Не время для героев. Том 3 - Илья Соломенный

Не знаю, как я это понял, но чутьё подсказывает, что это именно так…

Мы стоим прямо посреди улицы, и народ, оказавшийся на ней, выстроившийся вдоль домов, бросивший все свои дела, молчит. Я слышу только ветер…

А затем, один за другим, люди встают на колени… Горожане опускают головы, вытягивают вверх руку с поднятыми указательным и большим пальцами. Воины снимают шлемы, зажимают их под мышками и тоже склоняются, прижав ладонь тыльной стороной ко лбу! Вокруг слышится шелест одежд, приглушённое, возбуждённое бормотание и шёпот…

— Владыка! Это новый владыка!

— У господина получилось?

— Он красив! Как он красив!

— У него перчатка! Новый господин появился!

— Тише, дура! Тише! Это всё тот же повелитель, просто…

Я даже не сразу осознаю, что понимаю язык ялайцев, словно родной. Но как?..

— Господин, идёмте. — Советник, оказавшись рядом, указывает на громаду замка.

— Почему мы не переместились сразу туда? — спрашиваю я, беззастенчиво разглядывая толпу, встающую на колени по мере нашего продвижения.

— «Короткие» пути туда закрыты для всех, кроме вас, господин. Я переместился настолько близко, насколько мне позволил замок.

Я внимательно смотрю на своего спутника. Из-за того, что его внешность сильно отличается от человеческой, как и голос, понять, какие эмоции испытывает Советник, затруднительно. Поэтому я использую восприятие, но… совсем не чувствую эмоций или желаний, исходящих от ученика Ирандера. Он словно делает то, что должен…

До замка, к которому ведёт улица, остаётся всего пара сотен шагов, когда в толпе, стоящей на коленях, меня что-то привлекает… Я слегка замедляю шаг, вглядываюсь… И поражённо моргаю.

Это Иссель! На коленях среди прочих людей стоит девушка, которую я спас в той безымянной деревушке на севере приграничья, когда мы с «чёрными» устраивали рейд! Она — единственная, кто не уткнулся глазами в брусчатку, и смотрит прямо на меня!

И судя по её взгляду, блондинка изумлена не меньше, чем я…

— Со… Как к тебе обращаться? — спрашиваю у своего сопровождающего, вдруг понимая, что не знаю, как мне звать сопровождающего.

— Прошлый господин называл меня слугой. Как и всех прочих, — ровным тоном отвечает ученик Ирандера.

«Слуга»?..

— Я буду звать тебя Советником.

— Как прикажете.

— Видишь ту девушку?

— Да. Желаете развлечься с ней после того, как разберётесь с делами?

— Что?! Я не… Нет! Просто запомни её, и когда мы… Закончим, что бы там ни было, я хочу с ней поговорить.

— Как прикажете, господин.

Советник делает жест своей когтистой лапой, и над Иссель на мгновение вспыхивает красная метка, а затем пропадает. Вокруг девушки тут же раздаются возбуждённые и завистливые шёпотки.

— Сам господин тебя выбрал!

— Счастливица!

— Смелая!

— Повезло!

Стараясь не прислушиваться, ускоряю шаг. В окружении коленопреклонённых людей, смотрящих на меня почти как на бога, я чувствую себя не слишком уютно… К счастью, за сотню шагов до ворот замка, в которых, пожалуй, спокойно может пройти великан, народу уже нет. Вокруг крепостных стен — пустота, словно горожанам запрещено приближаться к нему…

Впрочем, учитывая четвёрку хррашей в массивных доспехах, охраняющих ворота, ничего удивительного в этом нет.

Я нервно сглатываю, подходя к ним, но твари, как и обычные люди, кладут свои огромные мечи на землю и встают на одно колено, прижимая раскрытую ладонь с четырьмя пальцами тыльной стороной ко лбу. Их уродливые лица выражают… Почтение!

— Слава господину! — в унисон хрипят они голосом, лишь отдалённо напоминающим человеческий.

Проклятье! Неужели Советник не лгал?! Неужели ялайцы — и люди, и твари — и правда признают меня своим господином?! Из-за того, что я нацепил перчатку?!

Безумие…

— Откройте проход, господин. Попробуйте.

— Как?

— Частица Арканума подскажет вам. Просто попросите её.

Я хмурюсь, но всё же вытягиваю руку в сторону врат и думаю:

«Откройтесь».

С перчатки срывается тонкая красно-синяя энергонить. Она врезается в узкую щель между створками, множится, расползается по камню, как паутина, облепляя его целиком, и…

БУМММ!

С глухим звуком врата медленно раскрываются, обнажая нутро крепости…

— Невероятно!.. — шепчу я.

Мы проходим мимо коленопреклонённых хррашей, минуем тоннель, оказавшись в котором я снова поражаюсь. Да эти стены шагов тридцать в толщину!

За ними расположен большой крепостной двор. Вдоль стен, рядом с караульными помещениями, на стенах — сотни суетящихся солдат, выстраивающихся и вытягивающихся по стойке «смирно», когда мы с Советником оказываемся внутри…

— Я взял на себя смелость послать вперёд нас весть о вашем прибытии, — говорит ученик Ирандера.

У меня уже нет сил удивляться, когда вижу, кто встречает нас, выстроившись в четыре шеренги по центру двора…

Шестёрка мужчин и женщин в переднем ряду — Высшие малефики. Я понимаю это по резным посохам, украшенным черепами хррашей, дорогим мантиям и строению фигур, раза в полтора массивнее человеческих… А самое главное — мощной энергетике, которую, благодаря перчатке, я теперь считываю фоном.

Проклятье, передо мной стоят те, кого Ирандер обучал лично и кому передал частицу своей силы! Третьи по значимости фигуры после него и Советников. В них столько магии, что каждый мог бы потягаться с Айрилен и её сумасшедшим братом вместе взятыми!

За Высшими — около тридцати чернокнижников с посохами попроще, и в одеждах поскромнее. Это, вероятно, командные чины магических подразделений? Учитывая, что за ними стоит десяток солдат в прекрасных сегментированных доспехах с отметками ялайских генералов — я прав.

Командование ялайской армии, руководители королевства, мать их… Худшие враги Империи! Сильнейшие и опаснейшие маги тёмного королевства!

И мы останавливаемся в десятке шагов перед ними.

— Господин вернулся! — выйдя вперёд, с благоговением произносит один из Высших — гигант, ненамного уступающий ростом Советнику, с яркими красными энерголиниями, проступающими через кожу, белоснежной бородой, густыми бровями, и… Молочно белыми глазами без зрачков. — Да здравствует Ирандер!

— ДА ЗДРАВСТВУЕТ ИРАНДЕР! — в унисон громыхают остальные офицеры и солдаты во дворе.

Мне становится не по себе… Ялайский пепел, что теперь говорить?! Что делать?! Однако мне не приходится ломать голову — слово берёт Советник.