Студеный флот - Николай Андреевич Черкашин

минуты и, конечно же, засекла наше присутствие. Разве что не определила национальную принадлежность. В этом районе могут пастись и итальянские, и французские подводные лодки. А Федя рвался в бой, уговаривая командира погрузиться (до конца зарядки оставался всего один час) и выйти на нее в атаку. Или сообщить, на худой конец, по радио о «контакте», превратив «дизелюху» в атомарину. Но Абатуров отказался.

8. Башилов

Стою на мостике. Мне назначен кормовой сектор наблюдения – вот и смотрю в ту сторону, где за голубым горизонтом проступают размытые очертания Апеннинского полуострова. Игра в кошки-мышки растянулась на все светлое время дня. У «кошки» огромное преимущество – она может появиться в любое время, а «мышка» беззащитна до самого вечера. Вся надежда лишь на прикрытие корпусом «Тарантеллы». То, что здесь появились рыбаки, внушает надежду, что стрельбы на полигоне не запланированы. Может, продержимся?

Самолеты взлетают с аэродромов Капри и острова Искья, и, развернувшись над Неаполитанским заливом, уходят на юго-восток, туда, где наращиваются силы 6-го флота. Самолеты с авиабаз Сардинии и Корсики уходят в том же направлении, но не через мой сектор наблюдения. Похоже, никому нет дела до того, что происходит у них под самым носом. Внимание всего мира приковано сейчас к Ливану и Сирии, к Дамаску и Бейруту… Ну а наше внимание приковано к горизонту, на котором то и дело возникают надводные цели. По счастью, никто из них не ищет подводные лодки, все спешат по своим делам.

Эх, нам бы день продержаться да ночь простоять. А потом будет еще один день, и еще, пока нас однажды не отзовут из Тирренского моря. Но кто знает, когда это будет?

Сердце ноет, как больной зуб. Надоело чистить зубы собственной кровью….

На ужин – манная каша с алычовым экстрактом. Дико хочется грибного супа и вареников с вишней.

– Чеснок и лук закончились, – объявил Федя-пом. – Кацура!

9.

Дали радио в Москву и в штаб 5-й эскадры: «Провели учебную торпедную атаку по авианосцам “Нимиц” в 17.20 и авианосцу “Иводзима” в 18.10. Цели поражены. Продолжаем несение БС по плану».

Надо было написать – «продолжаем партизанить». Партизаны Тирренского моря.

Карта Тирренского моря сера от цифири глубин. Мы находимся в десять милях от кратера подводного вулкана Вавилова. Римляне считали, что кратер вулкана – это вход в преисподнюю, в ад. В таком случае мы адские пилигримы. Суемся со своими атомными торпедами то в одну дверь, то в другую. И нигде нас, слава богу, пока не принимают.

К вечеру зарядку батареи закончили. Плотность электролита поднята до высшей отметки. Теперь можно и в глубину. Но Абатуров не торопится. Лучше эту ночь провести под бортом у «Тарантеллы», чем нырять от чужих радаров. К вечеру южный горизонт заполыхал красными вспышками. Что там? Учения? Война? Извержение вулкана?

Леонид Андреев считал, что «моряки, окруженные безднами, всю жизнь ощущают близость смерти; еженощно созерцая звезды, они становятся поэтами и мудрецами. Если б они могли выразить то, что они ощущают, когда где-нибудь в Индийском океане стоят на вахте под огромными звездами, они затмили бы Шекспира и Канта».

Трудно с ним не согласиться, точно так же, как и затмить Шекспира и Канта…

Строка из лоции: «Затонувшее судно лежит в 6 кабельтовых к норду от башни Скопалло». А говорят, что официальные документы чужды поэзии. Чистейший романтизм начала ХIХ века.

Башня Санта-Мария стоит на холме высотой 81 м, возвышающемся над южным входным мысом одноименной бухточки. Башня имеет четырехгранную форму. На холме юго-западнее от нее видна невысокая круглая башня мельницы… Селение Устика приметно по небольшой красной церкви. На восточной оконечности острова Устика – на холме за мысом Фальконара – лежат развалины старой крепости. Берега острова большей частью крутые и неприступные…

Грунт в бухте Палермо – туф. Плохо держит якорь.

Город Термини – в южной части на возвышенности находится несколько тюрем – желтых с красными крышами зданий, против которых стоит госпиталь капуцинов с невысокой желтой колокольней…

Увидеть бы все это одним глазком в реальности, все эти оливковые рощи, виноградники, виллы, акведуки, колоннады… Разве что в перископ разглядишь очертания острова да проблески маяка Гаванди…

Теперь уже точно никогда этого не увидим. Но никто об этом не грустит, более того, все ликуют: получили приказ о переходе в Балеарское море. А это первая ступенька к возвращению домой. Балеарское море омывает Геркулесовы столбы, врата Гибралтара, за которыми просторы Атлантики. Но и Тирренское море не спешит нас отпускать. Напоследок мы должны еще заглянуть в залив Теулада, что вдавался в южную часть Сардинии. Помимо всего прочего, на Сардинии находилась база атомных подводных лодок США Маддалена, а южнее, на Сицилии, в городке с красивым названием Сигонелла располагалась американская же база морской патрульной авиации. Это наше последнее в Тирренском море дело – поймать, то бишь услышать под водой американскую ПЛАРБУ – атомную подводную лодку, оснащенную баллистическими ракетами. Как в сказке про царя и Ивана-молодца: а теперь отыщи мне напоследок чудо-юдо рыбу кит – и спи-почивай.

И мы вошли в этот залив, над которым то и дело кружили американские противолодочные самолеты – «Орионы» – в поисках подводной добычи. Их поисковые радары постоянно загоняли нас под воду. Заряжать по ночам аккумуляторную батарею было мукой мученической. Зарядку прерывали по первому же крику радиометриста:

– По пеленгу сорок работает самолетная РЛС! Сила сигнала два балла!

– Стоп зарядка! Срочное погружение!

И так всю ночь… А тут еще одна радость: на ночном подвсплытии на сеанс связи подводная лодка подняла носом рыбацкую сеть. Слава богу, не кормой, на винты не намотали. Но и носовые рули глубины могли так запутаться, что мама не горюй! Всплываем в позиционное положение. Боцман Егорыч с топором и кривым ножом уходит на носовую оконечность – рубить и резать капроновые путы. И тут Егорыч, заядлый рыбак, унюхал, что сеть выставлена на кальмаров и в ее ячеях уже застряли несколько головоногих тварей.

– Товарищ командир, пусть вынесут мне лагун, я кальмаров на весь экипаж наберу!

Идея командиру понравилась: всем до чертиков надоели консервированный хлеб, консервированная картошка, консервированная капуста… Было бы просто здорово разнообразить рацион свежими морепродуктами.

– Давай, только быстро!

И старпому эта мысль понравилась, и доктору, вылезшему на мостик «подышать воздухом через белую палочку здоровья». Боцману вручили большой обрез – камбузный оцинкованный таз, и тот принялся выбирать кальмаров из ловчей снасти. Но кто же знал, что хитроумные сардинцы поставили на сети сигнальные датчики?! И очень скоро к нашей субмарине подвалил бесшумно – на водометах – полицейский катер с тремя «маринари карабинери». Те были готовы ко всему, но только не к абордажной высадке на неизвестную