Опоздавшее письмо - Халиг Темур оглы Мамедов

Когда Азад поднялся в вагон, не могла сдержать слёзы. Поезд тронулся, думала, остановится сердце. Хотела крикнуть: "Не уезжай, Азад! Вернись, милый!" Не смогла кричать. Господи, как я буду жалеть потом, всю жизнь! Надо было кричать, умолять, просить, чтобы он не поехал. Или мне тоже следовало бы уехать с ним! Хуже не было бы! Мы рассчитывали, соединятся наши судьбы через год, всего год…

***

В течение полугода, Азад два раза приезжал, в январе и в июне. Зимой у меня были каникулы. Мы шесть дней были вместе. Эти дни у нас были очень интересными и насыщенными. Гуляли подолгу. Часами сидели, слушали друг друга. Мечтали, радовались.

Азад потом ещё раз в июне приехал. Получилось так, что я должна была домой- в район ехать. Азаду оставила записку. Сообщила ему, что встретимся у подруги на работе. Четыре дня, что были вместе, я буду помнить до последних дней моей жизни! Самые сладкие вспоминания об этих днях живут у меня в груди! Когда расстались, Азад сказал: " Солмаз, дорогая моя, душа моя! Осталось совсем немного, сдам экзамены, через два месяца приеду. Будем свататься. А там пусть решают наши родители, когда и как будет наша свадьба!"

Моей радости не было предела! Азад уехал. Вечером проводила его до вокзала. Вернулась домой.

Утром отец чересчур строгим голосом позвал к себе. Он был очень зол.

— Слушай и запоминай: отныне куда бы ни пошла, отсутствуешь не больше часа! Поняла меня?! И в Баку больше не поедешь, не нужна мне твоя работа! Ты хорошо поняла меня?

Я кивнула головой, еле слышно ответила:

— Я поняла.

— И ещё, куда собираешься, говоришь дома, чтобы мы знали!..

С того дня вопрос у меня: отец знал про наши встречи. Откуда, от кого!

Не принято до помолвки гулять, уединяться с женихом.

***

Ездила в городок, отправляла письмо Азаду. Бросила конверт в ящик, только отошла, слышала голос:

— Привет, Солмаз!

Опять он был, Зохраб.

Испугалась сильно, может он видел, что бросила я конверт в ящик! Если до отца дойдет, проблемы у меня будут ещё больше.

Подошел.

— Возвращаешься домой? Поедем вместе.

— Нет. У меня кое-какие дела здесь ещё.

Шагали вместе.

— Солмаз, почему не даешь мне возможности поговорить с тобой? Ты, наверное, должна знать, какие планы у наших родителей насчет нас.

— Какие планы? О чем ты!

— Как будто ты не знаешь! Даже вчера, твой отец и мой поговорили, обсудили. Твой: "Мы готовые, с нашей стороны нет никаких проблем." — сказал. Вот я и решил сегодня встретиться с тобой и поговорить.

Я успела заметить его взгляд, его ухмылку, и эта ухмылка переросла в неприятную улыбку, от этой улыбки можно было сойти с ума.

Будто оборвалось что-то внутри! Перед глазами плавали разноцветные круги, в висках стучало сильно, остановилась. Держалась за забор, мимо которого проходили.

Он удивленно-испуганным взглядом смотрел на меня:

— Что с тобой, Солмаз?

— Напрасно! Напрасно все это, Зохраб! Уходи, пожалуйста! — могла сказать.

***

Бывало, иногда отец хвалит Зохраба, "Умный, шустрый. Знает, что надо ему, старательный. И умеет зарабатывать." Но, я не могла знать планы отца на сколько зашли далеко.

А мать моя, наоборот, не могла его терпеть. Но, мама против воли отца никогда не пойдёт.

Я приехала домой убитой. Мама увидела меня, аж испугалась. Я, не переставая плакала. Мама пыталась успокоить меня, обещала поговорить с отцом.

Я чуть успокоилась, но ненадолго.

Вечером, как отец пришел с работы, мама завела разговор. Я была в соседней комнате. Высокий тон, крик…

— Я не для Сибири растил дочь, и не хочу слышать про какого — то Азада! Вы обе откройте уши и слушайте! Пусть кто-нибудь, ещё раз произносит это имя здесь! Вот мои последние слова.

Прошло пару часов, отец позвал меня к себе.

— Дочь моя! Ты ещё молодая, даже, можно сказать, ребенок. Ты не сможешь

знать жизнь как я. Какие проблемы возникают, к чему должен человек стремиться, я лучше тебя знаю. А Зохраб отличный человек. Достоин любви. Умеет организовать свою жизнь, умеет жить, умеет заработать. Семья у них приличная. 3–4 года, и он сядет на кресло отца, станет большим начальником.

Пройдет немного времени, сама поймешь все это, и судьбу будешь благодарить. Через день-два они придут получать согласие. Хотя согласие давно дали, обычаи соблюдать надо и свататься будут.

Я плакала молча.

Что мне делать? Сбежать из дома к Азаду. У меня нет денег и как ехать, незнакомый язык, и дорогу не знаю. Единственный способ, напишу, приедет Азад, уеду с ним!

Срочно отправила письмо: " Приезжай!"

Через четыре дня пришла семья Зохраба. Плакала, просила, без толку. Ещё надеялась на самого Зохраба, поговорю — может, поймет. Позвала его: "Ты хорошо знаешь, я не люблю тебя! Ты знаешь, у меня есть любимый человек и буду любить его всю жизнь, Зохраб. Мы- и ты, и я будем несчастными. И ещё: как можешь жить со мной, зная, что я люблю другого?"

Улыбнулся, хотел меня держать за руку, как дикая отпрыгнула в сторону.

— Солмаз, мы привыкнем друг-другу. До свадьбы есть время. Я тебя люблю больше себя, Солмаз, и настанет время, и ты полюбишь меня.

Когда язык врет, враньё можно и не понять. Но, глаза! У слов свой язык, у глаз — свой. Глаза как книга, можно прочитать, там все написано. Только уметь прочитать. У Зохраба на глазах видно было его вранье, его неискренность.

С того дня мир в моих глазах изменился.

***

Были последние дни августа. От Азада никаких вестей не было. Я была готова уехать с ним. Документы прятала, у подруги, ждала Азада.

Сидела на улице, глаза смотрели на дорогу, ждут Азада! Было после обеда. Вижу, едет папа. Он обычно вечером возвращается. А тут, так рано. Зашел во двор. Велел нам собраться, едем к брату, что-то он заболел. Брат жил в другом районе, по направлению после университета работал там. В спешке мы собрались и поехали. Стемнело, приехали к нему.

Брат встретил нас с лёгким удивлением. Он просто простыл, легкое недомогание. Ночевали у брата. Утром отец: " оставайтесь день-два, приеду заберу вас!" — сказал и уехал.

Пройдут годы, потом я буду знать, почему отец так рано приехал с работы, почему нас в спешке он увез к брату. В тот день Азад был у моей сестры, про меня спрашивал. Алмаз поняла, что он поедет за мной в район. Алмаз догадывалась, что я могу уехать с Азадом. Она