Время Имен - Алексей Ар

— Сущее б…

— Простите, вас не поняли, — раздался на мостике официальный голос. Тон усталый, но деловой. Через мгновение возникло изображение — равнодушное лицо диспетчера.

— Фрахтовый грузовик «Паома», свободный порт приписки. Мне бы уголок…

— Порожняком или с грузом? — Диспетчеру чем-то нравились вольные дальнобойщики, его голос значительно потеплел.

— Порожняком. Думаю, получить фрахт на Юне. Единиц на пятьсот…

— От души. — Мужчина несколько секунд изучал что-то за пределами экрана. — Сектор 5, 18 терминал. Даю команду на принятие. Удачи.

Николай обесточил аппаратуру и сосредоточился на управлении. Требовалась незаурядное мастерство, чтобы серией маневров подвести транспорт к стыковочным захватам. Проникнуться массой и скоростью, оценить быстроту разрастания на обзорном экране матово-серебристой платформы и дока, украшенного манипуляторами, гроздьями трубопроводов и затянутым силовой пленкой переходником, застывшим в ожидании момента контакта — глухого металлического щелчка, ядовитого шипения гидравлических приводов и контрастной тени от грузовоза на бронированных плитах корпуса.

Меланхолично пискнул сигнал готовности. Николай поднялся из ложемента и направился к Кробу для последнего целеуказания. Затем вернулся к пульту и любезно открыл для невольного напарника двери переходника, когда тот с целеустремленностью автомата вылетел из рубки, проскочил десяток отсеков и выбрался к шлюзу.

— Пора и нам пора. — Охотник проковылял на выход. Сейчас бы часиков «цать» отдыха вместо беседы с работягами докерами и оформления положенных бумаг. Опасная часть плана, чреватая последствиями, — он вновь использует персон-карту Д. Стана. Но пока хозяин Топ Допа разберется с мнимой гибелью цели, пока выйдет на грузовоз… Кроме того, новый сектор Юны подразумевал новую группировку Черного братства, плевать хотевшую на конкурентов. Расчеты поверхностны, но надежды стоили. Он успеет совершить сделку и скроется во тьме.

Игнорируя речи таможенного инспектора, он обвел взглядом офисную зону дока. Теснота и удивительно суетливое поведение кучки техников… Перемигивались неведомой информацией десятки мониторов, над ребристо-стальным полом стелилась паровая дымка, придававшая обстановке нотки загадочности. В стилизованном под иллюминатор экране плыли космическая бездна и бортовые выпуклости охотничьего транспорта, уже обвитого системами техобслуживания. Вид полузабытый, но пресный — взывавший к стремлению покинуть док. Раскланявшись с инспектором, который покончил с формальностями, Николай перебрался в орбитальный челнок и под резкий свист отстрела канул в стремительное приземление.

«Ребята озверели». — Он притиснулся к спинке амортизационного кокона. Аппарат садился на манер десантной капсулы, но, справедливости ради, подобная интенсивность спуска предпочтительней квелого витания над облаками. Сроки сжаты, а учитывая необходимость потратить хотя бы несколько часов на восстановление тела многострадального торговца — первыми вехами на временном отрезке станут поиски отеля и снятие номера с должными удобствами.

Покинув муниципальный флайт с тем, чтобы окунуться в яркий день и трепыхание редкой листвы не менее редких деревьев перед выбранным гостиничным комплексом, Николай сделал пару шагов и замер, впечатленный масштабами. Над ним, пронзая далекий слой голографического неба, вознеслось гигантское здание — колонна, сверкающая металлом и стеклом. Кольца развлекательных палуб, смотровые площадки, служебные флайт парковки — отель напоминал многоярусный ядерный взрыв.

При столь великих возможностях, желаний всего несколько: горячая, растворяющая боль ванна и мягкая постель — за любую цену, при любых условиях. Регистрацию на ресепшене Николай прошел в некоем полузабытье, кибер-портье проводил сквозь коридорную толчею к номеру, пожелал всех благ и сгинул. Дверь с шелестом закрылась. Тишина.

