работать?

— Как сказать. На предыдущей работе я зарабатывала в два раза больше, чем сейчас, и коллектив там был замечательный, и на работу я каждое утро с улыбкой собиралась.

— А почему ушли с такой работы?

Гульшат задумалась. По её выражения лица мне стало ясно, что она не особо хотела поднимать эту тему. Но она всё-таки решила признаться.

— Руководитель нашей компании стал меня часто вызывать в свой кабинет и намекал на разные неприличные вещи. Я первое время пыталась мириться с этим, к тому же моя мама уговаривала закрывать на всё глаза, чтобы не потерять хорошую работу. Но в итоге, я смириться не смогла, когда он начал откровенно приставать ко мне. Я лучше буду работать на плохой работе,