Кто хочет процветать - Тиана Веснина

— А нам вместе не жить без денег! — бросил в ответ Катков.

Лилия вернулась лишь через час. Усталая, злая. За это время Валерий и поспал, и журналы с полуобнаженными красавицами полистал, и подумал о будущем.

— Лилечка, — ласково приступил он, закрыв предварительно дверь на ключ, — раз мы любим друг друга, значит, должны друг другу помогать. В нашем положении я ничего сделать не могу, а вот ты можешь. Главное, получить приличную сумму денег, а уж потом я возьмусь за дело, и мы с тобой разбогатеем.

— Но как получить эту сумму? — взглянула на него, слегка оживившись, Лилия.

— А вот как! — Валерий приложил ухо к двери, прислушался. — Никого, — прошептал и, согнав Лилию с пуфа, сел сам, а ее взял на колени. — Послушай, сладкая моя, ты повнимательней приглядывайся к клиентам. Будь поласковей, пококетливей.

— Ты что, хочешь из меня проститутку сделать? — обиделась она.

— Ну что за глупости? — для убедительности громче, чем следовало, возмутился Катков и тут же умок. Оба прислушались. — Что за глупости! — уже шепотом повторил он. — Я же говорю, только стартовую сумму. Как наберем, все бросим и уедем в Германию.

Слова убеждения Валерий подкрепил действиями. Лилия была охотница до любовных ласк и согласилась собрать нужную сумму.

Клиент не заставил себя ждать. Станислав Михайлович Пшеничный будто подгадал, когда ему следует появиться в салоне. Едва он взглянул на Лилию, как ему стало жарко. На его приглашение встретиться вечером, она не ответила ни «да», ни «нет», потому что не знала, как поступить. Прибежав в гримерную, все на едином дыхании рассказала Валерию, тот задумался и… придумал легенду об академии легкой промышленности, о милой маме учительнице, о шаловливой, но славной младшей сестренке и сказал, что на первое свидание идти не следует. Пусть изумится бескорыстию бедной девушки.

Расчет оказался верным. Пшеничный такого не ожидал. Он примчался в салон и настоял, чтобы менеджер немедленно проводила его к Лилии. Дверь гримерной была заперта. Менеджер рассердилась и принялась стучать кулаком. Когда дверь открылась, доверчивый, чуть затуманенный, как подумалось Пшеничному от чтения книги, взгляд девушки пронзил его точно током, а на самом деле он был затуманен буквально за минуту до этого окончившимся соитием. Блаженство только начало разливаться по телу Лилии, и взгляд блуждал, пытаясь осознать настоящий момент.

События разворачивались с необыкновенной быстротой.

— Главное, чтобы он не вышел на твою семейку. А то мамаша покроет его трехэтажным, если что не по ней окажется, а эта малолетняя стерва, твоя сестра, отобьет клиента. Ох и шустрая девка! — не удержался Валерий от восхищения. — Всего четырнадцать лет, а как пробивает себе дорогу в модельный бизнес. Уже стольких обслужила, кого напрасно, что ж, не без издержек, а кого и точно по назначению. Ведь вот уже в журналах ее морда и задние округлости стали появляться. За просто так не напечатают, — тут он оборвал себя и строго добавил: — Учти! Все зависит от тебя! И чтобы ни мать, ни Роксанка не влезли!

Когда Пшеничный сделал Лилии предложение, Катков возликовал, даже бутылку шампанского в счет будущей круглой суммы купил.

— Ну, Лиля!.. — обнимая ее и задыхаясь от радостного возбуждения, говорил он. — Ну мы и заживем!

— Да как же заживем, Валерик? Я ведь замуж выйду!

— Выйдешь, но с умом! Мы потом придумаем, как от борова твоего избавиться.

Лилия с этим соглашалась, потому что жить с противно колющимися усами и громко храпящим по ночам Пшеничным она никак не хотела. Но неожиданная беременность внесла изменения в план Валерия.

— Ребенок! — восклицал он, сияя от счастья. — Ребенок!.. Да ведь теперь… — он захлебнулся от восторга, — …теперь пусть составит завещание на тебя и на ребенка. Ты ему вбей в голову, мол, мало ли что может случиться. Я о себе не думаю, а вот маленький…

Лилия хотела было высказать сомнение, что вряд ли ей так быстро удастся уговорить Пшеничного изменить завещание, да и вообще, чтобы она смогла воспользоваться его плодами, Пшеничный должен умереть, а он крепкий, ничем не больной…

Но Станислав Михайлович опередил свою невесту, он сам сообщил ей о своем решении переписать завещание в ее пользу. Лилия не преминула приписать эту заслугу себе. Валерию осталось лишь восхититься ловкостью своей ученицы.

Но тут возникла проблема, если будет ребенок, а он будет, то глупо разводиться. Ну выделит ему Пшеничный какую-то часть и то — после смерти, а так будет платить алименты, кто знает, какие. А вот если он умрет, не когда-то потом, а немедленно, сейчас, то все… Все!.. При этой мысли Катков погружался в транс, из которого выходил с большим трудом, долго мотая из стороны в сторону головой. Все достанется Лильке! А значит, и ему!.. «Тут надо как следует пораскинуть мозгами! — решил он. — К тому же торопиться некуда». Но ошибся. Розыски, предпринятые женой Пшеничного Ингой и его дочерью Миленой, насторожили Каткова. Он понял сразу: выиграет тот, кто опередит!..

ГЛАВА 26

Фролов почувствовал дискомфорт: постукивание колес и движение поезда прекратилось. Пассажиры пошли к выходу, он глянул в окно и увидел здание Казанского вокзала.

«На чем же это я остановился? — вернулся Сергей к своим размышлениям, медленно идя по перрону. — А!.. «Выиграет тот, кто опередит!» — так мог думать Катков. Но только вот кто опередил? Кто выиграл от убийства Пшеничного накануне свадьбы? Катков и невеста? Предположим, Лилия, находясь в возбужденном состоянии, не поняла, что Пшеничный ей показал черновик завещания Она поторопилась поделиться радостной новостью с Катковым, а тот, допуская вероятность того, что жена и дочь Пшеничного могут разоблачить невесту перед женихом, поспешил убить его. Но точно так же можно предположить, что Инга и Милена собрали недостаточный материал, чтобы помешать свадьбе. И тогда они решили убрать отца и мужа. Милена — отличный стрелок. Что стоило ей выстрелить и вернуться на занятия в академию? Огромный лекционный зал. Милена тихонько приоткрывает дверь, заходит и садится на скамью. Если судить по тому, как развернулись последующие события, то выиграли от скоропалительной гибели Пшеничного Инга и Милена, особенно последняя Каткову же с Лилией оставалось только кусать локти, ругаться друг с другом и выть от злости».

Сергей спустился в метро, и опять застучали колеса…

«Невесту-вдову приглашали к себе на вечера друзья Пшеничного, так как миф, созданный воображением Станислава Михайловича о непорочной невесте, смягчал сердца людей,