Законы рода - Ascold Flow

«Ну и? До сих пор сидеть будем?» — беззвучно, одними губами задал я вопрос дяде Мише, и тот закатил глаза, выдохнул и кивнул мне, давая добро делать всё что мне только заблагорассудится.

В миг я спрыгнул босыми ногами вниз, держа на верхней полке руку с перстнем, обмотанную полотенцем, и оказался между тремя людьми: уже готовой было голосить, как сирена, бабкой, ещё одним мужланом с кулаками, которыми можно сваи в землю вколачивать, и жилистым лысым педофилом лет сорока, что сверкал на всё купе «золотым» зубом.

— Свалили. Считаю до трёх… — без церемоний и расшаркиваний потребовал я от них, после чего начал отсчёт: — Один…

— А ты чё такой борзый⁈ Чё, твою красулю подцепили, щенок? — набычился сидящий рядом с девчушкой отброс, который уже было потянул к ней руки.

— Зря ты слез со своей полки, паря… — ухмыльнулся крепкий мужик с пудовыми кулаками.

— Делиться надо, а то потом бывает больно!..

Как обычно, самым смелым был тот, кто прятался за спинами своих дружков…

— Два… — произнёс я и резко ударил локтём, а затем ещё и коленом в грудь стоящего в дверях мужика, отчего тот вылетел в проход и придавил щуплого подпевалу.

Глава 3

Мастер Фаркс учил меня так: если драка неизбежна, бить всегда нужно первым.

Как понять, что драка неизбежна? Если ты ударил первым — она всегда неизбежна. Ну, если только не закончить её одним ударом.

Без раздумий я ударил полным философской мудрости кулаком, обмотанным полотенцем, в лоб педофила, и тот сильно приложился затылком к стене купе.

— Вы чё, черти позорные, совсем страх потеряли⁈ — раздался голос из соседнего купе, и пара в коридоре, не успев опомниться, стала получать не менее мощные тумаки и пинки от наших соседей.

На краю глаза мелькнул рукав одного из хранителей спокойствия. А ребята из военных… Хех. Видимо, дядя Миша знал о соседях, потому и светиться не хотел, надеясь, что служивые раньше отреагируют…

Лысый приложился знатно и сейчас был в отключке. Я схватил его за грязный воротник вонючей рубашки и, как только местечко в проходе освободилось, выкинул эту шваль прочь за пределы нашего купе.

Между тем бабка всё-таки заорала сиреной мне прямо в ухо, и я оглох на пару мгновений.

— Бабушка, не кричи, бога ради… Все уже и так на ушах. Откройте лучше окошко, а то эти гады столько вони принесли… — попросил её и, закрыв дверь на защёлку, повернулся к испуганной девчушке. — Всё, не бойся. Шакалы убежали, только пятки их сверкали. Как тебя зовут?

— Я… — испуганно захлопала глазами соседка. — Зоя я…

— Вот и хорошо. А меня можешь звать… — и тут я замялся.

Своё имя называть нельзя… Пора к этому привыкать.

— Мирослав меня зовут. Будем знакомы. И если что, всегда обращайся, — улыбнулся и добавил: — Так… Вы тут пока водички попейте, а я выйду проверю, что да как, и попрошу, чтоб нас никто не беспокоил.

Оказалось, зря переживал. Армейские хоть и были вдвоём, но легко скрутили трёх дебоширов, с которыми меня так «удачно» свела судьба. Проводница, весьма молодая и симпатичная брюнетка лет двадцати пяти, уже вызвала охрану: из дальнего конца вагона двигался наряд.

Пока я мило общался с одним из охранников поезда, служивые передавали трио идиотов, которые истошно кричали всё время, мол, они «просто заблудились». И когда дурней забрали, остался наедине с двумя бойцами и проводницей. Хоть и не хотелось особо светиться, но и просто уйти не мог. Невежливо как-то… Пришлось знакомиться. Парни оказались нормальными и толковыми ребятами.

Два сержанта, которым даже меньше лет, чем проводнице, ехали отдыхать в родной Новосибирск перед переводом на новое место службы.

— До этого дежурили у Самарского излома… — рассказывал Гена, пока его друг подкатывал к проводнице, — но две недели назад его закрыли. Правда, не думаю, что светит длительный отдых…

Последнее время в новостях всё чаще слышал об открытии новых изломов. Н-да… Этих огромных чёрных пропастей, отравляющих землю и живых существ вокруг, становится всё больше. И всё потому, что закрывать их просто не успевают…

— … Но ладно бы только изломы… — продолжал Геннадий. — У нас тут слушок прошёл о рекордном числе разломов. Причём, стали появляться не только обычные… Ну ты понял: которые к конкретному излому привязаны и дальше чем в сотню километров от него не открываются. Но и такие, знаешь, хаотические, которые вроде как не имеют привязки…

Интересные слухи бродят, однако… Такого я даже в даркнете на форумах не читал.

— Как это без привязки?

— Честно, без понятия, — развёл руками сержант. — Хотя нет-нет да кто-нибудь вбросит, мол, изломы существуют не только на поверхности, но и под землёй. И якобы где-то там есть гигантский провал, который и порождает эти хаотические разломы…

— Дела-а…

— И не говори…

Я продолжал поддерживать разговор, размышляя над своим планом похода в сибирские леса, в тайгу и поиском там приключений на свою задницу.

Нет, оно-то понятно: мне нужен опыт, нужны силы и нужно поэкспериментировать с источником, который, если верить той мутной личности, вскоре должен исцелиться.

Вообще, даже отец заметил, какой источник у меня ненормальный. Сказал, мол, хоть и весь искорёженный, разорванный и не способен удерживать ману, а всё равно как минимум в два раза больше, чем у моего деда по его линии. А дед Михаил, между прочим, был одним из стражей и гарантов империи, человеком, что дошёл до грани ранга Архимага — практически наивысшей ступени силы среди всех одарённых. Выше Архимага только Верховный Архимаг, или как ещё любят говорить: «Круче гор только горы». Вот и с магами точно так же…

Верховных Архимагов на всей планете и десяти не наберётся, и в нашей империи такого нет. Зато простых Архимагов хватает. И поговаривают, что может вскоре появиться и «Верховный».

Отец мой, к сожалению, сумел добраться лишь до пика седьмого ранга — Истинного мага. Всё из-за травмы. Братец мой хоть и был всегда слабеньким, но всё-таки стал Магистром к своим тридцати годам. А это всего на ранг ниже, чем у отца. Я же… Я был вечным новичком.

Новичком с растерзанным и изувеченным источником, что таких же размером, как и у Верховных Архимагов! Ещё и тело у меня впитывает ману из окружающей среды