Стекловата - RedDetonator

*17 марта 2018 года, г. Санкт-Петербург, квартира Червонцева*

— … и тут я трёхочковый — бам, блядь! — изобразил Виталий Червонцев бросок мяча.

— Хуя… — изрёк поражённый Тимур. — Ништяк…

— Эх, лучшие годы… — вздохнул Виталий.

Он позвал Павла и Тимура к себе — ему захотелось покурить травы. Они съездили за закладкой, после чего приехали к Виталию и сразу же накурились у него на балконе.

Виталий сейчас работает в баре, потому что по специальности устроиться у него не получилось. Единственное, что ему потребовалось сделать — взять больше смен по будням, что очень положительно сказалось на зарплате.

— А вы сами чего? — поинтересовался Червонцев.

Глаза его были красными, с настежь расширенными зрачками, а на лице висела полурасслабленная улыбка.

— Да так, бизнес, — пренебрежительно покрутил рукой Тимур. — Очень много возни.

— Да, возни много, — согласился с ним Павел.

— Понятно… — протянул Виталий. — Не барыжите же?

— Не-не-не, ты чего? — сразу же замахал руками Павел. — Мы всё! Это мы так, когда башка не на месте была.

— Да, конечно! — поддержал его Тимур. — Нахуй оно надо!

— Это вы правильно, — похвалил их Червонцев. — Недавно видел по новостям, что взяли барыг с синтетической дурью — говорят, что грозит от восьми лет.

— Ебанаты, хуле, — усмехнулся Кузьмин.

— Я вообще не понимаю, — вздохнул Виталий. — Кто эту синтетическую хуйню жрёт?

— Да вроде не такая уж… — начал Тимур.

— Да хуй его знает, — перебил его Павел. — Дебилы какие-нибудь, наверное. Маргиналы там…

— А, ну, да, — согласился Червонцев.

— Эх, пора нам… — засобирался Бродский, чувствующий себя некомфортно из-за этого разговора.

— Да чего так рано? — удивился Виталий.

— Работать надо, — хлопнул себя по коленям Тимур.

— Ну, ладно тогда… — расстроился Червонцев. — Травы оставите? Я хотел девчонку свою угостить, а ехать брать в падлу.

— Да не вопрос вообще, — улыбнулся Кузьмин. — Весь пакет забирай — у нас дома ещё есть.

— Благодарю, — кивнул Виталий. — Кучеряво живёте, хе-хе…

— Не то, блядь, слово, — усмехнулся Тимур. — Всё, Пашкевич, по коням!

Они спустились по лестнице и встали у приподъездной скамейки.

Павел достал сигареты и закурил. Курить ему не то, чтобы не хотелось, просто было всё равно — поэтому он подумал, что можно и покурить. Тимур тоже закурил.

— Что-то невесело как-то живёт Виталик, — произнёс он.

— Зато честно, — пожал плечами Бродский. — Чистая работа, от звонка до звонка, без лишних рисков и всяких долбоёбов, жаждущих тебя кинуть или обокрасть.

— Без долбоёбов? — усмехнулся Кузьмин. — Это ты погорячился.

Тут во двор заехала полицейская патрульная машина.

— Кстати о долбоёбах… — прошептал Тимур.

Машина встала метрах в десяти от них. Полицейские не выходили, но было непонятно, чем они там занимаются.

Павел потушил недокуренную сигарету о борт урны и бросил в неё бычок.

Полицейские вышли из машины и сразу же направились к Павлу и Тимуру.

Бродский сразу понял, чем пахнет дело, поэтому щелчком отбросил от себя свёрнутый зип-лок с солью.

— Старший сержант Глебов, — козырнул им самый здоровый из этого дуэта.

— Рядовой Перепёлкин, — представился второй.

— Предъявите ваши документы, — потребовал старший сержант.

— А что случилось? — спросил Тимур.

— Поступила ориентировка — в этом районе было совершено ограбление, подозреваемые — двое молодых мужчин в чёрной одежде, — ответил Глебов. — Вас двое, вы молодые, оба в чёрном. Пройдёмте к машине.

— Да, конечно, без проблем, — кивнул Павел.

Они прошли к патрульной машине.

— Что запрещённое имеется? — поинтересовался старший сержант Глебов. — Колющее, режущее?

— Нет, — покачал головой Павел.

— Выкладывайте содержимое карманов на капот, — потребовал старший сержант.

— Телефон, бумажник… — начал перечислять Бродский, выкладывая на капот свои пожитки из карманов.

— Молча, — потребовал старший сержант.

Павел выложил на капот всё, что было при себе, а вот Тимур замешкался, но затем тоже начал выкладывать свои вещи.

— Разведите руки, — сказал Глебов. — Рядовой Перепёлкин — обыщи.

Патрульный подошёл к Павлу и начал хлопать его по карманам.

Старший сержант же дождался, пока Тимур выложит свои вещи, после чего уже собрался начать досмотр, но тут Тимур начал вести себя странно.

— Вы не имеете права! — воскликнул он. — У меня есть конституционные права! Предъявите ордер на обыск!

— Ты охуел? — спросил удивившийся старший сержант.

— Я всё ещё не вижу ордера! — заблажил Кузьмин. — Или хотя бы ваших документов!

В качестве контраргумента старший сержант привёл ему удар под дых. Тимур сложился вдвое, но что было дальше, Павел не досмотрел — ему в лицо прилетел прямой удар кулаком.

— Родной, Родной, это Глебов с Борта 4, — обратился старший сержант по рации. — Нужна помощь на Художников, 12, во дворе. Двое задержанных, один из них ведёт себя агрессивно, требуется подкрепление. Приём.

Рядовой Перепёлкин же продолжил пинать лежащего в грязи Павла.

— Ты что творишь, долбоёб⁈ — заорал Глебов и от души пнул Тимура берцем в живот. — Он что-то сожрал, сука!

— Долбоёб… — усмехнулся Перепёлкин, после чего пнул Павла по левому бедру. — Это наркоты, походу.

— Да, походу! — согласился с ним старший сержант. — Что за молодёжь пошла? Патлы отрастили, как у тёлок, и наркоту жрут…

Пребывая в состоянии прострации, вызванной страхом, адреналином и абсолютным непониманием происходящего, Павел даже не заметил, как подъехала вторая машина.

— О, Семёныч! — помахал Глебов вышедшему из второй патрульки полицейскому.

— Что тут у вас? — спросил этот Семёныч.

— Отойдём, — сказал старший сержант.

К месту действия подошли два новоприбывших полицейских, а Глебов с Семёнычем отошли. И два патрульных присоединились к Перепёлкину в деле запинывания Павла и Тимура.

— Кха! Да что я сделал⁈ — вопросил Тимур.

— Ебальник завали, — потребовал один из полицейских и пнул его в бок.

Их пинали чуть меньше минуты, а затем вернулись старший сержант с Семёнычем.

— Грузим к нам в тачку, — приказал старший сержант. — А потом поехали за мной.

Как мешок с картошкой, Бродского затолкали на заднее сидение патрульной машины, а по соседству усадили Кузьмина. Вслед