Дежавю - Иван Бездомный

От размышлений его оторвала едва заметная тень и резкое движение на него.

Но рефлексы наши остры, и нервы — стальные канаты. Мы всегда готовы к землетрясению, дефолтам и ударам в спину.

Алекс инстинктивно отпрянул в сторону.

Напротив него пригнулась груда мышц в черном, украшенная белоснежными клыками. Не Багира, но впечатляет.

— Ротвейлер, — определил он, — и смотрит недобро. Без поводка и намордника, и хозяина не видно. Через секунду бросится. Нужно развернуть корпус и уйти с линии атаки.

Додумать ему не дали.

Огромный пес, как подброшенный пружиной рванул к нему, охотясь за головой.

Его головой.

Алекс отклонился вправо и развернулся лицом к опасности. Страха не было, сказалось богатое на стычки с собаками детство. Мысли текли невозмутимо: «Сейчас еще раз прыгнет, но схватить будет пытаться чуть ниже, уклоняемся влево».

Через мгновение ротвейлер взвился, целясь в его шею. Саня уклонился влево и оттолкнул от себя летевшего на него пса.

Тот упал, вскочил, и молча начал подбираться ближе.

— Не рыкнет, ни гавкнет — плохой признак. На счет три сиганет, хватать будет за руки или за пах, надо успеть отскочить назад, и захватить его шею. Но где же хозяин? — слегка обеспокоился он.

И вдруг, пришел в себя.

Он находился в глубине тихого парка, от налетевших порывов ветра шумели деревья, по аллее прогуливались мамы с колясками.

Идиллия вокруг.

Алекс оглянулся на всякий случай: осеннее буйство ярких красок, и никаких собак.

Ему просто привиделось, и он, как порядочный полоумный, размахивал руками и распугивал редких прохожих, на ходу уклонялся от воображаемого врага, и тихо беседовал сам с собой.

Видимо, возвращение на Родину не прошло бесследно.

— Какого лешего? — изумился он. — Драка с собакой, уклоны? Что за… Хотя, мог бы и предвидеть: безденежье, переезды и стрессы. Терапия — закупиться Столичной, и обнулиться, — трезво рассудил он и решительно повернул назад.

На выходе из парка он заметил группу подростков, которые тусили чуть в стороне, у детской площадки. У ног их лежал ротвейлер, подозрительно смахивающий на пса из недавних фантазий. Черная груда мышц, мирный, как спящий скорпион, законопослушный и в наморднике.

Все сходится.

По спине пробежал неожиданный холодок.

— Знают киндеры, как правильно обращаться с животными. Не только намордник и поводок, но и к перилам привязали собачку. Пиплам на радость, котам облегчение, — попытался он обмануть себя, и не поверил глазам: ему показалось, что ротвейлер прочитал его мысли.

Пес встал, и пристально следил за проходящим мимо незнакомцем.

Саня прошел мимо и облегченно выдохнул:

— Хорошо, догадались привязать Дружка, — подумал он за миг до того, как услышал за спиной хлопок от резко натянувшегося и лопнувшего поводка.

Он оглянулся и увидел оскаленную пасть с белоснежными клыками. Она резво неслась к нему галопом.

Глаза…

Глаза бешеные и одержимые: догнать, схватить и рвать на части.

— Что же вы кидаетесь на мирных граждан, совсем ни за что? Ну да ладно, как мы их там, в фантазиях? Вправо, влево и назад, — вспомнил он недавние видения.

Через миг ротвейлер бросился, пытаясь схватить его за лицо.

Саня уклонился вправо, и расслабленно, (не в первый раз) ожидал, когда хозяин отзовет Свирепую Челюсть.

Окрика не было.

Вместо этого, огромный пес мгновенно развернулся, и еще раз прыгнул атакуя.

— Хорошо летит, видимо, гравитация на него не действует, — удивился Алекс едва успевая увернуться с линии прыжка влево.

Сердце забилось быстрее.

— Дежавю, где-то мы все это проходили, — озадачился он, — точно, и полчаса не прошло, как мы сценку эту, на прогулке репетировали. Чем оно там кончилось? Гениальным планом по захвату шеи!

— Да проснись, ты! — рявкнул в его в голове голос ушедших предков. — Мы не для того выживали, чтобы ты сейчас обхекался и закончил наш путь…

Саня еле успел оттолкнуть от себя летевшую на него зверюгу, мощное тело лишь слегка задело его влажной шерстью. Тупорылая морда клацнула зубами совсем рядом с ухом. В зрачках, наведенных на него как прицел, отражалась смерть.

— Хорошо, псина в наморднике, иначе откусила бы мне ухо, как Майк Тайсон Холифилду.

Все произошло точно так, как привиделось ранее. Все это уже было с ним, двадцать минут назад. А теперь, лишь повторилось.

В реальности.

— Сейчас сиганет по центру, надо отскочить назад. Главное — чтобы не отхватил мне фуфуруй. Задача: успеть захватить его шею, прижаться телом вплотную, и ждать хозяина. А если не появится, черт его подери!? Придушить чуток, иначе оно порвет меня в клочья, — тормозил он, будто думал о ком-то постороннем.

Отлетевший в сторону ротвейлер развернулся, и без единого звука, пригнув голову к земле, приближался, готовясь к атаке.

— Не рыкнет, ни гавкнет, плохой признак. Лучше бы лаял.

Оба точно знали, что произойдет дальше.

«Бежать нельзя остаться — так себе выбор. Проклятые запятые, сегодня от них зависит…», — додумать ему не дали.

Ротвейлер прыгнул.

Прыгнул быстро и мощно.

Саня отскочил назад и попытался в прыжке захватить шею.

Кто бы мог подумать, что позади его поджидает коварный бордюр?

В отскоке он зацепился пятками, и снесенный массивным телом пса, упал спиной.

Удар.

Сбитое дыхание.

Муть.

Перед лицом его щелкали мощные челюсти, и намерения их не были добрыми: перекусить все, до чего смогут дотянуться.

Он попытался навести резкость и захватить шею зверюги, пес вывернулся и намордник слетел с оскаленной морды. Зубы клацнули рядом с лицом, Саня с трудом отбил и понял, что следующей целью будет его кадык.

— Как коротка жизнь, — удивился он, увидел приближающуюся раскрытую пасть и постарался оттолкнуть ее и в этот раз. Оттолкнул, но не совсем удачно: пальцы попали в пасть, челюсти сомкнулись, фаланги хрустнули.

Вспышка боли, капающая на лицо кровь, резкая слабость и ожидание полного пи.

В этот момент произошло нечто.

Планета сошла с орбиты, или второе пришествие случилось и повергло в вечный огонь всех диаволов, включая черного демона. Но пес слетел с поверженного тела, и горло осталась нетронутым.

Жизнь продолжалась, но взяла новый поворот.

Саня покачиваясь поднялся, стряхнув пыль и удивление оглянулся: ни подростков, ни пса в парке не было. Исчезли, будто не было их никогда. Только текущая с руки кровь, да помятые ребра не позволяли думать, что он опять попал в плен видений. Он попытался навести резкость, но земля ходила под ногами и перед глазами плыло.

Он вытер лицо, все размазал и стал похож на вампира. Хотел было направиться домой, но