Ведьмин сборник - Любовь Рогова

Как бы то ни было, Кэт решила с головой укутаться в плед, и там дождаться рассвета.

Девушка лежала в своем убежище, в ожидании сна, но он не торопился навестить ее.

***

Кэт наконец начала задремывать, прямо перед диваном, совсем близко, раздался шорох. Когда она была маленькой и родители жили с ней, девушка имела прекрасную возможность позвать маму, если слышала такие вот пугающие звуки. Но теперь нужно быть смелой, ведь теперь она главная в доме.

Кэт, цепенея от страха стянула с лица плед. Она повторяла про себя, что там никого нет, как и всегда, чтобы немного успокоиться.

В этот раз девушка ошиблась. На первый взгляд, ничего страшного и необычного в комнате не было. Смутил только плюшевый медведь, сидящий у дивана. Проблема была в том, что Кэт точно помнила – когда она засыпала, игрушки там не было.

– Откуда же тут взялся? – пытаясь сохранить самообладание спросила Кэт.

– Я был здесь всегда! – ответил медведь. – С самого начала всего!

– А-а-а!

– Я ждал огромное множество лет, – будто не обратив на крик внимания продолжил медведь. – Я жил впроголодь все это время. Я с огромным трудом пробудился. А меня здесь не узнали.

– К-кто ты? – девушка все еще пыталась убедить себя в том, что это не сон.

– Я Чернобог! – вскричал медведь. Звучало это весьма абсурдно, учитывая его плюшевость.

– Ты хочешь сказать, что ты языческое божество, приносящее несчастье?

– И уже очень долго обо мне никто не вспоминает. Никто не молит меня пощадить их самих и их семьи. А ведь мне это так нравилось… Это, пожалуй, единственное, что меня удерживало от того, чтобы пакостить всем и каждому. Моих сил сейчас очень мало, но их хватит на тебя. Готова страдать?

Неожиданно, игрушка подалась вперед, переместившись на ноги Кэт и словно бы налилась непомерной для девушки тяжестью, после чего, речь назвавшегося древним божеством плюшевого изделия продолжилась.

– Хотя, это будет слишком мелочно… Ты одна не искупишь вины всех. Люди забыли о том, кто раньше ввергал их в страх… Одно из моих имен, раньше звучавшее песнью ужаса и запустения, нынче стало предметом сказаний, не имеющих ничего общего с тем, что было во времена оны! Но ничего, ничего… Я долго был среди вас. Долго таился, наблюдал, выжидал… Теперь, пришло мое время. Ваш символ нежности и добра станет вновь тем, чем и положено. Грозным хищником, убийцей! Весь мир погрузится в пучину безумия, узрев рассвет Черного солнца, и мое имя вновь обретет былое величие!

Медведь забавно завалился назад, словно бы перед этим пытался воздеть лапы к небесам в угрожающем жесте, и закряхтел, тщетно стараясь подняться.

– Подними меня, отроковица!!! – зарычал, в конце концов, плюшевый. – Чернобог, владыка Нави, не будет бесславно повержен! Коли же ослушаешься, тебя постигнут кары страшней твоих снов!!!

Кэт, пребывавшая в самом настоящем шоке, незамедлительно повиновалась и подняла медведя.

– Неси меня к людям! – скомандовал Чернобог.

Девушка не смея спорить, быстро оделась и вышла в дождливую ночь. Она чувствовала, что не может противиться приказу игрушки. Это было иронично и нелепо, но, увы, являлось жестокой действительностью.

Улица встретила Кэт порывами ветра и почти полным отсутствием людей.

Немного подумав, девушка вспомнила то единственное место в городе, где жизнь по ночам бурлила. Именно по этой причине, это место обходили стороной все здравомыслящие люди, включая саму Кэт.

***

Странная парочка медленно приближалась к самому злачному и шумному ночному клубу в городе. Именно здесь происходило множество грабежей, поножовщины и прочего неприятного и малозанного.

Местные службы охраны правопорядка не трогали это местечко, потому что проще было, когда шпана концентрируется в одном месте, а не расползается по городу.

Чем ближе Кэт подходила к клубу, тем медленнее она шла. Но только до тех пор, пока не услышала шум и ругань в подворотне, справа от входа. Именно туда и устремилась девушка, озаренная неожиданной идеей.

Подозрения не обманули ее – там происходила разборка между какими-то околокриминальными авторитетами, судя по их внешнему виду.

Кэт на полном ходу влетела в кучку людей, уже успевших начать доставать оружие. Девушка встала в самом центре, между выясняющими отношения людьми.

– Ты что, обалдела, девка?! – рявкнул изумленный мужчина в пальто, а для того, чтобы девушка лучше поняла слова, ткнул пистолетом в ее сторону. – Свали, а то хуже будет!

– Что ты творишь?! – зашипел плюшевый Чернобог.

– Не забывай, что ты в теле плюшевого медведя. Как ты сможешь обойтись без него? – шепотом спросила Кэт.

– Я. Сказал. Свали! – повторил мужчина.

Остальные участники происходящего тоже были настроены весьма недружелюбно. Многие направляли оружие на девушку, следуя примеру человека в пальто.

– И что вы мне сделаете? – спросила Кэт, явно лезя на рожон. – Что? Пристрелите? Вам слабо.

– Последнее. Китайское. Предупреждение! – рявкнул человек, дернув пистолетом, будто пытался этим действием подкрепить свои слова, придавая им весомости.

Идея, как ускорить события пришла в голову девушки совершенно неожиданно. Она вдруг поняла, что люди вокруг слишком напряжены несколько неадекватным поведением девушки. Поэтому, она сделала то, чего в повседневной жизни делать совершенно не стоило – сунула руку под толстовку.

Бандиты отреагировали совершенно ожидаемо и прогнозируемо, начав стрелять. Все, что оставалось сделать Кэт – выставить перед собой мягкую игрушку. Так она и поступила, надеясь на то, что в медведя попадет достаточное количество свинца, чтобы порвать его в клочья.

Лежа на холодном, мокром асфальте и чувствуя, как жизнь вместе с кровью капает на асфальт, Кэт скосила глаза на свою руку, все еще сжимающую Чернобога.

От плюшевой игрушки осталось лишь несколько лоскутов и комок белой ваты. Медведь выглядел совершенно безжизненным.

– Ну что, договорился? – с усмешкой спросила Кэт, а не получив ответа, облегченно закрыла глаза, чтобы больше их никогда не открывать.

Детские страхи

Единственное желание, оставшееся после тяжелого дня – лечь и уснуть. Чем быстрее, тем лучше. Но произойти этому так скоро, как хотелось бы, было не суждено.

Стоило мне лечь, из-под кровати раздался тихий и ритмичный шорох. С таким звуком скребутся мыши. Жизнь в частном доме предполагала возможность того, что одна из них забралась в мое скромное жилище.

Я встала, преодолевая желание накрыться с головой одеялом и уснуть, забыв про странные звуки, опустилась на пол, заглядывая под кровать. Откуда-то от стены на меня смотрели желтые, чуть фосфоресцирующие глаза.

Страх сковал до глубины души. Все детство я спускала ноги с кровати на пол, только включив свет. Я боялась темноты, чудовищ,