Физик - Василий Горъ

Я назвал Валентину «воистину незаменимым солнцем», и она, радостно засияв, рассмешила своих подельниц. В третий раз менять статус комма на «Доступен для звонков» не хотелось от словосочетания «Да ну его…», так что я рухнул в ближайшее кресло, опустил спинку градусов на семьдесят, лег на бок, подложил левую руку под голову и набрал единственного друга.

Он ответил практически сразу, весело поздоровался, признался, что идет в свои покои по очень важному делу, и попросил дать ему буквально минуту. Я, конечно же, предложил перезвонить попозже, но не тут-то было — он сказал, что я нисколько не мешаю, и чуть-чуть ускорился. А секунд через сорок пять закрыл за собой дверь и ухмыльнулся:

— Важное дело — это звонок к другу: у меня появились очень интересная информация, и я спешил ею поделиться из помещения, которое, вроде как, не прослушивается. Но потерплю — ты оказался шустрее меня, значит, обязан поделиться новостями первым!

Он был доволен до невозможности, поэтому я отзеркалил его улыбку и решил немного позабавиться:

— Что ж, тогда начну с жалоб на твою Слугу: она спелась с Янкой и Валей, все утро помогала им развлекаться без тормозов и, в итоге, разорила младшую сестренку на семь с половиной тысяч золотых рублей!

— Ого! — восхитился он. — Купили пару-тройку фур с одеждой и обувью?

— Если бы… — притворно вздохнул я. — Информационно-развлекательный центр «Симфонию» и периферию на весь охотничий домик, гараж и баню!

— Великолепная покупка! — авторитетно заявил Аль Сауд. — Я бы тоже поучаствовал своими деньгами, если бы не понимал, что буду послан.

— Ты умен не по годам! — хохотнула Зыбина и поздоровалась от имени всех дам.

Дауд, естественно, ответил, и я перешел к следующей новости:

— Теперь вынужден повиниться: выполнить обещание приобрести тебе альбомы Полины Ермолиной я уже не смогу, так как их в инициативном порядке купила Валя.

— На «золотых» инфокристаллах? — на всякий случай уточнил парень и, получив утвердительный ответ, чуть-чуть повысил голос: — Валь, огромное спасибо за внимательность и уважение. С меня причитается!

Делиться третьей новостью пришлось уже после завершения шуточной перепалки на тему наказания «клятвопреступника»:

— А теперь смотри: твоя Слуга научилась лежать в присутствии друга своего господина!

Мавия пошла красными пятнами и попробовала, было, вскочить с ковра, на котором возлежала в компании Янки и Вали, но они ее удержали на месте. А потом Дауд жизнерадостно рассмеялся, и целительнице резко полегчало.

Кстати, одним смехом дело не обошлось — вдосталь налюбовавшись на тренированную спину, обтянутую ярко-зеленой футболкой, упругой попкой в коротких черных шортах и аппетитными ножками, он заявил, что в восторге от наших достижений, и закрепил эффект шутки монологом, произнесенным всерьез:

— Знаете, я недавно пришел к интересному выводу: традиции хороши при общении с незнакомыми или малознакомыми людьми. А с теми, кто близок по духу, на первый план обязаны выдвигаться доверие, взаимное уважение и здравый смысл. Поэтому в общении с вами я всегда буду просто Даудом — парнем, оценившим прелесть дружбы без камня за пазухой и сравнившим ее с привычным лизоблюдством. Ибо жить, не имея возможности расслабиться душой, я уже не смогу. Только постарайтесь не меняться и вы, ладно?

Я коротко кивнул, дамы ответили вразнобой, но все до единой, а потом успокоенный Аль Сауд вспомнил об «очень интересной информации»:

— А теперь слушайте мои новости! Предупреждаю, что начало будет так себе, но оно будет так себе в любом случае. Зато финал…

— Не томи, оратор! — потребовала Зыбина, и он перешел к конкретике:

— Не знаю, в курсе вы или нет, но мир готовится к большой войне. Как и когда она начнется, пока не знает никто. Но страны Большой Пятерки вместе с их колониями уже бряцают оружием

и, чувствуя себя невероятно грозными, пробуют навязать всем остальным государствам новую модель экономических взаимоотношений. Османская и Поднебесная Империи в компании с Индией, Южно-Азиатским Союзом и другими странами-сателлитами традиционно вертят хвостом, пытаясь и сохранить условный суверенитет, и урвать что-нибудь еще. А мы, то есть, Российская Империя, Арабский Халифат, Южно-Американские Штаты, Япония и государства Африканского Союза, готовимся ответить на агрессию…

Я об этом уже слышал, а Янка, Валя и Мавия ощутимо загрузились. В этот момент камера моего комма была наведена на мое лицо, но Дауд как-то понял, что у дам испортилось настроение, и поспешил его поднять:

— С одной стороны, это плохо. Но эту сторону мы с вами изменить не в состоянии, поэтому стоит посмотреть на ситуацию с другой, близкой именно нам. В частности, учесть, что в столь непростое время отношения между двумя нашими государствами стали намного прозрачнее и чище, так как даже самые тупые интриганы давно поняли, что вбивать клин в наш союз небезопасно.

— И каким боком это касается нас с тобой? — не выдержала Янка.

Аль Сауд расплылся в предвкушающей улыбке:

— Идиотизм двух членов Тайного Совета, решивших меня перевоспитать за ваш счет, вынудил моего деда загладить опосредованную вину за этот плевок в лицо Ярослава Третьего, если можно так выразиться, комплексно. Описать основную часть телодвижений, естественно, не смогу. Зато выбил разрешение поделиться тем, что касается Лютобора: расследование попытки моего похищения закончено, мой дед уже изъявил желание лично наградить моего спасителя, а Ярослав Волконский не стал возражать против твоего прилета в Медину!

— Ты хочешь сказать, что меня, физика-Молниевика, возьмут и выпустят из страны? — недоверчиво переспросил я.

— Уже! — довольно воскликнул он. — Дед дал сумасшедшие гарантии, а Ярослав согласился. В общем, вылетишь завтра в ночь. Ориентировочно на двое суток. А все остальное узнаешь тут…

Глава 21

Часть 1

Ловите долгожданный бонус)) Сегодня повеселился — Миджорней и Леонардо отказывались рисовать особ со статями Земляничек и Ледышек, зато Стейб Диффюжн с радостью взялся за эту работу и… переключился в игривый режим. Пришлось заливать в бонус самые гуманные вариантов его творений)))

12 марта 850 г. от ОВД.

…Разговор с Репиной сложился намного проще, чем я предполагал.

Да, некоторые выверты ее мировоззрения вывернули