Шаги в темноте - Александр Конторович

– Два запасных магазина и шесть коробок с патронами. Хватит для начала.

Охотнику, личного оружия на фронте не имевшему, достался «ТТ» с таким же боезапасом.

Драчун уповал, в основном, на холодное оружие и собственную (немалую, надо сказать) физическую силу. Поэтому от пистолета поначалу отказался. Но приказ есть приказ. И вскоре он крутился перед мутноватым зеркалом гардероба, пытаясь поудобнее пристроить на массивной фигуре «Наган».

– Ну, – оглядев товарищей, кивнул Математик, – тут вроде бы всё… А у вас?

Франт усмехнулся, сделал неуловимое движение, и в его руке сам собой возник «Вальтер ППК».

Исчез – опять же неизвестно куда. И в другой руке тускло блеснул небольшой браунинг.

– Однако! – уважительно покивал Охотник. – Арсенал солидный! Полагаю, работать с ним вас точно учить не треба!

– Да уж… – усмехнулся Проводник. – Лет сорок уже не треба…

Взгляды всей троицы скрестились на девушке. Против ожиданий она ничего демонстрировать не стала, продолжая спокойно стоять, прислонившись плечом к косяку. Проследив за глазами членов группы, Франт усмехнулся.

– Собирайтесь! Прогуляемся чуток…

Прогулка неожиданно оказалась достаточно продолжительной – за город. По городу шли порознь – Франт возглавлял процессию, основная группа топала чуть позади, а девушка ухитрялась порою совершенно исчезать из виду. Но постоянно держалась поблизости. Её неброский жакетик мелькал то справа, то слева.

* * *

После часа пути группа достигла заброшенных карьеров, расположенных за городской чертой. Тут время от времени проводились стрельбы войск гарнизона, и поэтому население привыкло к изредка доносящимся отсюда выстрелам.

Марина осталась наверху, а основная группа спустилась вниз. Пройдя мимо мишенного поля, Франт подобрал с земли остатки пустых патронных ящиков и устроил из них импровизированную мишень.

– Нам на сотню метров стрелять пока не нужно, а вот вблизи работать придется частенько! Вот с этого и начнём!

Быстрее всех, как и следовало ожидать, освоился с пистолетом Охотник. Сыграли роль прежние навыки и подсказки многоопытного Проводника.

– Вполне! – одобрительно кивнул он. – В вашу сторону можно теперь не оборачиваться – прикрывать вас не нужно.

Математик к пистолету привык достаточно давно, три года таскал его на фронте, так что попадал достаточно уверенно. Хотя снайперских результатов не показал.

– Не моё! – подвел он итог. – Вот если б миномёт…

А вот массивная лапа Драчуна, в которой «Наган» почти исчезал из виду, постоянно дергалась из стороны в сторону, сбивая прицел. В небо пули, разумеется, не летели, но мишень в большинстве случаев оставалась неповреждённой.

– Эк у тебя всё сложно… – почесал в затылке Франт. – Сила – оно, конечно, здорово! Только ведь рукоятка револьвера – не вражья шея, её так сильно сжимать не надобно! Как же нам быть? Сам-то я с тобой тут долго валандаться не могу, а стрелять ты должен хорошо! Ладно, придётся нашу девушку напрячь…

Драчун побагровел.

Стоявшая наверху Марина, разумеется, не слышала этих слов, но вот видеть – видела всё. И очень хорошо.

По условному знаку она спустилась вниз, выслушала указание и коротко кивнула.

– Хорошо, дядя.

Франт пояснил:

– По легенде, она моя племянница. Так что даже среди своих будет обращаться ко мне соответственно. Тут привычка важна – мало ли где не то брякнешь…

– Так это… – проворчал Драчун. – Вон, Охотник у нас тоже спец – и нефиговый! Может, лучше он со мной поработает?

Проводник усмехнулся.

Поднял с земли несколько досок, отошёл метров на десять и воткнул их в песок в самом хаотическом порядке.

– Ну? – глянул он на Охотника. – Цель ясна?

Тот хмыкнул и рывком выдернул из-за пояса «ТТ».

Бах! Бах! Бах!

– Шесть попаданий из восьми возможных, – повёл итог Франт. – Неплохо – и даже очень.

Он подошёл к мишеням, поправил упавшие доски и кивнул девушке. При этом сам не тронулся с места и остался стоять около воткнутых в песок деревяшек.

Марина не стала стрелять сразу, повернулась и пошла вдоль линии открытия огня.

Пах! Пах!

Кувырок вперёд!

Пах!

Разворот на месте, приседание…

Пах! Пах!

Откуда появились в её руках короткоствольные револьверы, никто заметить не успел.

Качок вправо – выстрел!

Влево – летят щепки от досок.

Разворот – выброшена вперед левая рука.

Падает, сбитая двумя пулями, доска.

Частая-частая перебежка вправо – трескаются ещё две.

Она остановилась на месте, подняв вверх разряженные револьверы.

– Четырнадцать выстрелов – тринадцать попаданий! – резюмировал Франт. – С ходу, между прочим, – и в движении… У кого учиться будем?

Математик вздохнул.

– Везет же некоторым! Кто б вот меня так обучать взялся! И зачем я так хорошо стрелял?

Уже топая назад, он беззлобно подшучивал над Драчуном.

– Ты чего скис? В деревяшку не попал? Делов-то… Зато какой у тебя тренер будет! Ты её ножки видел, когда она эдак-то кувыркалась? Там, надо думать, и всё остальное на месте. Я б на твоём месте не терялся!

– Так и ты не теряйся! – фыркнул Драчун. – Чай, живём-то в одном доме! Только, думается мне, ожидает тебя тута облом – да нехилый такой! Сам посуди, она с первого года войны на фронте. И с такими головорезами, как наш подпол, рядышком. Уж точно не сержант да не старшина. Полагаю я, что, и помимо тебя, вокруг неё много кто уже гоголем выхаживал…

– Ну, – не сдавался Математик, – не выходил же, однако? Что ж не попробовать-то?

И надо сказать, от слов к делу он перешёл почти сразу же. Но дуром напролом не попёр, стал действовать аккуратнее. Оказывал девушке знаки внимания, даже её ботинки иногда чистил. Особенно после совместных стрелковых тренировок с Драчуном, куда он тоже напросился, заявив, что считает свой уровень подготовки недостаточным. Уступал дорогу и вообще старался всячески демонстрировать своё расположение. Результаты последовали – Марина стала иногда улыбаться, что вообще-то было для неё нечастым явлением. Они даже разговаривали по вечерам, причём Математик подчёркнуто держал дистанцию, не позволяя никаких вольностей.

А Франт тем временем пропадал в городе, проверяя одному ему известные сведения и налаживая контакты.

Первое задание поступило от него через несколько дней. Указав парням на пивную, которая находилась на самом краю города, он сказал: