Рассказы Ника Адамса - Эрнест Хемингуэй

Ощущая под пальцами медленные, резкие удары, Ник начал считать. Слышал, как мужчина медленно отсчитывает вслух: раз, два, три, четыре, пять…

— Шестьдесят, — закончил Эд. — Минута. А у тебя сколько?

— Сорок, — ответил Ник.

— Верно! — обрадовался Эд. — Никогда не учащается.

С насыпи спустился человек, пересек поляну, направляясь к костру.

— Привет, Багс! — поздоровался Эд.

— Привет! — ответил Багс.

По выговору чувствовалось, что это негр. Ник уже по шагам понял, что это негр. Он стоял к ним спиной, наклонившись к огню. Потом выпрямился.

— Это мой друг, Багс, — представил вновь прибывшего Эд. — Он тоже чокнутый.

— Рад познакомиться. — Багс смотрел на Ника. — Так вы откуда, говорите?

— Из Чикаго, — ответил Ник.

— Славный город, — кивнул негр. — Я не расслышал, как вас зовут?

— Адамс. Ник Адамс.

— Он говорит, что никогда не был чокнутым, Багс, — поделился Эд.

— У него еще все впереди, — ответил негр. Стоя у огня, он разворачивал принесенный с собой сверток.

— Скоро есть будем, Багс? — спросил боксер.

— Прямо сейчас.

— Ты голоден, Ник?

— Чертовски.

— Слышишь, Багс?

— Я обычно все слышу.

— Да я не о том спрашиваю.

— Да. Я слышал, что сказал этот господин.

Он выложил на сковородку куски ветчины.

Когда сковородка накалилась и жир зашкворчал, Багс, нагнувшись над костром на своих длинных, как у всех негров, ногах, перевернул ветчину на другую сторону, стал разбивать о борт сковородки яйца и выливать их на раскаленный жир.

— Вас не затруднит нарезать хлеб, мистер Адамс? — Багс повернулся к нему. — Он в том мешке.

— С удовольствием.

Ник подошел к мешку и достал большой круглый хлеб. Отрезал шесть ломтей.

Эд приподнялся и наклонился вперед, наблюдая за ним.

— Дай-ка мне нож, Ник, — попросил он.

— Нет, не давайте, — вмешался негр. — Держите нож крепче, мистер Адамс.

Боксер вновь сел.

— Будьте добры, дайте-ка мне этот хлеб, мистер Адамс, — попросил Багс.

Ник принес ему нарезанные ломти.

— Любите макать хлеб в растопленный свиной жир? — спросил негр.

— Еще бы!

— Этим лучше займемся потом, на закуску. Пожалуйста.

Негр взял кусок жирной ветчины, положил на ломоть и сверху прикрыл яйцом.

— Теперь накройте другим куском хлеба и передайте, пожалуйста, сандвич мистеру Фрэнсису.

Эд взял сандвич и принялся за еду.

— Смотрите, чтобы яйцо не потекло, — предупредил негр. — Это вам, мистер Адамс. Остальное мне.

Ник впился зубами в сандвич. Негр сидел против него, рядом с Эдом. Горячая поджаренная ветчина с яичницей были изумительны.

— Мистер Адамс здорово проголодался, — отметил негр.

Мужчина небольшого росточка, имя которого Нику было известно, — как-никак чемпион по боксу, — сидел молча. Он не проронил ни слова после того, как негр не позволил Нику отдать ему нож.

— Могу я предложить вам обмакнуть хлеб в растопленный жир? — спросил Багс.

— Большое спасибо.

Белый коротышка посмотрел на Ника.

— А вам, мистер Адольф Фрэнсис? — Багс протянул и ему сковородку.

Эд не отвечал и смотрел на Ника.

— Я обращаюсь к вам, мистер Фрэнсис! — вновь послышался мягкий голос негра.

Эд не отвечал. Смотрел на Ника.

— Я вас спрашиваю, мистер Фрэнсис, — мягко повторил негр.

Эд продолжал смотреть на Ника. Шапку он надвинул на глаза. Нику стало не по себе.

— Какой черт тебя сюда принес? — раздался резкий вопрос из-под шапки. — Кого ты из себя корчишь? Говнюк сопливый! Приходишь сюда, хотя никто тебя не звал, жрешь чужую еду, а попросишь у тебя нож, так корчишь из себя хрен знает кого.

Он не сводил взгляда с Ника, лицо у него побледнело, шапка совсем съехала, так что глаз почти не было видно.

— Недоносок! Кто, к черту, тебя сюда звал?

— Никто.

— Правильно, черт побери, никто. И оставаться никто не просил. Пришел, наговорил гадостей о моем лице, курит мои сигары, хлещет мою выпивку да еще рассуждает, сопляк! Ты думаешь, тебе это так сойдет?

Ник ничего не ответил. Эд встал.

— Погоди, желторотая чикагская свинья! Я тебе голову проломлю! Понял?

Ник отступил на шаг. Маленький человечек медленно двинулся на него, тяжело ступая, выставляя вперед левую ногу и подтягивая следом правую.

— Ударь меня! — качнул он головой. — Возьми и ударь!

— Я не хочу бить вас.

— Тебе это так не сойдет. Я тебя отделаю, слышишь? Так что подойди и ударь первым.

— Бросьте вы, — ответил Ник.

— Ах, ты так, подонок!

Маленький человечек посмотрел на ноги Ника. А когда собрался перевести взгляд на негра, тот, шедший следом от самого костра, нацелился и нанес ему удар в затылок. Эд упал на живот, и Багс отбросил дубинку, обмотанную тряпкой. Эд лежал, уткнувшись лицом в траву. Негр поднял маленького человечка и отнес к костру. Лицо Эда выглядело ужасно, глаза открылись. Багс бережно положил его на землю.

— Принесите, пожалуйста, воду в ведре, мистер Адамс, — попросил он. — Боюсь, что ударил его чересчур сильно.

Негр брызнул ему в лицо водой и осторожно потянул за оставшееся ухо. Глаза закрылись.

Негр выпрямился.

— Все в порядке. — В голосе слышалось облегчение. — Беспокоиться нечего. Простите, мистер Адамс.

— Ничего, ничего.

Ник смотрел вниз, на лежащего мужчину. Затем увидел на траве дубинку и поднял ее. Ручка гнулась и подавалась под пальцами. Черная кожа на ней истерлась, а тяжелый конец Багс обмотал носовым платком.

— Ручка из китового уса, — улыбнулся негр. — Таких теперь не делают. Я не знал, сумеете ли вы с ним справиться, и потом не хотел, чтобы вы причинили ему боль или изуродовали еще больше.

Негр опять улыбнулся.

— Но вы сами его ударили.

— Я знаю, как ударить. Он даже не вспомнит. Мне приходится это делать, чтобы успокоить его в таких ситуациях.

Ник все еще смотрел на маленького человечка, лежавшего с закрытыми глазами в свете костра. Багс подбросил дров в огонь.

— Не бойтесь за него, мистер Адамс. Я вижу его таким не первый раз.