Мужчина в полный рост - Том Вулф

Подъемник стоял на широкой, неровной по краям дороге, рассекавшей море автомобилей — ею пользовались для перемещения машин с места на место. Верзила пошел между рядов. Время от времени он отходил в сторону, протискиваясь между автомобилей и царапая их своим громадным кольцом с ключами. Металлический скрежет слышен был даже сквозь доносившийся со всех сторон шум. Ничего себе, да это же бездумное вредительство! Через девять-десять машин, посреди металлического моря, верзила остановился, пролез в салон, вынул что-то и положил себе в карман. И так, машина за машиной, он что-нибудь да вынимал. Но зачем? А, ну конечно! Он же грабит! Тащит из салонов то, что несчастным владельцам пришлось оставить.

Наконец верзила выбрался обратно на дорогу, к своему подъемнику. В этот момент Конрад, несмотря на слепящий свет, разглядел ее, свою «хонду»! Она была припаркована как-то странно, под неправильным углом, с внешнего края металлического моря. Верзила взгромоздился на подъемник, и механизм с жутким воем ожил. Передвинув рычаг, верзила надавил на рукоятку дроссельной заслонки. Подъемник с грохотом двинулся вперед, на стоявшую боком «хонду». Лезвия подъемника зашли прямо под шасси — носовая часть почти упиралась в дверцу машины. Верзила подергал рычаги управления туда-сюда, и лезвия под «хондой» поднялись — послышался стон гнущихся металлических узлов, который невозможно спутать с чем-либо другим. «Хонда» стала подниматься, отрываясь от площадки все выше и выше, пока Конрад не увидел между днищем машины и капотами стоявших автомобилей ослепительный блеск солнца. Во время подъема дверца маленькой машины со стороны водительского кресла с жалобным скрежетом распахнулась и повисла раненым крылом. Конрад выкрикнул:

— Эй! Что вы творите?

Закрывавший ворота рабочий еще не успел отойти далеко. Он оглянулся, но ничего не сказал и пошел себе дальше.

Конрад попытался распахнуть ворота, но они были заперты на какой-то сложный замок. Тогда он уцепился носками ботинок за ячеистую сетку ограды, чтобы достать повыше; ему удалось просунуть руки через верх ограды. Но до замка он не достал. Тем временем маленькая «хонда» висела на лезвиях подъемника, хлопая повисшей дверцей — символ унизительного поражения.

Оставалось только одно! Конрад перекинул ногу через верх ограды и зацепился носком за ячейку. Перекинул другую и спрыгнул на землю, оказавшись прямо напротив пылающего солнца. Со всех сторон ревели легковые и грузовые моторы, визжали подъемники. На секунду лучи солнца ослепили его, но потом он разглядел свою машину, подъемник и необъятную спину верзилы. До подъемника было ярдов тридцать-сорок. Верзила начал погружать машину обратно в металлическое море. Конрад побежал. Земля была очень твердой, он чувствовал ее подошвами ботинок.

Закрывавший ворота рабочий все еще шел спиной к нему. Конрад промчался мимо, и тот крикнул ему вдогонку:

— Э, парень! Куда? Ну-ка вернись!

Конрад не остановился. Рабочий прокричал:

— Морри! Эй, Морри!

Боковым зрением бегущий Конрад видел размытые от сверкающего солнца силуэты, прыгавшие вверх-вниз. «Хонда» снижалась. Наконец она приземлилась на площадку всеми четырьмя колесами, заскрежетав.

— Остановитесь! Остановитесь же!

Верзила в кабине подъемника обернулся. При виде Конрада, который затормозил, скользя по песку, всего в трех футах, он вдохнул, и широкая грудная клетка раздулась.

— Перестаньте! Это моя машина! Отдайте! Вы же сломаете ее! — Конрад понял, что срывается на визг, но поделать уже ничего не мог. — Это… это несправедливо!

Огромная туша верзилы, не спускавшего с Конрада настороженного взгляда, медленно сползла с сиденья и спрыгнула на землю.

