Конец цепи - Фредрик Т. Олссон

Здесь пахло машинным маслом, резиной и, пожалуй, отработанными газами.

Они не увидели ни одной машины, но, судя по запахам и всему остальному, это было временное явление, обычно какие-то из них явно стояли здесь.

Хотя кто знает, возможно, они уже начали освобождать замок, и, пожалуй, автомобили сейчас мчались куда-то с барахлом, погрузку которого Жанин наблюдала, и частью персонала, но в любом случае от свободы их сейчас отделяла одна дверь.

Под мостками находился асфальт. Нарисованные на нем полосы объясняли, где следовало грузиться, разгружаться и парковаться. А стрелки показывали, как надо ездить, останавливаться и где оставлять имущество. А в другом конце зала красовались высокие ржавые рулонные ворота.

Из толстых полос металла, которые держала вместе гигантская цепь, а к потолку под углом поднимались ржавые рельсы, и именно по ним последняя преграда должна была подняться и выпустить их.

Путь наружу.

И Жанин побежала вперед по мосткам, вниз по железной лестнице, вперед по асфальту.

И снова достала синий кусочек пластмассы.

Франкену пришло в голову, что он не дышит уже несколько минут, и это показалось ему довольно глупым.

Он стоял за спиной Кейс, смотрел, как ее руки танцуют по серо-зеленым клавишам, как она целенаправленно, шаг за шагом, не произнося ни звука, делает свою работу.

А работа требовала времени. И при всей кажущейся простоте подразумевала выполнение множества манипуляций и в правильном порядке. Но никто из них ничего не говорил об этом, никто не жаловался на оборудование, его состояние или возраст. Оба знали, как все обстоит и что это особенно сказывалось в экстремальных ситуациях, но тогда было не до разговоров.

Точно как сейчас.

На висевших на стене экранах они могли видеть картинки с камер наблюдения, установленных по всему замку. Но ни на одной из них не было Сандберга или Хейнс, и в то время как изображение на них менялось, показывая то одно, то другое место, Франкен сделал новый вдох и опять задержал дыхание.

Они по-прежнему могли оставаться где-то там.

Между камерами.

И он ведь это знал.

Но боялся, что это не так.

Потом наконец увидел, как Кейс наклонилась к большому искривленному микрофону на своем столе. И по мере того как она говорила, он по-настоящему задышал снова.

– Это Кейс, – сказала она. А потом: – Я блокирую все электронные ключи начиная с настоящего момента.

Действий никаких не последовало.

А значит, она уже сделала это.

И Франкен попытался встретиться с ней взглядом, и она кивнула в знак подтверждения. Так и есть, все они заблокированы, и ни одну дверь невозможно открыть, если только она не разрешит, разблокировав какой-то ключ со своего рабочего места.

– Каждый рапортует мне от ближайшей двери, – сказала она. – А потом я открою ее. Вот и все.

И отклонилась назад.

И тоже смотрела на экраны на стене.

Ее пальцы больше не прикасались к клавиатуре. Воцарилась тишина, и никто из них не говорил ничего, они наблюдали, как изображение переключалось с одной камеры на другую, с одного уголка замка на другой.

Коридоры. Совещательные комнаты. Пустые офисы.

Нижние отделения: автопроезд, грузовой терминал, ангар.

И снаружи, едва видимые в ночной темноте: ворота, склон горы.

Картинки отовсюду, голубые, с низкой степенью разрешения и мигающие.

И везде пустота. Ни одного человека, никакого движения.

Они не сводили взглядов с экранов, искали малейшие признаки жизни, но ничего не видели. Ничего и нигде. И в конце концов Кейс сказала это:

– Есть две возможности.

Франкен кивнул. Уже знал. Но все равно позволил ей продолжить.

– Либо они по-прежнему в замке. Где-то здесь внутри. Где-то, откуда у нас нет изображения. В таком случае мы возьмем их рано или поздно.

Никакого ответа. Это был первый вариант. Проблему составлял второй.

– Или, – сказала Кейс, – они выбрались наружу. И тогда у нас не так много времени.

Франкен уже принял решение:

– Сколько людей в нашем распоряжении?

Охранников, он имел в виду.

– Шесть. Плюс Родригес.

– Хорошо, – сказал Франкен. – Скажи им отрапортовать мне сразу.

Она кивнула и передала его приказ по рации.

И один за другим послышались голоса охранников, подтверждавшие их местоположение, и каждый вставил свой электронный ключ в приемное устройство, и они появились на экране в виде красных строчек и позволили Кейс убедиться, что все ключи находятся у своих хозяев.

Она открыла им путь, одному за другим, и они устремились вниз, в сторону единственного пути наружу, а Франкен все время стоял неподвижно, прилипнув взглядом к экранам.

Ни одного движения.

Периодически какой-нибудь охранник проходил какую-то камеру в верхних отделениях, торопливо и на пути вниз согласно приказу.

Но не Сандберг. И не Хейнс.

И не прошло еще двух недель после Крауза.

Это не могло случиться снова.

Они не могли сбежать.

Подобное даже не обсуждалось.