Валентин Понтифик - Роберт Силверберг

А сейчас, собираясь отправиться в Стрэнд-Висту, чтобы приветствовать старшего по возрасту принца, Хиссун почувствовал, что на него снизошло странное спокойствие. В конце концов, он корональ и получил титул законным путем, его вольной волей выбрал человек, который ныне является понтификом. Нравится Диввису такое положение вещей или нет, он должен принять его – и примет.

Добравшись до набережной Стрэнд-Висты, Хиссун изумился, увидев, какую громадную армаду собрал Диввис. Похоже, он реквизировал все суда, которые попались ему между Пилиплоком и Ни-мойей – насколько видел глаз, ими были буквально забиты широкая река и огромное озеро, образовавшееся там, где с юга впадал полноводный Стейч.

Но пришвартованным к набережной стояло лишь одно судно; Стимион сказал, что это флагманский корабль Диввиса. Сам же Диввис ждет на борту прибытия лорда Хиссуна.

– Оповестить его, чтобы вышел на берег приветствовать вас, мой повелитель? – спросил Стимион.

Хиссун улыбнулся:

– Я сам пойду к нему.

Выйдя из летающей лодки, он неторопливо направился к аркаде, за которой лежали причалы. Он был при всех регалиях правителя, его советники также имели самый официальный вид, стражники тоже при полном параде, и с каждой стороны процессии растянулась цепочка из дюжин лучников на случай, если страшные птицы выберут этот момент, чтобы вернуться. Принятое Хиссуном решение самому идти к Диввису противоречило этикету, но он знал, что выглядит со стороны весьма величественно – именно как корональ, соизволивший оказать редкую честь своему верному подданному.

Диввис встречал его у трапа. Он тоже позаботился о своем внешнем виде и, несмотря на жару, обрядился в великолепную черную мантию из лучшего хайгусового меха, а на голову надел роскошный сверкающий шлем, который вполне мог бы сойти и за корону. Пока Хиссун поднимался по трапу, Диввис возвышался над ним, как великан.

Но вскоре они оказались лицом к лицу, и хоть Диввис и был намного крупнее, во взгляде Хиссуна оказалось столько твердости и холода, что они практически компенсировали разницу в росте. Некоторое время никто не проронил ни слова.

Затем Диввис – Хиссун знал, что он обязан так поступить, в противном случае его поведение было бы открытым вызовом, – сделал знак пылающей звезды и опустился на колено, присягая новому короналю.

– Хиссун! Лорд Хиссун! Да здравствует лорд Хиссун!

– И вам здравствовать, Диввис; в предстоящей нам борьбе мы не обойдемся без вашей отваги и вашего опыта. Встаньте, мой друг. Встаньте!

Диввис выпрямился и без колебаний встретился взглядом с глазами Хиссуна. При этом на лице его отразилась такая смесь эмоций, что корональ, пожалуй, не уловил их все. Впрочем, ему, кажется, удалось распознать зависть, гнев и горечь – но при этом еще и определенное уважение, даже скупое восхищение и что-то вроде легкого веселья, как будто Диввис не мог удержаться от улыбки, наблюдая странные игры судьбы, которая свела их здесь в новых ролях.

Диввис обвел рукой расстилавшийся за его спиной речной простор:

– Ну что, мой повелитель, неплохое войско я привел вам?

– Да, Диввис, огромная сила. Собрать такую громадную армию – это поистине блестящее достижение. Но кто знает, что вообще может потребоваться в борьбе с армией фантомов… У меняющих облик может найтись еще немало мерзких сюрпризов для нас.

– Да, мой повелитель, я уже слышал о птицах, которые напали на вас нынче утром, – ответил Диввис с легким смешком.

– Нет, господин мой Диввис, это было совсем не смешно. Это были настоящие чудовища; они с налету убивали народ на улицах и тут же пожирали еще трепещущие тела. Я своими глазами видел из окна спальни, как эта ужасная участь постигла ребенка. Но мы, кажется, перебили их, если не всех, то почти всех. И в свое время перебьем и их создателей.

– Странно слышать от вас столь мстительные речи, мой повелитель.

– Разве это мстительность? – возразил Хиссун. – Впрочем, если вы так считаете, то, наверное, так оно и есть. Прожив несколько недель в этом разоренном городе, поневоле станешь мстительным. Глядя на чудовищ, которых наши враги натравливают на ни в чем не повинных граждан, станешь мстительным. Пьюрифайн похож на какой-то отвратительный нарыв, из которого по цивилизованным землям разливается ядовитый гной. Я собираюсь вскрыть этот нарыв и тщательно продезинфицировать его. И, уверяю вас, Диввис: с вашей помощью я жестоко отомщу тем, кто развязал эту войну против нас.

– Вы, мой повелитель, рассуждаете совсем не так, как лорд Валентин. От него я, пожалуй, никогда не слышал ни слова о мести кому бы то ни было.

– Помилуйте, Диввис, с чего бы мне рассуждать так же, как лорд Валентин? Я Хиссун.

– Он решил сделать вас своим преемником.

– Да, и тем же решением Валентин передал мне исполнительную власть. Так что с врагами буду разбираться я – и вряд ли так, как делал бы это лорд Валентин.

– В таком случае, хотелось бы узнать, что вы планируете делать.

– Думаю, вы уже это знаете. Я намерен войти в Пьюрифайн по Стейчу, вы в это время обойдете провинцию с запада. Мы зажмем мятежников в клещи, захватим Фараатаа и положим конец нашествиям чудовищ, вредителей и болезней. А затем понтифик соберет уцелевших мятежников и в своем милосердном духе отыщет решение проблемы той заслуженной ненависти, которую питают к нам меняющие облик. Но я уверен, что прежде мы должны продемонстрировать силу. И если придется пролить кровь тех, кто проливал нашу, – что ж, мы не остановимся перед этим. Что скажете, Диввис?

– Скажу, что не слышал более здравых рассуждений от короналя с тех пор, как трон принадлежал моему отцу. Но, полагаю, понтифик отреагировал бы на ваши воинственные речи по-другому. Он в курсе ваших планов?

– В подробностях мы их пока не обсуждали.

– А будете?

– Понтифик сейчас находится в Кинторе или еще западнее, – ответил Хиссун. – Дела задержат его там довольно долго, а потом ему придется так же долго возвращаться на восток. К тому времени, думаю, я уйду глубоко в Пьюрифайн, и у нас вряд ли найдется возможность для консультаций.

Диввис с хитрецой взглянул на него.

– Ах, теперь понимаю, мой повелитель, как вы собираетесь решать вашу проблему.

– Какую проблему вы имеете в виду?

– Исполнение обязанностей короналя, при том, что понтифик разъезжает по миру, вместо того чтобы, как положено, прятаться от мира в Лабиринте. Думаю, что для нового, начинающего короналя такое положение крайне затруднительно, и мне бы это весьма не понравилось, окажись я в такой ситуации. Но если вам удастся постоянно сохранять большое расстояние между собой и понтификом и списывать на это расстояние расхождения между своей и его политикой, то вы и впрямь сможете действовать почти так же, как если бы у вас были полностью свободные руки. Верно, мой повелитель?

– Диввис, мне кажется, что мы вступаем на опасную почву.