Физик - Василий Горъ

мне мозги наизнанку, зато подтвердились все выкладки Вари, касающиеся этой особы. А это помогло принять часть непростого решения и проникнуться сдержанным оптимизмом. В общем, в гараж я спустился в неплохом настроении, обрадовался, что Валя уже дожидается в машине, сел за руль, упер затылок в подголовник и на несколько минут растворился в прикосновениях рук целительницы, начавших массировать трапеции.

Увы, без четырех минут семь открылась правая задняя дверь, и в салон влезли Янка с Мавией. А еще минуты через полторы их примеру последовал и Денис Михайлович. Только сел рядом со мной. Пришлось стряхивать негу, заводить двигатель и трогать внедорожник с места. Пока «ползли» по территории заказника, я все еще ленился — поглядывал, какие музыкальные композиции Янка закидывает в список воспроизведения для «правильной» езды, и косил глазом на картинку с дронов, на всякий случай поднятых Кораблевым. А когда вырулил за КПП и придавил акселератор, стало не до раздумий — часть дороги до моста через Шелонь не отличалась особой шириной и изобиловала поворотами.

За мостом стало чуть попроще: да, в сторону столицы уже двигался достаточно плотный поток машин, но на самую левую, скоростную полосу, лезли немногие. И, как правило, заблаговременно уступали дорогу «Хозяину Леса». В результате до поворота на Большое Транспортное Кольцо долетели даже быстрее, чем я рассчитывал, повернули налево и через какое-то время въехали в город сравнительно недалеко от Вечерней Зорьки. На этом участке пути чуть было не влезли в пробку, но уведомление об аварии, прилетевшее на навигатор, позволило сменить маршрут и прикатить к особняку Зыбиных без каких-либо задержек.

Въезжать в гараж я, откровенно говоря, поленился — припарковался у парадной лестницы, подождал, пока Янка сгоняет в дом за инфокристаллами, а после ее возвращения рванул к следующей точке маршрута — «Парусу».

Там остановка получилась еще короче: я высадил Земляничку, Мавию и Кораблева перед центральным въездом на территорию жилого комплекса, ответил на три пожелания удачи и снова сорвал внедорожник с места. Кстати, логики в решении аналитиков Волконских отправить меня в лицей в компании одной Замятиной я, честно говоря, не понимал. Хотя нет, не так. Я принял к сведению, что в толпе преподавателей, лицеистов, их личных помощниц и телохранителей будут крутиться коллеги Дениса Михайловича. Со скрипом согласился с тем, что во время моего первого появления в альма матер в новом статусе внимание учащихся не должно делиться между мною и Зыбиной. И понимал, что присутствие телохранителя-Кораблева вместо «непонятной девицы», сменившей Замятину, может быть расценено, как признак страха перед «добытчиками проб крови». Но предложенная схема почему-то здорово напрягала.

Нет, придумывать альтернативу я не стал — не видел смысла. Промчался по привычному маршруту, в обычном режиме припарковал внедорожник на его законное место, заглушил двигатель и посмотрел на «непонятную девицу».

Слов не потребовалось — она мягко улыбнулась, прикоснулась к моему предплечью, взбодрила вливанием Силы и заявила, что бояться должны… нас.

Местоимение развеселило, поэтому я аккуратно щелкнул ее по кончику носа, посмотрел на таймер, отсчитывающий последние секунды, и решительно выбрался под небо, затянутое низкими серыми облаками. Приближение сразу нескольких «засадных групп» чувствовал чуть ли не кожей. Но самая главная — Кости Задорожного и его команды — успела первой. Что, в общем-то, было неудивительно, ибо информацию с точным временем приезда парни получили еще накануне вечером.

Кстати, обещанную «коробочку» замкнули намного интереснее, чем я рассчитывал — Соколов с Разиным, подвалившие к «Хозяину Леса» со стороны пассажирской двери, технично отсекли Валю от стайки старшеклассниц и проводили ко мне. Правда, потом вопросительно мотнули головами, чтобы еще раз получить подтверждение, что привели именно ее, а не кого-нибудь еще, но это было нормально. Ведь эта четверка видела ее новую внешность всего один раз, во время «подготовительной» беседы, поэтому боялась ошибиться.

Реакция на мой утвердительный кивок основательно развеселила: Леня состроил задумчивое лицо и еле слышным шепотом заявил, что хочет быть целительницей Шахова, чтобы на халяву обрести божественную фигурку, а Миша признался Незаменимой в большой и чистой любви.

В общем, поржали всей компанией и единодушным вниманием к Вале обломали большую часть лицеисток, почти охвативших меня вторым кольцом.

Нет, на них я тоже посмотрел. По разику. Чтобы оценить серьезность намерений глав их родов. И торопливо сдвинул фокус внимания на «петли», чтобы не забиться в смеховой истерике. Почему? Да потому, что у абсолютно всех красоток, оказавшихся в поле зрения, включая самых тощих Ледышек, обнаружилась ГРУДЬ! Причем весьма солидная — в пределах, ограниченных объемами «комплектов» Янки и Раисы Александровны. А вся верхняя одежда, несмотря на не самый теплый весенний день, была либо расстегнута, либо снята. Дабы я, физик-производитель, ненароком не проглядел эти шедевры косметического целительства!

Замятина тоже удержала лицо. Вероятнее всего, воспользовавшись моей схемой рассеивания внимания. А парни, не ожидавшие такой «психической атаки», переглянулись и расхохотались. При этом Воронов, Ледовик, с детства привыкший к «стандартным» статям Одаренных девушек своей школы магии, смахивал слезы, выступившие в уголках глаз, и снимал это «волшебство» на камеру комма, «чтобы послать сестричкам и показать, как должна выглядеть настоящая Ледышка», Костя, порывистый, как настоящий Огневик, просто гоготал, а Леня «сокрушался» и «завидовал»:

— Черт, Лют, я только что понял, что все детство мечтал не о том! К чему мне ментальный Дар в комплекте с Жизнью в мире, в котором воздействие на разум запрещено законом? Я хочу быть физиком. Чтобы девушки сами несли мне… все, что можно принести, и так красиво распахивали куртки…

— Ох, кто-то у меня сейчас договорится до дуэли… — прошипела какая-то Огневичка-старшеклассница, явно отыгрывавшая навязанную роль и страшно бесившаяся из-за необходимости терпеть это унижение.

— Дамы, мы просто в восторге! Честное слово… — выставив перед собой обе ладони, протараторил Ленька. — Скажу больше: мы искренне рады, что вам повезло попасть в струю и получить изменения, которые не по карману очень и очень многим взрослым: моя двоюродная тетка терзала мужа девятнадцать лет, четыре месяца и девять дней, прежде чем он оплати— …

— Откуда такая точность? — полюбопытствовал я, дабы у девушек не полыхнуло.

— Так их покои прямо под моими. Ругаются не реже, чем через день. И все стандартные претензии я выучил наизусть!

— Вы дипломатичны… — внезапно заявила очень красивая Лаванда, чем-то похожая на Лапину до преображения. — Будь я на вашем месте, давно билась бы в истерике. И была бы права: толпа