Эйнала - Антон Клеттин

— Ты странный, — после крайне затянувшейся, паузы во время которой мы усиленно насыщались, наконец задумчиво проговорила девчонка.

— Поясни, — попросил я, немного ошарашенный столь своеобразной своей характеристикой.

— Я не понимаю кто ты такой, — попыталась объяснить моя рыжая собеседница. — Когда мы впервые встретились ты был аристократом, потом показался мне главой отряда наемников, затем с тобой опять обращались как с аристократом. После побега ты вел себя как обычный человек, более того — делился со мною своей одеждой. А сейчас к тебе снова относятся как к аристократу.

Я усмехнулся. Бедная девчонка, выросшая в местном сословном обществе, она никак не могла осознать, что для кого-то может быть совершенно не важным происхождение человека. И что на людей можно смотреть просто как на людей, а не на как представителей той или иной касты. Пусть она не видела, как я общался с пречистым Амьеном в том злополучном трактире, зато видела, как я обращался со своими парнями, с бывшим рабом Чезом, с другими пленниками культистов, с ней, в конце концов. Видела, что я не делаю различий ни перед кем, но еще не могла этого осознать, вот и металось ее сознание, не привыкшее к космополитизму.

— И что, тебя это смущает?

— Я просто не знаю как себя с тобой вести, — наконец сформулировала она вертевшуюся у нее на языке мысль.

— Да как сейчас ведешь, так и веди себя дальше. — Я сейчас открою тебе один страшный секрет, к которому ваше общество еще не готово, но по которому живу я. — А заметив с каким вниманием смотрит на меня эта рыжая плутовка в ожидании невероятных, крышесносных откровений, я не выдержал и широко улыбнулся, после чего, решив все же не нагнетать почем зря выдал: — Люди — всего лишь люди. Нет принципиальной разницы между тобой и, скажем, нашим добрым королем. Ну, кроме физиологической, конечно. Вы одинаково кушаете, пьете, ходите в туалет, любите, живете. Точно так же переживаете, болеете, расстраиваетесь. И точно так же, одинаково, умираете, когда приходит ваше время.

На этот раз молчание затянулось. Ирвона даже жевать перестала, пытаясь осмыслить что я сейчас ей сказал. Девчонкой она была отнюдь не глупой, поэтому вскоре нашла за что ухватиться:

— «Вы»? — тихо спросила она, — а ты как же? Не человек что ли?

Я хмыкнул. Вот что называется — не в бровь, а в глаз. А ведь и правда, кто же я? Нет, чисто физиологически и ментально — все же человек, хомо сапиенс и прочее. Только вот люди не умеют путешествовать между мирами и вселяться в чужие тела. Про магию молчу — ее на Земле нет, поэтому точно сказать не могу. Вот и получается, что, употребив для простоты одно местоимение, я напоролся на вопрос, к которому был не готов. Но отвечать нужно было, а то вон как она пронзительно смотрит.

— Ирви, — тяжело вздохнул я, — стыдно такие вопросы задавать. Неужели за время наших утех, ты так и не сумела меня внимательно рассмотреть? Если хочешь, могу хоть сейчас раздеться и даже пощупать кое-что позволю, — я подмигнул вновь покрасневшей девчонке, — после чего сама и скажешь человек ли я.

Естественно, после такого моего ответа ни о каком серьезном разговоре и речи быть не могло. Мы еще немного посидели насыщаясь. После чего Ирвона как-то вдруг оказалась у меня на коленях, ну а после я продолжил курс сексуального раскрепощения этой рыжей аборигенки.

Утром я встал самым последним из нашей компании. Что и не удивительно — ни Чезу, ни моей прекрасной спутнице, рожденным в крестьянских семьях, сибаритство было не к лицу и поднимались они, как говорится, с первыми петухами. Я же, хоть и находившийся в теле местного пролетария, тем не менее, сохранил земную городскую ментальность, которой ранние подъемы были не свойственны.

Своих спутников я нашел в соседней комнате, занятых поеданием завтрака. От предложения к ним присоединиться я отказался, так как планировал прошвырнуться по этому несчастному городишке на предмет поиска попутного каравана. Что подразумевало переговоры, которые в местном обществе было принято проводить за накрытым столом.

Впрочем, перед началом поисков, следовало сделать разнообразные утренние дела, да и лошадок проведать не мешало бы. А то мало ли в каких условиях содержались наши верные внедорожники. Как позднее оказалось, волновался я напрасно — и Ромчик и Лисичка были обихожены по высшему разряду. Серьезно, кто-то даже сподобился кобылке Чеза гриву в косичку заплести. Естественно, я не мог не отплатить за столь качественный сервис, вследствие чего два мальчишки-раба стали богаче на одну серебряную монетку. И могли разбогатеть еще, если продолжат в том же духе, о чем я им и сообщил, покидая конюшню.

Что же касалось присоединения к каравану, то тут меня ждал полный облом — в данный момент идущих в столицу обозов просто не было. Оттуда — аж четверо, а туда — зеро. А все потому, что мы немного не успели — буквально за пару часов до нашего прибытия из Гана в Эйналу выдвинулся крупный обоз с фельзенской черепицей и вохштернским зерном. О чем с радостной миной рассказал мне хозяин трактира, в котором мы остановились. Естественно, я не стал предъявлять претензии полковнику Сандерсу в том, что он мог бы и раньше поделиться со мною этой информацией. Сам виноват, что не поинтересовался сразу по прибытии. Другое дело, что теперь было совершенно непонятно сколько времени нам придется тут сидеть в ожидании следующего попутного каравана.

Немного подумав и все хорошенько взвесив, я решил, что ничего страшного в этой задержке нет. Даже наоборот — чем больше времени пройдет, тем меньше шанс, что я где-нибудь на пути столкнусь с пречистым Амьеном. Так что смело можно отдыхать и кутить, благо есть с кем.

Глава 5

Телеги обоза неспешно катились по наезженной, все еще не просохшей после непрекращающихся дождей дороге Приречного тракта. Несмотря на вышеупомянутую непогоду, дорожное полотно, если так, конечно, можно назвать ту смесь щебенки и земли, по которой мы передвигались, все еще неплохо справлялось со своей задачей. Лишь раз за те два дня, что мы находились в пути, у нас случилась авария. Да и в той, по сути, виноват был возница двигающейся нам навстречу крестьянской телеги. Именно он не справился с управлением своим транспортным средством. Вследствие чего нам пришлось потратить почти целый день сначала