Тайга - Лина Кэрл

— Я считал, что вы с Беловым вместе. И это злило, пугало. Я так устал, что решил, будто ненавижу тебя. Поверь, это трудно… Поэтому решил оттолкнуть тебя, обидеть, — он опять пристально и смущенно посмотрел на меня. — Думал, твое отвращение… — он тяжело вздохнул. — Думал, так будет легче. Прости, что не сдержался и поцеловал. Со мной никогда такого не было, я никогда не любил, — Алекс снова вздохнул. — Знай, что, если выберешь другого, я отойду в сторону, — он замолчал, коснулся моего подбородка и осторожно повернул мою голову к себе. — Ты веришь мне?

Аромат и тепло его кожи, тихий, чуть хриплый голос дурманили. Все было как в любовных романах, которые я читала перед сном. Даже слова немного похожи. Наконец я робко ответила:

— Честно?

Он кивнул.

Глава 9

На следующее утро, выглянув в окно, я обнаружила у подъезда Алекса. Он стоял, расслабленно облокотившись о мотоцикл, и жмурился от лучей октябрьского солнца. Сегодня Азаров облачился в кожаную куртку. Видимо, на улице похолодало.

Совсем скоро унылые, размытые дождливой акварелью краски исчезнут под пушистым снегом. Зима в наш таежный городок приходит рано и длится большую часть года, но, несмотря на суровость, мне нравилась ее царственная власть. В то время, когда одна половина горожан, ворча и проклиная мороз, куталась в меховые шубы и теплые шарфы, а другая горстями глотала витамины, я с удовольствием щеголяла на улице без шапки.

В детстве я часами смотрела на пушистое снежное покрывало, которое обволакивало деревья, дорогу, дома. Я любила величественный край, укутанный жемчужными сугробами, и гордилась красотами малой родины.

Я быстро оделась и выскочила во двор.

— Всегда следовать принципам — это ведь скучно! — Алекс заботливо застегнул молнию на моей куртке. — Надо экспериментировать, рисковать, просто жить! Доверься мне, — он протянул шлем.

Я неуверенно надела его и села на байк.

— Готова?

Мотоцикл взревел так, что мой ответ затерялся в грохоте набирающего обороты двигателя. Бешеная скорость. Дикий ветер. Адреналин. Полный восторг! Ощущение свободы и полета захлестывало разум…

Спустя десять минут Азаров снизил скорость и свернул в лес.

— Держись крепче, сейчас немного покачает!

Я прижалась к плечистой фигуре, и мы помчались по склону в самую глубь тайги. Алекс умело обходил деревья и высокие кочки, ловко колесил по каменистым и болотным тропам. Я и подумать не могла, что можно на мотоцикле вот так лететь по лесным тропинкам. Я улавливала аромат его тела, и это дурманило. Казалось, мы стали единым целым. Единым и неделимым.

Через некоторое время мы остановились.

— Не укачало? Сильно испугалась?

— Нисколько! — Я сняла шлем, поправила сбившиеся волосы и огляделась. — Какая красота! — невольно сорвалось с губ.

Мы стояли на краю широкой долины, раскинувшейся вдоль тихой речки. Ее берега были устланы ковром брусничных листьев. Вдали у края неба маячили снежные горы. У самого их подножия огромные пихты и ели сомкнули густые кроны. Лес слабо шумел. Пахло свежестью и хвоей. Где-то совсем рядом глухарь зачастил длинную трель. На землю стали опускаться пушистые хлопья первого снега.

Я подняла глаза к небу и, набрав полную грудь чистого воздуха, громко крикнула:

— Ау!

— А-а-а-у-у-у! — ответило гулкое эхо.

— Нравится? — Алекс засмеялся. — Это мой дом, теперь и твой тоже.

Он развел костер и расстелил куртку.

— Садитесь, ваше величество, вы истинная королева тайги!

* * *

Так начался месяц беспредельного счастья. Каждое утро Азаров встречал меня возле подъезда и, держа мою ладонь, провожал до школьного кабинета. Едва звенел звонок, он уже стоял у дверей класса, чтобы проводить на следующий урок. Постепенно байкерский гардероб Алекса сменился обычной одеждой, а его друзья — Дэн Волков и Сергей Михайлов — стали реже появляться на горизонте. Все перемены мы стояли, уединившись в дальних уголках рекреаций и, не отпуская рук, ворковали, поглощая друг друга влюбленным взглядом.

— Он совсем не дает нам общаться! Такое ощущение, что Азаров специально отдаляет нас, — недовольно ворчала Кира, бросая на Алекса ненавидящий взгляд. — не отходит от тебя ни на шаг, разве это нормально?

— Не знаю, но мне нравится, — расплывалась я в блаженной улыбке.

Иногда в школьных коридорах я встречала Белова и вспоминала, как на следующий день после признания Алекса Юрка нашел меня и с разгневанным видом пытался образумить, что-то говорил о неправильном выборе. Много рассуждал о будущем, хватал за руки, угрожал. Я пригрозила мамой, и Белов ушел.

Какое-то время он еще следил за мной, а потом потерял интерес. Тогда я не догадывалась, что лишь хладнокровие и неимоверная выдержка позволили ему оставить Алекса в живых. Не знала, что только благодаря общению с Кирой и соблюдению странного договора он не свернул Алексу шею. Я не понимала, в какой опасности был Азаров, на что пошел ради меня. И конечно, мне было неизвестно, что все только начинается.

После уроков мы садились на байк, мчались подальше от города и людей. С детских лет Алекс увлекался охотой, поэтому прекрасно знал тайгу. Мы гуляли по тропинкам и без остановки болтали обо всем на свете. Истории Азарова будоражили воображение и смешили. Он цитировал классиков и без труда угадывал композиторов, мелодии которых я напевала.

Конечно, я запустила учебу, перестала общаться с друзьями. Милана Морозова превратилась в мягкую, доверчивую и бесконечно влюбленную особу. Мои мысли были заполнены только Алексом: его глазами, походкой, улыбкой… Я целиком растворилась в нем.

— Это бриллианты? — спросила я как-то, рассматривая его украшенный сверкающими камнями золотой перстень с изображением волка.

— Нет, — улыбнулся он и убрал руку в карман. — Не люблю мишуры, но это семейная реликвия. Тетка убеждена, что побрякушка защищает родню, и тщательно следит, чтобы я всегда носил перстень. Такие есть у каждого в нашей семье.

— Алекс, — с неким волнением, боясь задать неудобный вопрос, спросила я, — Почему ты живешь не с родителями, а с дядей? Что с ними?

Он слегка занервничал, посмотрел на реку, бурлящие потоки которой были еще слышны под тонкой коркой льда.

— Они далеко. Это долгая и совсем неинтересная история… Хочешь мороженого? — сменил Алекс тему. Затем, как фокусник, достал из рукава куртки лакомство в вафельном рожке и протянул мне.

Я развернула пломбир, покрытый шоколадной глазурью, и откусила кусочек, смущенно и преданно улыбаясь.

— Оно совсем холодное! Почему не растаяло? Может, загадочный Азаров еще и волшебник?

— Ты многого обо мне не знаешь, — игриво ответил он и дотронулся пальцем до кончика моего носа.

— Это правда. Еще недавно мне казалось, что тебя интересуют только мотоциклы и тусовки. Сейчас передо мной совсем