Время Имен - Алексей Ар

переходник и ступил в комплекс по производству космической техники. Гул, потрескивание, шелест и звон рабочими звуками наполняли воздух. Перемигивание сварочно-монтажных огней успокоило зрение. Ситуация штатная, автоматика дни и ночи строила флот — двадцать машин, разработанных на базе охотничьих катеров, полусобранными остовами возносились над лихорадочным кипением сборочных автоматов. На центральном контроллере допустимые сигналы — никаких сбоев, программа движется согласно намеченным срокам.

Охотник мельком просмотрел сводки и проследовал к лабораторному отсеку, в отличие от линии производства наполненному покоем. Прислушался. Щелчок дверного фиксатора ознаменовал восстановление тишины. Ромбовидные агрегаты для генной реконструкции, обставленные многочисленными лабораторными стендами, темны и неподвижны — их часть работы сделана. Вдоль стен установлены капсулы-саркофаги, хранившие тридцать четыре носителя — клона.

— База, свет! — крикнул Николай.

Ответом вспыхнуло рассеянное матовое свечение. Он избавился от скафандра, сдал экипировку кибер-прислуге и взглянул на отражение в зеркале. Рост и комплекция почти не изменились. Лицо — твердое словно маска, в меру хищное и излишне правильное — могло с успехом затеряться в эпицентрах цивилизации, среди достижений пластической хирургии и биоинженерии. Глаза скромно карие — без изысков. Следовало признать — он готов к следующему шагу.

В первоочередных задачах добыча оружия. Но прежде, чем вывести «Паому» из ангара, следовало закинуться протеином — блюда на три и компот. В запасе сорок минут — на еду, короткие сборы и программирование кибер-штурмана. Планета Адолоин, сто пятый сектор — точка, откуда следовало начать поиски торговцев боевой амуницией. В архивах ЦУКОБа, насколько помнил димп, местечко фигурировало как зона класса «Продаю Все, а то, что не продаю, просто стоит дороже».

***

Изучение мира Адолоина неплохо скрадывало минуты и часы. Согласно предписанию диспетчерской он, после посадки, оставался на корабле, анализируя изображение, что в горячих токах атмосферы, трепетало на обзорном экране.

Город-улей — неофициальное и точное название местного очага Федерации, бытовавшее в народе. За взлетным полем, исхлестанным песчаным ветром, зыбким маревом высились угловатые башни, переплетенные замысловатыми конструкциями мостков, — сосредоточие миниатюрных жилых ячеек-сотов, красновато-золотистыми рядами расчертивших общий черный фон построек.

Темное полное ураганных завихрений небо и стремительные иглы летательных аппаратов Охотник проигнорировал. Его интересовали непосредственные окрестности “Паомы” — поле, заполненное любопытной техникой. Изначально безобидные конструкты — боты, рейдеры, грузовозы — темными формами застывшие вокруг охотничьего транспорта, сочились экстрактом опасности. Иногда украдкой, иногда в открытую щерились лазерными орудиями и ракетными портами. Под стать им башни пульсаторов, установленные по периметру порта, чьи стволы изредка подрагивали, выискивая цель.

Николай потянулся к верньеру масштабирования панорамы… замер. Накрыла привычная волна желаний: захотелось почесать левое ухо, достать руками носки ботинок, перекусить и облегчиться. Носитель адаптировался к матрице димпа и иногда выдавал легкие сбои. Вариант с неудачной проработкой мозга Николай не рассматривал — игра и без того затянулась.

— Соберись протоплазма. — Волевым усилием Николай привел тело в норму, чтобы услышать далекий уверенный стук. Некто оригинальным образом барабанил по входному люку «Паомы». На мониторе комплекса связи всплыло небритое лицо диспетчера.

— Принимайте таможенного инспектора. И, ради Трока, не дергайтесь.

— Уже замер, шеф. — С легкой усмешкой Охотник выключил передатчик и отправился на историческую встречу.

