Путешествие еды - Мэри Роуч

Дело «Соединенные Штаты против Монтойи де Эрнандес» послужило прецедентом для судебного иска к Делани Аби Одольфину, проведшему в качестве задержанного 24 дня, прежде чем он «выдал на свет» первый из наполненных наркотиком баллончиков. «Допустимый срок временного задержания при пересечении границы, – говорится в заключении по этому делу на сайте Justia.com, – не вступает в противоречие с Четвертой поправкой просто потому, что проявленная задержанным стойкость в отношении собственного кишечника привела к необыкновенно долгому удержанию в изоляции».

Но как подобная стойкость оказалась возможна? Почему кишечник Одольфина не заработал сразу же? Почему не разорвались его стенки? Уайтхед поясняет: у тела человека есть и другой механизм, предотвращающий внутренние разрывы. Прямая кишка, которая остается долгое время раздутой, в конце концов начинает посылать сигналы, служащие триггерами для замедления или даже полной остановки всей пищеварительной деятельности снизу вверх – вплоть до самого желудка, если понадобится. Перистальтика толстого и тонкого кишечника угасает, а затем приостанавливается опорожнение желудка. Этот механизм был документально подтвержден в процессе исследования, проведенного в 1990 году в университете Мюнхена, когда 12 студентов получали плату за то, чтобы воздерживаться от опорожнения кишечника как можно дольше. Во-первых, экспериментаторы хотели установить, как долго можно сдерживать позыв к дефекации. Во-вторых, следовало понять, что будет происходить во время такого воздержания. Ученые были поражены: «Подопытные успешно противостояли позыву к дефекации удивительно долго». Прочитав ранее описание происходившего с Одольфином, я не была так уж впечатлена: лишь трое из этих подопытных дотянули до четвертого дня.

Мюнхенский эксперимент показал еще одно (еще бы!): чем дольше «материал» удерживался внутри тела, тем тверже он оказывается на выходе и тем более походит на слепленные шарики. Проще говоря, в «природной изложнице» кал затвердевает и фрагментируется. Пока отходы сохраняются в прямой кишке, ее стенки продолжают всасывать из них влагу. И чем суше и тверже делается будущий стул, тем труднее становится его произвести. Насильственное удержание его ведет к запору. Авторы исследования завершают отчет о своей работе напутственным словом, обращенным к страдающим запорами. Правда, словесная форма совета несколько необычна и встретить такое можно нечасто: «Доводите каждый позыв к опорожнению кишечника до стула». Или, по словам Джеймса Уортона, британского врача, цитируемого во «Внутренней гигиене» – отличной и ученой^[146] истории запора: «Не позволяйте ничему, за исключением разве что пожара или опасности, угрожающей самой вашей жизни, мешать вам следовать… естественному призыву alvine»^[147].

Однако контрабандистов, использующих пищеварительный канал в своих целях, естественный запор волнует в последнюю очередь. От «засоров», когда пакеты «забивают трубы» или концы презервативов перепутываются^[148], страдают примерно 6 % наркокурьеров-глотателей.