Каменная сладость прощения - Лори Нелсон Спилман

– Вот отстой! Ты делаешь все для этого города, а внимание достается ей. Люди такие глупые!

У меня ощущение, словно я опять в школе Блумфилд-Хиллза, терплю обиды от Фионы Ноулз. Я жду, чтобы Майкл защитил меня, но он лишь усмехается:

– Такую цену мне приходится платить за свидания с любимицей Нового Орлеана.

Он сжимает под столом мое колено. «Не обращай внимания, – говорю я себе. – Она всего лишь ребенок. Ты сама была такой же».

Я погружаюсь в воспоминания. Мы в Харбор-Ков. Боб подъезжает к «Тейсти-фриз», мама сидит на пассажирском сиденье. Я на заднем, грызу ноготь на большом пальце. Боб поворачивается ко мне через плечо и произносит со своей дурацкой улыбкой:

– Сестренка, как насчет мороженого с горячим шоколадом? Или, может быть, банана-сплит?

Чтобы никто не услышал урчания, я прижимаю руки к животу:

– Я не хочу есть.

Пытаясь прогнать ненужные мысли, я закрываю глаза. Черт бы побрал Дороти и ее камни!

Я переключаюсь на меню, выискивая что-нибудь из закусок по цене не выше моего платья. Как джентльмен с Юга, Майкл всегда настаивает, что платить будет он. Я же, чьи предки были угольщиками из Пенсильвании, хорошо знаю цену деньгам.

Через несколько минут возвращается официант с бутылкой вина, заказанного Майклом, и наливает в бокал Эбби газированной воды.

– Желаете начать с закусок? – предлагает он.

– Гм… посмотрим…

Майкл открывает меню. Но Эбби берет инициативу в свои руки:

– Пожалуйста, фуа-гра из долины Гудзон, карпаччо из говядины «блэк ангус» и морские гребешки из Джорджес-Бэнк. И еще террин из лисичек, s’il vous plait[1]. – Она поворачивается к отцу. – Тебе понравятся эти грибы, папочка.

Официант удаляется, и я откладываю меню:

– Итак, Эбби, раз ты уже прошла тесты, то, наверное, решила, в какой колледж будешь поступать?

– Пока не решила. – Она тянется к телефону, смотрит сообщения.

Майкл улыбается:

– Она будет выбирать между Обернским, Тулейнским и Университетом Южной Калифорнии.

Наконец-то у нас нашлось что-то общее! Я поворачиваюсь к Эбби:

– Университет Южной Калифорнии? Я там училась! Эбби, тебе понравится Калифорния! Послушай, если у тебя возникнут вопросы, обращайся. Я с радостью напишу рекомендательное письмо или сделаю что-то еще.

Майкл вскидывает брови:

– Не отказывайся от такого предложения, Эб. Ханна – одна из их звездных выпускниц.

– Майкл, не смеши меня.

Я немного смущена его словами, но мне приятно их слышать.

Не отрывая глаз от экрана телефона, Эбби качает головой:

– Я вычеркнула этот университет из списка. Мне нужно что-то более интересное.

– Ну конечно, – бормочу я, уткнувшись в меню и мечтая оказаться где угодно, но только не здесь.

Мы с Майклом встречались восемь месяцев, прежде чем он познакомил меня с дочерью. Мне не терпелось встретиться с ней. Ей только что исполнилось шестнадцать, и я не сомневалась, что мы легко подружимся. Мы обе бегали по утрам. Эбби была в редакции школьной газеты. Наконец, мы обе росли без матери.

Наше знакомство произошло в непринужденной обстановке «Кафе дю Монд» за кофе с пончиками. Мы с Майклом хохотали над странным видом горы пончиков, присыпанных сахарной пудрой, и съели целую уйму этой вкуснятины. Эбби заявила, что все американцы обжоры. Откинувшись на спинку стула, она маленькими глотками прихлебывала черный кофе и без конца писала что-то в телефоне.

– Пусть пройдет время, – сказал тогда Майкл. – Она не привыкла с кем-то меня делить.

Я поднимаю глаза и замечаю, что в ресторане стало необычайно тихо. Майкл и Эбби смотрят куда-то в сторону, и я следую за их взглядом. Футах в двадцати от нас перед угловым столиком мужчина опускается на одно колено. На него, прикрыв рот ладонью, сверху вниз смотрит симпатичная брюнетка. Он достает маленькую коробочку, и я вижу, как дрожит у него рука.

– Кэтрин Беннет, выходи за меня замуж! – Он произносит эти слова с таким чувством, что у меня начинает щипать в носу.

«Не будь дурой», – говорю я себе.

Женщина восторженно вскрикивает и падает в объятия мужчины. Ресторан взрывается аплодисментами.

Я тоже хлопаю, смеюсь и утираю слезы. Чувствую на себе упорный взгляд Эбби. Поворачиваюсь, и наши взгляды встречаются. Уголки ее губ ползут вверх, но это не обычная улыбка, а презрительная ухмылка. Нет сомнения, эта семнадцатилетняя девчонка насмехается надо мной. Я отвожу взгляд, пораженная ее чутьем. Она считает меня глупой, раз я верю в любовь… и доверяю ее отцу.

* * *

– Майкл, нам надо поговорить.

Майкл приготовил нам по коктейлю «Сазерак», и мы сидим рядом на белом диване в моей гостиной. Мерцающий огонь камина бросает на стены комнаты янтарные отсветы, и я спрашиваю себя, кажется ли Майклу эта мирная атмосфера такой же фальшивой, как и мне.

Он вертит бокалом и качает головой:

– Она еще ребенок, Ханна. Поставь себя на ее место. Трудно делить отца с другой женщиной. Постарайся это понять.

Я недовольно хмурюсь. Разве не я предлагала ему провести вечер вдвоем с дочерью? Я непременно напомнила бы ему, но не хочу отвлекаться.

– Дело не в Эбби, – говорю я. – Дело в нас. Я отправила свое резюме на WCHI и написала Джеймсу Питерсу, что меня заинтересовало его предложение.

Пытаясь уловить испуг или разочарование, я наблюдаю за Майклом, но вместо этого слышу:

– Что ж, отлично! – Он кладет руку на спинку дивана и сжимает мое плечо. – Я тебя полностью поддерживаю.

Чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота, я вцепляюсь в кулон.

– Видишь ли, дело в том, что мне не нужна твоя поддержка. Мне ведь придется уехать за девятьсот миль отсюда. Майкл, я хочу, чтобы ты… – В голове звучит голос Дороти: «Я уже давно приучила себя просить то, чего хочу», и я поворачиваюсь к Майклу. – Я хочу, чтобы ты попросил меня остаться.

Глава 5

Майкл ставит бокал на кофейный столик и пододвигается ближе ко мне.

– Останься, – говорит он, сжимая мои плечи и буравя меня голубыми глазами. – Прошу, не уезжай. – Он обнимает меня и целует долгим нежным поцелуем, потом отрывается от меня и заправляет мне за ухо прядь волос. – Любимая, я подумал, ты сама запланировала себе это интервью, чтобы у тебя был дополнительный козырь при заключении следующего контракта с каналом.

Я киваю. Разумеется, он прав. Особенно сейчас, когда на сцену выходит Клаудия Кэмпбелл.

Он охватывает мое лицо руками:

– Я так люблю тебя, Ханна.

– Я тоже тебя люблю, – улыбаюсь я в ответ.

– Ведь твой отъезд из Нового Орлеана не означает, что ты уходишь от меня, да? – Он откидывается на спинку дивана. – Знаешь, Эбби уже достаточно взрослая и может иногда оставаться одна. Черт,