Вера 516 - Дэйв Макара

Или, в этот раз, меня «болевиком» обработают?

Как знать, как знать…

Могут еще шокером приложить.

Или и вовсе, запустить в камеру ледяной воды.

Хотя я, лично, предпочел бы горячую, заодно бы и помылся, а то эти три недели без горячей воды меня просто убивают!

Убиваают больше, чем пересоленая еда, чем отсутствие питьевой еды и чем злобные охранники, которые радостно наносят мне увечие, а потом в бессильной злобе смотрят, как я восстанавливаюсь.

Зашумело вверху и…

О, водичка…

Интересно, они там реально тупые?

Должны же помнить, что я, в прошлый раз, вместо того, чтобы мужественно барахтаться, просто лег на пол и сделал вдох.

О, как они суетились, когда до них дошло, что я сейчас сдохну!

С потолка капнуло три капли и…

Наверное, вспомнили.

Хотя…

Странные они.

Я ведь спокойно на первом же допросе выложил все, что сделал, так ведь нет, они продолжают шить мне шпионаж и создание шпионской сети!

Ну, блин, шили бы идиотизм — согласился не раздумывая, но шпионаж…

С моим-то характером, шпион из меня, как из моих заплечных дел мастеров — вышивальщицы гладью по воску!

Щелкнул замок — кстати, а на фига он щелкает, а? Он же — электронный, точнее — силовой?

Наверное, тоже психология…

А вот Бабуля с ее любимой подружкой Лейн здорово обломались!

Я расхохотался.

Они так детишек хотели, а теперь все, фиг!

Влетевший охранник, которого я при всех называю «Горе луковое», влетел в камеру, снова зацепился сапогом за торчащий из порога штырек, который забивали уже восемь раз, и снова полетел на пол ничком.

В этот раз не так удачно, как обычно.

Обычно — он налетает грудью или зубами на край моего лежака и я его лечу, а тут…

Перелом у основания черепа…

Реально — «Горе луковое»!

Наложив на теплую тушку руки, запустил «исцеление», попутно запуская ему пополнение зубов, которые у него почему-то то и дело пропадают.

Легкая судорога по телу и мой охранник со стоном хватается за шею, только что занявшую правильную позицию.

— Горе ты мое луковое… — Я помог охраннику встать. — Ты когда под ноги научишься смотреть, а?! Когда-нибудь меня тут не будет ведь, так кстати…

Мужик смущенно шмыгнул носом, подхватил дубинку с пола и ретировался восвояси.

Пришлось открыть дверь и напомнить ему, что двери к заключенным надо закрывать на замок, а то они и сбежать могут!

Я вот, например, могу запросто.

Только куда?

В открытый космос, блин?!

Ну да, моя тюрьма — это здоровенный космический корабль, судя по ощущениям, как бы не линкорного класса!

По идее, моя камера это и вовсе карцер, в котором ломают зверей и похлеще меня, но…

Зверям не пофиг, а мне — пофиг.

И на игры их мне пофиг, и на мою собственную жизнь — пофиг.

И ломать меня не получится, потому что сломался я так давно… Еще на Теркумиссе, когда…

Я улегся на койку и повернулся лицом к стене.

— Заключенный! Встать!

Ну, встать, так встать, чего орать-то?!

Снова распахнулась дверь, правда, в этот раз пришел мастер, который в очередной раз…

Ой, дошло, наконец-то!

Он выдергивает злополучный штырек, заливая оставшееся отверстие вонючим, бесцветным клеем!

Обернувшись, технарь подмигивает мне и проливает чуть-чуть клея мимо отверстия.

Теперь, первый, кто на него наступит — намертво приклеится!

Да уж, опять «Горе луковое» впухнет, больше некому!

Дождавшись ухода мастера, снова валюсь на койку.

Через пару часов, когда глаза начнут слипаться, койка снова исчезнет в полу, включится музыка и громкий голос начнет отдавать приказы, которые мое усталое тело будет исполнять, не смотря на то, что голова будет досматривать десятый сон.

Доля Медикуса — хрен ты нас проймешь!

Могут, конечно, притащить жертву, ту же Бэлл, например, но…

Не сработает.

У Медикусов нет сердца.

А у меня…

— Заключенный, встать!

Встал.

— Лицом к стене!

Повернулся.

— Руки за спину!

Да вы, блин, издеваетесь?!

У вас там что, тормоза включились?!

Чего бы сразу не сказать, в одной фразе?!

— Можете повернуться… — Мягкий, вкрадчивый голос моего дознавателя, Айиры Съегни.

Дознаватель он такой же, как человек.

То есть — говно полное!

Но вот голос — ему бы песни петь, а не допросы вести…

— Спасибо за Замера. — О, у «Горя лукового», оказывается, есть имя!

— Обращайтесь, если что. — Я пожал плечами. — Но лучше, отдайте его в десант, там он хоть так долго мучиться не будет…

— Я рассмотрю ваше предложение. — В голосе промелькнули смешливые нотки или это мне показалось? — Но, чуть позже. Сейчас мы вернемся к нашим вопросам…

Я, совсем не мысленно, застонал.

— Заключенный Дин Хьюссер, можете ли вы дополнить свои ответы, по существу дела? — Это он, вступительный, самый тупой вопрос, что звучит в этой камере уже месяц!

— Нет

— Вы признаетесь в ведении шпионской деятельности?

Молчу в ответ.

Этот вопрос — двойная ловушка.

Скажу ли я, что признаюсь или нет — все равно можно будет записать, что шпионскую деятельность я вел, только отпираюсь.

— Дин?

— Перефразируйте вопрос, он не корректен. — Потребовал я и Съегни привычно поморщился.

Ну, да…

Это уже не впервый раз, так что сейчас он снова выдаст свое коронное…

— В каком виде вы бы предпочли услышать вопрос?

— В виде вопроса, а не скрытого утверждения, могущего иметь двоякую трактовку.

— Эм-м-м-м… — Следак замолчал.

Ой, блин, кажется, я его сломал!

Не дай боком, а то еще и его лечить придется!

— Дин… Вас обвиняют в шпионаже и создании шпионской сети…

— А в уничтожении двух солнечных систем меня уже не обвиняют? — Удивился я, надеюсь, достаточно искренне.

— Вашей террористической деятельностью занимается другое подразделение и у него к вам вопросов не имеется. Поэтому, я требую ответов на свои вопросы.

— Я не знаю о чем идет речь. — Вздохнул. — Мне ничего не известно о шпионских организациях и я никогда не собирал и уж тем более не передавал какой-либо информации третьим лицам.

— То есть, вы невиновны по сути выдвинутых обвинений?

— Невиновен.

Следак выключил планшет и протяжно вздохнул.

— Тогда, вам придется еще побыть здесь, повспоминать, так сказать… — Вновь щелкнул замок и вновь я остался один, под пристальным прицелом трех камер, что я нашел и всех тех, что найти не смог.

Молодое тело требовало движения, а старый разум — покоя и сна.

Борьба противоположностей, блин…

А еще хотелось массажа…

Обычного, без всякого секса…

Нахально улыбнувшись в камеру, снова завалился на койку.

— Заключенный, встать!

Шо, опять?!

Вроде как на сегодня у меня все посещения закончились?!

Вот только, ко мне