Последний танцор - Дэниел Моран

— Я уволю инструктора утренней группы, он мне все равно никогда не нравился.

Дэнис покачала головой:

— Извини. Я не это имела в виду.

Последнее письмо от Трента пришло год назад. Дэнис знала его наизусть. В каждой его строке сквозила такая нестерпимая страсть, как будто Трент находился в соседней комнате.

«Приезжай ко мне. Или оставайся на Земле, если не хочешь. Я знаю, что там плохо, и знаю, что становится хуже, и будет еще хуже, пока не станет лучше. Но если ты ничего не делаешь, то не имеешь и права злиться. Черт побери, делай же что-нибудь! Прими на себя обязательства, чтобы хоть как-то изменить ситуацию. И повзрослей наконец!»

Роберт вопросительно посмотрел на нее:

— Чем же тогда ты хотела бы заняться?

Дэнис Кастанаверас спокойно и твердо произнесла:

— Я бы хотела заняться политикой.

— Ну что ж, твоя жизнь — тебе и решать, — фыркнул Роберт.

Дэнис расположилась в свободной комнате. Возраст дома насчитывал почти два века; он был построен вскоре после того, как Линкольн освободил негров. Подобные здания вебтанцоры называли «мертвой зоной», так как большинство помещений в них не имели выхода в Инфосеть. Поздно ночью, когда ее посетил Ральф Мудрый и Могучий, ему пришлось просочиться сквозь ограниченный радиодоступ ее ручного компьютера.

Дэнис никогда долго не спала — обычно ей хватало четырех-пяти часов сна, но в случае необходимости она легко обходилась и меньшим. В два часа ночи в воскресенье, когда она лежала в постели, читая одну из книг Роберта, монитор ее компьютера засветился и в изножье кровати вспыхнул голографический куб. Голос искусственного разума, бывший Образом Неуловимого Трента, произнес:

— Здравствуй, Дэнис.

Дэнис положила книгу на столик и села, кутаясь в одеяло от легкого сквозняка.

— Здравствуй, Ральф. Что ты обнаружил?

Дэнис не требовался яркий свет, чтобы четко видеть черный текст на белом фоне, она даже притушила светящуюся краску на потолке. Возникшее изображение заметно усилило освещенность в комнате. Оно слегка подрагивало по краям, являя собой мужчину неопределенного возраста в темной, струящейся одежде. Его слегка аскетичные черты лица напоминали внешность Трента, человека, написавшего программу, благодаря которой появился Ральф. Дэнис не знала и никогда не интересовалась, был ли этот образ таким, каким он сам себя видел, или Трент просто создал некое отвлеченное изображение, предназначенное для удобства общения.

В случае с настоящим репродуцированным искусственным разумом верным, скорее всего, было второе предположение. Но Ральф Мудрый и Могучий являлся уникальной структурой. Когда-то обычный Образ, он сделался репликантным с помощью искусственного разума по имени Кольцо. В отличие от большинства себе подобных Ральф обладал важными качествами представительской программы, той самой, что создал Трент, когда Ральф был его репликой, или отображением в Инфосети. Это делало Ральфа, по мнению Дэнис, гораздо более похожим на человека, чем большинство ИРов.

— Ничего нового, — тихо сказал Ральф. — Как ты уже, возможно, знаешь, Дуглас Риппер не воспользовался сегодняшним интервью в «Электроник тайме», чтобы заявить, что он выставит свою кандидатуру на пост Генерального секретаря, однако такое заявление с большой степенью вероятности следует ожидать в ближайшие недели. Новые сведения: у Риппера хорошо поставлена защита информации, но мне удалось списать код, которым он пользуется, ведя пакетную коммуникацию по радио. Вчера, выходя из лимузина, он получил сообщение на ручной компьютер. Короче, в этот вторник он освободил от занимаемой должности одного из личных охранников.

— Одного из тех, что для него тренировал Роберт? — поспешно спросила Дэнис.

Ральф покачал головой:

— Нет.

— Хорошо.

— Да. — Ральф помолчал, потом высказался: — Мне недавно рассказали один анекдот.

— Какой?

— Забавная шутка, — продолжал Ральф. — Я услышал ее от одного репликантного ИРа.

— Ты расскажешь ее мне?

— Не уверен, что тебе понравится.

— Почему?

— Этот анекдот о человеке.

— Ты имеешь в виду, что репродуцированный ИР, — медленно проговорила Дэнис, — рассказал тебе анекдот о человеке?

— Да.

— Я всегда считала, что у ИРов нет чувства юмора.

— Обычно так оно и есть. Но должен отметить, что тот, который рассказал мне шутку, включил в себя код Образа.

— В самом деле? — Дэнис выпрямилась в постели. — А я думала, что ты единственный Образ, способный проделать такую штуку.

— Я тоже так думал. Однако за последнее время я несколько раз сталкивался с ИРами, которые соединились с представительскими программами Образа — в основном это те ИРы, чьи интересы по каким-либо причинам требуют от них постоянного общения с людьми.

— Зачем им это?

Ральф Мудрый и Могучий пожал плечами:

— Не могу сказать. Но эта ступень развития просто завораживает своими возможностями.

— Так о чем шутка? Он помолчал.

— Она плохо переводится с нашего языка. По сути, она о человеке, вебтанцоре, принявшем неправильное решение и попытавшемся оправдать его тем, что оно «показалось ему логичным».

— "Показалось логичным"?

— Да.

— И ты считаешь это забавным?

Дэнис и представить не могла, что голос Ральфа, создания, думающего в двадцать тысяч раз быстрее ее, способен звучать иначе, чем ровно и размеренно, однако на этот раз у нее сложилось впечатление, будто она крайне удивила его.

— А ты разве нет?

На следующее утро у Роберта было какое-то личное дело в Столичном городе, и они вместе отправились туда на такси.

Столичный город, или Капитолий, как все чаще стали называть его в последние годы, — это даже не город, а просто участок территории Нью-Йорка, занимающий центральную часть Манхэттена. Это цитадель Объединения, место, откуда осуществляется управление всей Землей и большей частью Луны. Семь стратоскребов — в 2075 году четверть всех зданий такого типа на Земле — располагаются в центре Капитолия, здесь же находятся администрации Генерального секретаря и Совета Объединения, Миротворческих сил и Министерства по контролю за рождаемостью, Космических сил и Бюро по биотехнологиям.

Сидя рядом с Робертом на заднем сиденье такси, Дэнис не могла не вспомнить, как в последний раз побывала в Капитолии. За шесть лет до этого она при помощи Джимми Рамиреса устроила Неуловимому Тренту побег из Центра предварительного заключения Миротворческих сил, находящегося в самом сердце Капитолия.

— Не вздумай лгать. Для Риппера это главное: он фанатик во всем, что касается правды. Возможно, причиной является его политическая деятельность; все априори считают, что он профессиональный лжец, и это, я думаю, сводит его с ума. — Роберт отвлек ее от воспоминаний.