Николай замер перед зеркалом в золотистом свете плафонов. Собственное отражение почти удивило. Беорат Д. Стан в череде испытаний превратился из безликого носителя в личность: средний рост, сухопарость, светло-карие глаза с зеленоватым проблеском… Но до слияния, обещанного Погонщиком, далеко — личность торговца продолжала трепыхаться на задворках, не давала забыть.

— Не комплексуй, Ди, времена сложные, — сказал Охотник отражению. Завтра предстоит насыщенный день, полный работы, поисков и метаний.

Продрав глаза после короткого сна, первое, что сделал Николай, — не смог встать. Тело отчаянно воспротивилось усилиям разума и… проиграло. Д. Стан оделся, плотно позавтракал и отправился в город за покупками. Список обширен: горнопроходческие автоматы, многофункциональные строительные боты, силовые и защитные установки, крепеж, облицовка и прочие компоненты астероидных шахт. Тема популярная для дельцов средней руки — на фронтире можно хорошо подняться на добыче руды. Постоянный спрос на оборудование обеспечивал некоторую анонимность — вычленить одну сделку среди многих процесс не быстрый. А сделки проводятся в лет — через сеть, без личных контактов. Товар — деньги. Закупленная техника поступила фрахту «Паома» через три системных часа. Оставался последний штрих — выбрать место назначения.

— Куда? — справедливый вопрос. Откинувшись на спинку кресла, Охотник изучил доклады автоматики корабля. В карго-отсеке завершалась работа по расстановке и фиксации объемного груза, цифры, графики и рекомендации автоматики сменялись ежеминутно.

— Куда? — повторил Охотник. Прикосновение к сенсорам кибер-штурмана вызвало на центральный дисплей подробную секторальную карту — безгранично-черную, с икрами баз и проторенных транспортных маршрутов…

Память услужливо подсказала — 75 сектор, система Бенателлы, забытое всеми астероидное кольцо вокруг невостребованного никем светила. Знаковое место, где он взял след Черных Лис — амазонок с неясной мотивацией, очередной загадкой, чей прах он развеял в охотничьем рвении. Цель выбрана.

С тихим гулом компьютер приступил к анализу оптимального маршрута.

***

Система Бенателлы ничуть не изменилась. Тускло-красное, с редкими проблесками желтоватых тонов светило усталым глазом замерло в пустоте — за черно-серой линией метеоров, что, кружась в извечном танце, то сливались с космической тьмой, то обрастали багровыми ореолами. Картина первозданного одиночества.

Капелька пота невовремя скользнула по виску Беората. Замерла на мгновение у брови и… сорвалась при рывке димпа. Он отклонил штурвал на 45 градусов, завалив транспорт на борт. Взвыл предупредительный сигнал. Подкрепленный алым светом индикаторов преобразил рубку в сосредоточие рвущих нервы красок. С трудом воспринимаемой скороговоркой компьютер забубнил об опасности…

Вал иссеченного оспинами астероида словно могучий океанский прибой накатил откуда-то слева. Николай выругался: грузовоз из-за габаритов проигрывал обломкам считанные метры…

Расстояние сокращалось. Броня и каменные грани соприкоснулись тенями.

— Вывози, крошка!

Белым вспыхнул левый сектор экрана. Веерное защитное поле, активированное бесстрастной техникой, отразило метеор. Но «Паоме» досталось — судно от толчка нырнуло в бок — туда, где вихри мелких осколков скрывали в крошеве более крупных собратьев.

Вселенная сузилась до извилистого каменного туннеля, менявшего форму в непредсказуемой последовательности. Огрызаясь фиолетовыми клиньями энерговыхлопов, иссеченный мелкими частицами от носа до кормы грузовоз рвался к цели — астероиду, найденному димпом при первом посещении системы. Каменюка, габаритами с планетарный спутник, скрывалась в центре метеоритного пояса и удовлетворяла всем требованиям Охотника.

Окунувшись в бездну, транспорт круто спикировал к чашевидному углублению в астероиде. Точное попадание; за миг до