Низкие полутемные коридоры, переходники, тамбуры и вертикальные лесенки, безлюдные отсеки и редкий гул автоматики привычной картиной промелькнули мимо. Впереди наметились серьезные события — вслед за открытием шлюза, в пышущем жаром проеме возникла низкая плотная тень.

— Реально не спешил. — Крепко сбитый, на грани полноты человек скользнул внутрь корабля. За ним взвихрились крупицы песка. Судя по недовольному бормотанию инспектора, песок достал его давно и прочно. Облаченный в глухой — под горло — форменный плащ он с трудом перевел дыхание и щедрым жестом утер с лица обильные бисерины пота.

— Условия — говно. — Он вопросительно посмотрел на димпа, точно искал подтверждения сказанному.

— Погода — сука, — согласился Николай. — Будьте любезны, пройти.

Убрав с лацканов куртки нанесенный ветром песок, он развернулся и, не дожидаясь реакции собеседника, переместился в соседний отсек. Там, среди аппаратуры, ведающей шлюзовыми механизмами, за единственным подобием столика предполагалась оформить документы.

— Итак… — Таможенник извлек на свет портативный компьютер. — Процедура вам знакома? — Голос у представителя закона тусклый, равнодушный.

— Наслышан. — Николай взмахнул персон-картой, полученной в федеральном департаменте социоконтроля — абсолютно незаконно, после пси-обработки причастных лиц. Выписанное на имя Зоранга Тикка удостоверение личности не могло вызвать никаких нареканий.

Инспектор прогнал карту через сканер, вернул хозяину и задумчиво потер щетину на подбородке.

— 2500 за тоннаж.

— А проверить груз и декларацию?

— Пошутил что ли? — Мужчина искренне удивился. — Это Адолоин, я б… жить хочу. 14 комиссий социоконтроля разбились о планету, я меняю работодателей едва ли не каждый месяц… А вчера здание Совета и подвластные структуры захватили троиды — клан потомственных контрабандистов. Но править им не долго — серьезная конкуренция, смекаешь. Всем плевать и каждому свое. Я вот собираю парковочный налог…

— В одиночестве?

— Пульсаторы видел? — Инспектор деловито сворачивал мобильный планшет. — Могут из твоей посудины узорных решеток наделать. Хочешь?

— Принял. — Охотник передал инспектору пачку кредиток и немного расслабился. События развивались по намеченному сценарию. Инспектор удалился, походная сумка собрана, «Паоме» задана программа ожидания. Время выхода в город.

«Хрень то какая». — Димп торопливо прикрыл лицо концом льняного шарфа. Песок жалил на манер пчелиного роя, сужал горизонт до объемов каморки, упорно лез за воротник, хрустел по бетонке. Марево повсюду, куда податься? Направо — туда, где сквозь пылевой ливень проглянули городские огни. Сотня метров в горячем аду — с огибанием систем техобслуживания и редких гостей космопорта.

— Куда прешь?! — Детина, упакованный в пончо, шлем и защитные очки грубовато оттолкнул Роса. За ним темной вереницей двигались столь же крупные гуманоиды, чей строй разбавляли гравиплатформы, укрытые болотного цвета тканью. Интересный караван; сходство форм и выправки — несомненно людей, военного образца ботинки, да и груз на платформах смотрелся знакомо.

Изучив тылы удалявшейся процессии, Охотник выругался. Какого здесь делает федеральная пехота? На дезертиров не похожи; типичные рядовые части, осчастливленные неведомым заданием и точно знавшие куда идти. Николай направился вслед за караваном. С выбором пути угадал — дорога вывела к городским трущобам. Стало проще — не так задувало. Но все же стоит найти отель, гостиницу, любое здание, где можно укрыться от царства нависающих над головой конструкций и угрюмых бесконечно-вертикальных стен.

Снятый номер походил на конуру, а вид из него не открывался. И за обедом необходимо спускаться по тысяче лестниц на десяток уровней. Но Николай порадовался тихому уголку. Койка и нормальный, немного затхлый воздух — предел мечтаний на данный момент. Завтра он начнет охоту за информацией, покоившейся в