Конрад, показывая на «хонду», затараторил:

— Что вы сделали! Нет, вы только посмотрите! Шасси погнуты! Так же нельзя!

Грудь у верзилы заходила ходуном. Откуда-то из глубин раздался рокочущий голос:

— А я помню тебя…

Верзила шагнул вперед. Конрад прошипел:

— Все, я забираю свою машину!

Он прошипел это с такой яростью, что верзила остановился. Конрад посмотрел на «хонду». Лезвия подъемника лежали на земле, заведенные под шасси машины.

— Слушай, парень, — сказал верзила, — ты… ты… ни хрена ты не заберешь.

Верзила говорил спокойным тоном, однако он задыхался, и лицо его начало багроветь.

Конрад, желая добраться до машины, хотел обойти верзилу, но тот схватил его за локоть:

— Ни хрена ты… — хрип со свистом, — не получишь… — хрип со свистом. — Проваливай!

Конрад вырвался и пошел к «хонде». Верзила снова попытался схватить его за руку, но уцепился за рукав пиджака. И снова Конрад вырвался. Он не сдавался и крикнул верзиле прямо в лицо:

— Прекратите! Это моя машина!

К изумлению Конрада, верзила схватил его за галстук и рванул на себя, притянув так близко, что их лица едва не касались.

— Слышь, парень… — хрип со свистом, — хрен ты отсюда заберешь… — задыхаясь, — так что выбирай… — задыхаясь, — так или эдак…

Конрад попытался отстраниться, но верзила крепко держал его. И тащил галстук вниз, пригибая Конрада к земле. Галстук врезался в шею, давя на горло. Конрад инстинктивно обеими руками сжал запястье верзилы и со всей силы крутанул, пытаясь высвободиться от хватки. Верзила выдохнул: «А-а-ах!» и разжал руку; Конрад отскочил, согнувшись. Побагровевший верзила уставился на него с открытым ртом, обхватив скрученное запястье — он не ожидал такой силы от этого худосочного юнца.

— Я только хочу, — переводя дух, Конрад едва выговаривал слова, — я только хочу… забрать… свою машину.

Верзила ринулся на него. Конрад отскочил в сторону, однако грузная туша врезалась ему в бедро. Все перевернулось вверх тормашками, закрутилось в вихре песка и слепящего света. Мгновение спустя Конрад уже вставал, отряхиваясь от грязи. Верзила с багровым лицом и раскрытым ртом тяжело дышал и стонал: «А-а… а-а… а-а-а…» Он валялся на спине футах в четырех от Конрада и, приподнявшись на локте, глядел на того. Вид у верзилы был такой, точно его постигло глубокое разочарование.

Конрад ринулся к «хонде», торопясь забраться внутрь до того, как верзила очухается. Он прыгнул за руль и захлопнул дверцу; выпрямившись, он полез в карман брюк за ключами. Руки у него дрожали. «Хы… хы… хы…» — дышал он. Достав ключи, Конрад включил зажигание — машина завелась.

Глянув через лобовое стекло, Конрад с ужасом подумал, что верзила вот-вот поднимется и бросится к нему. Но тот так и валялся на спине, опираясь на локоть, и все глядел на него, Конрада, каким-то странным взглядом на багрово-красном лице. «Толстяк! Дышит с трудом! Видно, выбился из сил!»

«Нет, не стоит вот так… с места в карьер… Сначала надо съехать с лезвий подъемника… Потихоньку, потихоньку… осторожно… Одно… другое…» Конрад чувствовал, как колеса переезжают лезвия… одно за другим… «Теперь — полный вперед!» Колеса крутанулись, выбросив фонтаны пыли, и «хонда» помчалась к воротам. С обеих сторон к машине бежали двое… рабочие… но они были слишком далеко… Впереди еще один, встал поперек дороги… машет руками над головой… сигналит, чтобы Конрад остановился… Он надавил на газ… Преграждавший дорогу отскочил…